изображения им внутренней жизни чело¬века как «потока сознания» имел большое значение для ми-ровой литературы.
15 Джойс Д;
,жеймс (1882—1941) — ирландский пи-
сатель, представитель модернистской и постмодернистской прозы.
Кафка Франц (1883—1924) — австрийский писатель, в гротескной форме показал трагическое бессилие челове¬ка в его столкновении с абсурдностью современного мира.
Н.С. Гумилев… назвал его «пьяным чудови-‘ щем»… — В записках П.Н. Лукницкого сохранились об¬рывки рассказа Ахматовой о причинах заведомой неприяз¬ни Гумилева к Модильяни. См. в записи от 4 марта 1925 г.: «По возвращении из Парижа АА подарила Н.С. книжку Готье. Входит в комнату — он белый сидит, склонив голову. Дает ей письмо… Письмо это прислал АА один итальян¬ский художник, с которым у АА ничего решительно не было. Но письмо было сплошным символом… Последняя фраза была такая… обрыв. АА, получив это письмо, положи-ла его в… обрыв …ссора между ними — по какому-то пустяшному поводу — ссора, вызванная этим художником. (Это — о Модильяни!) Повод был такой: Николай Степа¬нович заговорил с кем-то по-русски. Художник сказал ему, что нельзя говорить по-русским там, где русского языка не понимают» (Л у к н и ц к и й, 1. С. 75—76).
…тогда эта книга была библиографической редко¬стью. — «Песни Мальдорора» графа Лотреамона (наст, имя Изидор Дюкас; 1846—1870) — мистифицированный сборник стихов, песен, ритмической прозы с ориентацией на «чужой текст», на что не могла не обратить внимание Ахматова. Граф Лотреамон (Дюкас) явился предвестни-ком сюрреализма и постмодернизма. Изданный Дкжасом сборник не имел успеха, тираж не был распродан, и книж¬ку можно было купить на развале или в букинистическом магазине еще в 1910-е гг. (см.: Косиков Г. Адская машина Лотреамона//Лотреамон. Песни Мальдорора. М., 1998). По-видимому, Модильяни ощущал свою бли¬зость к отвергнутому обществом Дкжасу, разрушавшему в своих «песнях» границы между реальным миром и вымо-роченным, уходящим в область «ужасного» и иррациональ¬ного. Изидор Дюкас умер двадцати четырех лет. Возмож¬но, имея в виду эту роковую цифру смерти, Модильяни сказал Ахматовой, что ему двадцать четыре года, хотя на самом деле было 26 (см. с. 14).
Экстер Александра Александровна — См. о ней т. 1. 708-710, 823, 827,828, 843 и др.
Анреп Борис Васильевич. — См. о нем т. 1. С. 802¬804.
Альтман Натан Исаевич (1889—1970) — художник.
16 Тихонов Александр Николаевич (псевд. А. Се-ребров; 1880—1956) — писатель, литературный деятель, автор мемуаров; в те годы заведовал издательством «Все¬мирная литература».
Эренбург Илья Григорьевич (1891—1967) — поэт, романист, публицист. В 1910-х гг., несколько лет до собы¬тий октября 1917 г. и после установления Советской влас¬ти, жил в Париже, где вращался в литературно-художе¬ственной среде. Дружил с А. Модильяни, П. Пикассо, Д. Риверой, М. Шагалом и др. В 1960-х гг. началась пуб-ликация его мемуаров «Люди, годы, жизнь», страницы которой были посвящены и встречам с Модильяни. Во все еще закрытом архиве Эренбурга (РГАЛИ) имеется спи-
сок новеллы Ахматовой «Амедео Модильяни». Пользо¬вался расположением властей и пытался содействовать ре¬абилитации ряда писательских имен, «неупоминаемых» в России. Поддерживал отношения с Ахматовой, имя его часто встречается в ее записных книжках.
16 «Стихи о канунах», адресованные Модильяни, написаны Эренбургом в апреле 1915 г.:
Ты сидел на низенькой лестнице, Модильяни.
Крики твои — буревестника, Улыбки обезьяньи.
А масляный свет приспущенной лампы,
И вдруг я услышал страшного Данта —
Загудели, расплескались темные слова.
Ты бросил книгу,
Ты падал и прыгал,
Ты прыгал по зале,
И летящие свечи тебя пеленали.
О, безумец без имени!
Ты кричал: «Я могу! Я могу!»
И четкие черные пинии
Вырастали в горящем мозгу.
Великая тварь —
Ты вышел, заплакал и лег под фонарь.
(Из цикла «Ручные тени» в кн.: Стихи о канунах (1914-1915). Цит. по: Собр. соч. М, 1990. Т. 1. С. 41).
…иуКарко, в книге «От Монмартра до Латинско¬го квартала»… — Карко Франсис (псевд. Франсуа Карко Пино-Тюзоли; 1886—1956) — французский писатель, ав¬тор романов, стихотворений, мемуаров о писателях и худож¬никах, чья жизнь была связана с Парижем, — «Морис Ут-рилло» (1921), «Легенда и жизнь Утрилло» (1927), многие страницы его произведений посвящены Модильяни.
16 Утрилло Морис (1883—1955) — французский живописец, в 1910-х гг. был близок к Модильяни.
Модильяни стал героем достаточно пошлого фран¬цузского фильма «Монпарнас, 19». — Фильм вышел на экраны в 1958 г. (режиссер Жан Беккер). В роли Модиль¬яни снимался знаменитый французский киноактер Жерар Филип. Илья Эренбург, как и Ахматова, увидел в фильме погоню за сенсацией и «мелкое» прочтение трагической жиз¬ни великого художника. Эренбург пишет: «Из него сделали героя ходкого фильма, написали о нем несколько пошлых романов… Так создалась легенда о голодном, беспутном, вечно пьяном художнике, о последнем представителе боге¬мы, который в редкие часы между двумя попойками писал своеобразные портреты, умер в нищете, а после смерти стал знаменитым. Все здесь правда и все ложь. Правда, что Модильяни голодал, пил, глотал зернышки гашиша; но объяс¬нялось это не любовью к распутству или к «искусственному раю». Ему вовсе не хотелось голодать, он ел всегда с аппе-титом, он не искал мученичества. Может быть, больше дру¬гих он был создан для счастья. Он был привязан к сладкой итальянской речи, к мягкому пейзажу Тосканы, к искусству ее старых мастеров. Он не начал с гашиша…» Герой фильма и романов — это Модильяни в минуты отчаяния, безумия. Но ведь Модильяни не только пил в «Ротонде», не только рисовал на бумаге, залитой кофе, он проводил дни, месяцы, годы перед мольбертом, писал маслом ню и портреты» (Эренбург И. Т. 6. С. 490, 492).
Как в опубликованных текстах новеллы о Модилья¬ни, так и в рабочих тетрадях Ахматовой содержатся от¬рывки, авторские пометы, размышления «по поводу», не вошедшие в текст настоящего тома, но раскрывающие ис¬торию создания произведения как главы из незавершенной автобиографической книги.
1
Впервые — «Записные книжки». С. 19. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 97).
Екатерининский парк — один из парков в Цар¬ском Селе.
2
Впервые — «Записные книжки». С. 33. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 98).
3
Отрывки вошли в публикацию: «День поэзии 1967». М., 1967, после строки «Рене Гиль». Печ. по указанному изданию.
17 я вспомнила эти строки бессмертной балла¬ды… — Имеется в виду «Баллада о дамах минувших дней» Франсуа Вийона (р. не позже апреля 1431, след затерян после января 1463); переводили В. Брюсов, Н. Гумилев, В. Жаботинский и др.
18 Итальянский рабочий украл Джоконду… —
Картина Леонардо да Винчи была украдена из Лувра в 1913 г. и в том же году возвращена в музей.
. 4
Отрывок вошел в публикацию: «День поэзии 1967». М., 1967. С. 248—252. Печ. по указанному изданию.
5
Впервые — «Записные книжки». С. 436, 446. Печ. по автографам РГАЛИ (РТ НО).
6
Впервые — «Записные книжки». С. 439. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 110).
7
Впервые — «Записные книжки». С. 479. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 110).
19 «Мемуары повара», — сказал Миша Др-дов. — По-видимому, имеется в виду мемуарная проза Э. Хемингуэя «Праздник, который всегда с тобой. Стра¬ницы автобиографии», беллетризованные воспоминания о Париже 20-х гг. Были опубликованы в 1964 г. и тогда же переведены на русский язык (Иностранная литература. 1964. № 7). Ардов Михаил Викторович (р. 1935) — сын ближайшей подруги Ахматовой Н.А. Ольшевской и писа¬теля-сатирика В.Е. Ардова.
8
Впервые — «Записные книжки». С. 487. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 110).
9
Впервые — «Записные книжки» С. 445. Печ. по ав¬тографу РГАЛИ (РТ 110).
Письмо отВигорелли… — Вигорслли Джапкар-ло (р. 1913) — итальянский литературовед, критик и пуб¬лицист, генеральный секретарь Европейского сообщества писателей. Был представлен Ахматовой А.А. Сурковым, который привез Вигорелли в Комарово после международ¬ного симпозиума, проходившего в Ленинграде летом 1963 г. От 22 до 27 февраля 1964 г. запись Ахматовой: «Статья о Модильяни. Сегодня посылаю Вигорелли» («Записные книжки». С. 438). Имя Вигорелли упомянуто в списках «Кому дать книгу», т.е. «Бег времени». На с. 591 две над¬писи, по-видимому, сделанные в феврале 1965 г., после поездки в Таормино. Варианты дарственной надписи: «А. Giancarlo Vigorelli на память о нашем путешествии и о наших собраниях зимой 1964. Анна Ахматова»; «А. Giancarlo Vigorelli. С лучшими чувствами. Анна Ах-матова».
10
Впервые — «Записные книжки». С. 546—547. Печ. по автографу РГАЛИ (РТ 112).
Ахматова помечает, что часть французских фраз Мо¬дильяни, к ней обращеннных, запомнилась ей из его писем («Записные книжки». С. 127). Письма, по-видимому ут-рачены.
11
«Записные книжки». С. 724. Печ. по автографу РГАЛИ (РТ 114).
ZU …а когда через 54 года в ослепительный июнь¬ский день… — Возвращаясь из Оксфорда после присуж¬дения ей почетного звания доктора, Ахматова провела три дня в Париже.
Н. Харджнев о рисунке А. Модильяни. Впервые — в альм. «День поэзии 1967». Очерк об единственном из сохранившихся шестнадцати рисунков, подаренных Моди-льяни Ахматовой во время их встреч в Париже летом 1911 г., сопровождал публикацию ее новеллы о Модилья¬ни. В тексте после слов «будущие ню» Ахматова сделала подстрочное примечание: «Известный искусствовед, мой друг Н.И. Харджиев, посвятил этому рисунку очень ин¬тересный очерк, который приложен к этой статье» («День
поэзии 1967». С. 253-254).
Н. ХАРДЖИЕВ О РИСУНКЕ А. МОДИЛЬЯНИ В длинном ряду изображений Анны Ахматовой, живо¬писных, графических и скульптурных, рисунку Модильяни, несомненно, принадлежит первое место. По силе выразитель¬ности с ним может быть сопоставлен только «скульптурный» стиховой образ Ахматовой, созданный Мандельштамом (1914):
Вполоборота, о печаль, На равнодушных поглядела. Спадая с плеч, окаменела Ложноклассическая шаль…
Небезынтересно отметить, что «Ахматова» Модилья¬ни имеет случайное, но почти портретное сходство с его пер¬вым рисунком, находившимся в собрании д-ра Поля Алек¬сандра — «Маис! Abrantes ecrivant аи lit»*. В стилистическом
* «Мод Абрантес, пишущая в кровати» (фр.).
отношении эти произведения чужды друг другу и характери¬зуют различные этапы эволюции художника. Беглый набро¬сок с натуры, заставляющий вспомнить гениальные кроки Тулуз-Лотрека, портрет Мод Абрантес (1908) нарисован за год до встречи Модильяни со скульптором Константеном Бранкюзи. Как известно, под воздействием Бранкюзи Мо¬дильяни увлекся негритянским искусством и в течение не-скольких лет занимался скульптурой. Портрет Ахматовой, относящийся к этому периоду, трактован художником как фигурная композиция и чрезвычайно похож на подготовитель¬ный рисунок для скульптуры. Здесь Модильяни достигает необычайной выразительности линейного ритма, медлитель¬ного и уравновешенного. Наличие художественной формы монументального стиля позволяет этому небольшому рисун¬ку выдержать любые масштабные вариации.
Дружба с Бранкюзи, одним из основоположников абст¬рактного искусства, не увела Модильяни в область отвлечен¬ного формального экспериментаторства. В эпоху гегемонии кубизма Модильяни, не боясь упреков в традиционализме, остался верен образу человека и создал замечательную порт¬ретную галерею современников. На всем протяжении своего пути он не утратил живой связи с художественной культурой итальянского Ренессанса. Об этом можно прочесть и в вос¬поминаниях друзей художника, и в работах исследователей его творчества.
Поэтому нет ничего неожиданного в том, что образ Ах¬матовой перекликается с фигурой одного из известнейших ар¬хитектурно-скульптурных сооружений XVI столетия. Я имею в виду аллегорическую фигуру «Ночи» на крышке саркофага Джулиано