они приходили, то неизменно заставали его сидящим в одной и той же позе, на одном и том же месте – на открытом песчаном бугре в джунглях, кишащих хищными зверями, безо всякой еды и воды в течение многих недель, как будто он был сделан из камня, вместо мяса и костей . Он открыл нам таинственный секрет, дающий человеку силу переносить страдания и жестокие лишения, длительное время обходиться без еды и питья, становиться абсолютно невосприимчивым к жаре и холоду, и, наконец, пребывать в течение ряда дней вне тела… Во время этого путешествия мы посетили колыбель индийского мистицизма, средоточие аскетов, где память о чудесных феноменах Риши так же жива, как и в дни, когда школа Патанджали, известного основателя йогизма, была переполнена, и где его «Йога-санкхья» все еще изучается с тем же рвением, хотя и с меньшим пониманием. Дальше мы отправились в Верхнюю Индию и северо-западные провинции – в Аллахабад и Канпур, где берега священного Ганга переполнены многочисленными верующими, которые, испытывая отвращение к жизни, приходят сюда провести остаток дней в медитации и уединении и становятся саньяси, госсейнами, садху. Затем – в Агру, с ее Тадж Махалом, этой «поэмой в мраморе», как удачно назвал его епископ Гебер; и дальше в Сикундру к могиле основателя Агры, великого императора-адепта Акбара; снова в Агру, где храмы переполнены поклоняющимися Шакти, где Джумна смешивает свои голубые воды с патриархальным Гангом, к тому известному в истории индийского оккультизма месту, что было избрано шактами (поклонниками женского аспекта Вселенской энергии) для совершения своих пудж, в ходе которых руками девственниц создаются знаменитые черные кристаллы или зеркала, упомянутые П.Б.Рандольфом. Оттуда – снова в Сахаранпур и Мирут, где вспыхнуло сипайское восстание в 1857 году. Во время нашего пребывания в железнодорожном центре Сахаранпуре, там собралось почти двадцать пять тысяч саньяси и госсейнов возвращавшихся после паломничества в Хардвар. Полковник Олькотт учинил тщательный допрос паломникам и часами беседовал с ними. Затем мы отправились в Раджпутану, где живет самая отважная и самая мистическая изо всех рас Индии – Солнечная Раса, чьи раджи ведут происхождение от самого Солнца. Мы дошли аж до Джейпура, этого Парижа и одновременно Рима земли раджпутов. Мы облазили долины, горы и священные рощи, где было много пагод и верующих, среди которых нам встретилось много святых, действительно обладающих чудесными свойствами. Однако, большинство из них все же были отъявленными мошенниками. Нам удалось расположить к себе нескольких брахманов – стражей и хранителей тайн своего Бога и храма – но мы получили от этих «наследственных жуликов», как их метко окрестил полковник Олькотт, не больше свидетельств о схожести их взглядов со взглядами спиритуалистов, нежели от саньяси и заклинателей злых духов. Также мы никогда не упускали возможности, встречаясь с образованными индусами, расспросить их о том, что думают их соотечественники о феноменах вообще и о спиритуализме в частности. И на все наши вопросы, кто именно наделяет святых йогов «чудодейственными силами», позволяющими совершать феномены, неизменно получали один и тот же удивленный ответ: «Он (йог) совершает их, сливаясь с Брахманом». Очень часто наши собеседники негодовали и даже обижались на непочтительные расспросы полковника Олькотта о том, не помогают ли «бхуты» творить магу чудеса. Почти два месяца в нашем жилище в Бомбее – в саду, на верандах и в залах, с утра и до позднего вечера, ежедневно до ста человек – толпились туземцы, принадлежавшие к различным кастам, расам и религиозным верованиям. Они приходили к нам обменяться мнениями по метафизическим вопросам и обсудить достоинства восточной и западной философии, включая оккультные науки и мистицизм. Во время путешествия мы принимали наших братьев из Арья Самадж, отправлявших свои депутации приветствовать нас везде, где мы находились и где было отделение Самадж. Так мы ближе познакомились со взглядами сотен и тысяч последователей свами Даянанды, которые они исповедовали, прежде чем последний отвратил их от той или иной идолопоклоннической секты. Многие из них были образованными людьми, настолько же сведущими в ведической философии, насколько прежде – в догматах секты, с которой они расстались. Таким образом, у нас было намного больше возможностей познакомиться со взглядами индусов, их философией и традициями, чем у других европейских путешественников и даже чиновников, живших в Индии годами; поскольку они не исповедовали индусской веры и не были с индусами в приятельских отношениях, как мы, им не доверяли и не называли, как нас, «братьями».
После непрерывных исследований и долгих обсуждений, продолжавшихся несколько месяцев, мы пришли к тем же заключениям, к каким и м-р О’Грэйди: ни один индус не является спиритуалистом; и за редким исключением, никто из них никогда не слышал о спиритуализме и его распространении в Европе, тем более, в Америке; многие из них знают столь же мало об этой стране, как и о северном полюсе. Только недавно свами Даянанда обнаружил, что древние арии должны были знать об Америке, поскольку Арджуна – один из пяти Пандавов, друг и ученик Кришны – как повествуют Пураны, отправился в Паталу на поиски жены, женился там на Улупи, дочери Нага, царя Паталы, страны-антипода Индии, описания которой в точности совпадают с Америкой, но которой в те далекие времена не знал никто, кроме ариев. Поэтому члены Самадж проявляют такой интерес к этой стране. Но когда мы объяснили нашим друзьям происхождение, развитие и доктрины спиритуалистической философии, и особенно modus operandi медиумов – то есть общение духов умерших с живыми людьми, чьи организмы эти духи используют в качестве средства общения – ужас наших слушателей был неподдельным. «Общение с бхутами, – воскликнули они, – общение с духами, ставшими злыми демонами, которым мы готовы приносить в жертву еду и питье, дабы ублажить их и заставить мирно покинуть нас, но которые всегда возвращаются, нарушая семейный покой – их присутствие мы рассматриваем как осквернение! Какое удовольствие беллати (белые иностранцы) могут испытывать от общения с ними?» Поэтому я повторяю, и очень настойчиво, что в Индии не только нет спиритуалистов в том смысле, в каком мы понимаем этот термин, но даже сам намек на так называемое «общение с духами» отвратителен для индусов – можно сказать, самой древней нации в мире, знавшей все о феноменах на протяжении многих тысяч лет. Разве этот факт ни о чем не говорит нам, только недавно начавшим наблюдать чудеса медиумизма? Можем ли мы мнить себя настолько умными, чтобы отказываться следовать указаниям Востока, с древнейших времен видевшего своих святых – и даже богов, демонов и духов стихий – совершающими чудеса? Разве мы настолько усовершенствовали собственную философию, что можем сравнить ее с индийской, убедительно объясняющей каждую тайну и суть любого феномена? Поверьте мне, стоит попросить помощи у индуса, если потребуется доказать материалистам и скептикам от науки – убедительнее, чем мы можем это сделать сейчас – что какой бы ни оказалась догадка о подлинной сущности сверхъестественных сил, все феномены, будь они библейские или ведические, христианские или языческие, полностью согласуются с законами этого мира, и в первую очередь претендуют на научное исследование. Давайте же сначала докажем профанам существование Сфинкса, а уже потом попробуем разгадать его тайну. Спиритуалисты всегда найдут время, чтобы опровергнуть «устаревшие доктрины» прошлого. Истина вечна, и как бы долго ее ни топтали, она все равно проявится вновь и, обновленная, засветит еще ярче в тающих сумерках суеверия. Но в одном смысле применение нами термина «спиритуалисты» к индусам полностью оправдано. Как бы они ни выступали против физических феноменов, производимых бхутами или неуспокоенными душами умерших, и одержания последними медиумов, все же они с радостью принимают утешительные свидетельства непрекращающегося к ним интереса со стороны их умершего отца или матери. В субъективном феномене снов, в образах ясновидения или транса, вызванного чарами святых, они приветствуют духов некогда любимых ими людей и часто получают от них важные напутствия и совет… Если ваши читатели захотят, я могла бы посвятить индийским феноменам серию писем, объясняя их по мере описания. Искренне надеюсь, что американские спиритуалисты более не будут угрожать теософам-иконоборцам и их «устаревшим» идеям. Я делаю это не из желания проповедовать новые доктрины или распространять нежелательную индусскую пропаганду, а только с целью предоставить материал для сравнения и изучения тем спиритуалистам, кто еще не отвык думать.
ДОКТРИНЫ СВЯТОГО «ЛХА»
Форм, в которых может вновь родиться
1. Наивысшим классом являются Лха –
«духи, высшие существа, боги», на санскрите
Дэвы; они идут после Будд и населяют
шесть небесных сфер (на санскрите – Дэвалок).
Две из этих сфер принадлежат Земле,
но четыре другие, которые считаются высшими
обителями, находятся в атмосфере,
далеко за пределами Земли…
…Вследствие преждевременной смерти
«Бардо» продлевается. Это промежуточное
состояние между смертью и новым рождением,
которое наступает не сразу, а после
некоторого интервала, который для хороших
людей короче, чем для плохих…
Эмиль Шлагинтвейт. Буддизм в Тибете
Следующие записи собраны или, точнее, переведены настолько точно, насколько могут позволить идиоматические различия, из тибетских писем и манускриптов, присланных в ответ на несколько вопросов относительно неверных представлений на Западе о северном буддизме или ламаизме. Информация исходит от гелонга Внутреннего храма – ученика Бапа Дхармы, Тайной Доктрины.
«Поскольку Братья, живущие в Гья-Пхелинге, в британской Индии, почтительно обратили внимание моего Учителя на некоторые неверные и вводящие в заблуждение утверждения о Благом Учении нашего благословенного Пхагпа Санггья – самого святого Будды, которое, как утверждают, было перенесено в Бод-юл – землю Тибета, то уважаемый Нганг-па повелел мне ответить на них. Я сделаю это, насколько наши правила позволят мне открыто обсуждать столь священную тему. Я не могу сделать больше, ибо до того дня, когда наш Панчен-Римпоче вновь родится в землях пхелингов – чужеземцев и, появившись как великий Чомданда – победитель, разрушит своей могучею рукою вековые ошибки и невежество, будет мало пользы от попыток искоренить подобные заблуждения».
В Тибете распространено пророчество Цонкапы, что истинное учение будет сохраняться в своей чистоте лишь до тех пор, пока Тибет останется свободным от вторжения западных наций, чье грубое понимание фундаментальной истины неизбежно приведет в замешательство и затемнит последователей Благого Закона. Но когда западный мир станет более зрелым в философском плане, произойдет воплощение Панчен-Римпоче – Великого Сокровища Мудрости, одного из таши-лам, и тогда великолепие Истины озарит весь мир. В этом – подлинный ключ к тибетской исключительности.
Наш корреспондент продолжает:
«Из множества ошибочных взглядов, представленных на рассмотрение нашего Учителя, я получил его дозволение обсудить следующее: во-первых, ошибка широко распространенная среди роланг-па – спиритуалистов, будто те, кто следуют Благому Учению, имеют сношение и благоговеют перед ролангами