экспериментам Общества психических исследований приведет к потрясающим результатам. Если опытный Адепт – это человек, развивший все свои внутренние способности и на физическом плане полностью владеющий своими чувствами, то человек, случайно, без оккультного обучения получивший внутреннее зрение, находится в положении беспомощного младенца – игрушка капризов одного отдельного внутреннего ощущения. Это прольет свет на ненадежность обычно необученного ясновидца. Именно так было в случае с сенситивами, с которыми экспериментировали м-р Майерс и его коллеги. Однако бывают и случаи, когда коррекция одного ощущения другим происходит непроизвольно и получаются верные результаты. Когда сенситив читает мысли в уме другого человека, такая коррекция не требуется, так как воля думающего посылает мысли, так сказать, прямо в ум сенситива. Более того, обсуждаемая интроверсия будет обнаруживаться только в примере с такими образами, на которые не может повлиять обычный чувственный опыт сенситива. Возьмем в качестве примера изображение собаки; когда сенситив воспринимает его как существующее в уме человека или на листе бумаги, то в его внутреннем ощущении оно может возникнуть искаженным, но его физический опыт всегда исправит его. Однако эта интроверсия непременно будет иметь место, когда объектом исследования является направление поворота головы собаки. Трудность может возникнуть в связи с именами людей и словами для прочтения сенситивом. Но в таких случаях должно быть принято во внимание действие воли думающего, который посылает мысль сенситиву, делая тем самым процесс интроверсии необязательным. Из этого совершенно ясно, что лучше всего изучать этот феномен, когда действует только одна сила воли – самого сенситива. Это имеет место всегда, когда считываемый объект не зависит от воли какого-то другого человека, как бывает в случае написания на бумаге или в иных подобных ситуациях.
Применяя этот же закон к снам, мы можем найти логическое объяснение распространенному предрассудку, будто в снах факты обычно предстают в перевернутом виде. Увидеть нечто хорошее обычно считается предвестником чего-то дурного. В исключительных же случаях, когда сны оказывались пророческими, на спящего якобы воздействовала чья-то воля, либо он испытывал влияние неких нарушающих душевное равновесие сил, которые можно вычислить только в особых случаях.
В этой связи можно отметить очень важный психический феномен. Примеры слишком многочисленны и слишком достоверны, чтобы подвергать их сомнению, когда происходящее на расстоянии событие – например, смерть человека – предстает перед мысленным взором человека, которому оно небезразлично. В таких случаях двойник умирающего человека является даже на большом расстоянии и становится видимым, как правило, только своему другу, но нередки и случаи, когда двойника видели несколько человек. Первый пример попадает в разряд рассматриваемых случаев, ибо сконцентрированная мысль умирающего человека воспринимается его другом посредством ясновидения и предстающий ему образ создается действием энергии воли умирающего, тогда как последний есть явление настоящей майявирупы, а потому не управляется рассматриваемым законом.
В давние времена «посредниками» человечества были такие люди, как Кришна, Гаутама Будда, Иисус, Павел, Аполлоний Тианский, Плотин, Порфирий и им подобные. Все они были адептами, философами – людьми, которые, проведя всю свою жизнь в чистоте, познании и самопожертвовании, через испытания, лишения и самодисциплину достигли божественного озарения и сверхчеловеческих способностей. Они могли не только производить феномены, наблюдаемые и в наши дни, но изгоняли «бесов», или демонов, из несчастных одержимых, почитая это своим священным долгом. Другими словами, избавляли медиума их дней от «элементариев».
Но в наше время более развитой психики каждый истеричный сенситив мнит себя пророком – и смотрите: медиумов уже тысячи! Без всякого предварительного обучения, самоотречения или хотя бы ограничения своей физической природы они полагают, выступая в качестве глашатаев неопознанных и неопознаваемых разумов, что превзойдут Сократа в мудрости, Павла – в красноречии, а самого Тертуллиана – в пламенном и авторитетном догматизме.
«»Дух» и «душа»»
* * *
Когда человек не знает истинного значения эзотерических, духовных символов природы, он может не рассчитать своих душевных сил и, вместо духовного, мысленного общения с высшими, небесными сущностями, добрыми духами (богами теургов школы Платона), он бессознательно призовет таящиеся вокруг человечества злые, темные силы – неумирающие, злобные порождения человеческих преступлений и пороков – и с теургии (белой магии) он скатится до гоэтии (черной магии, колдовства). Конечно, ни белая, ни черная магия на самом деле не являются тем, что понимает под этим общественное суеверие. Возможность «вызывания духов» – согласно ключу Соломона – верх суеверия и невежества. Только лишь чистота наших деяний и помыслов способна поднять нас до общения «с богами» и приблизить к желанной цели.
«Что такое теософия?»
* * *
Вопрос. Есть ли в Индии такие медиумы, как Вильям Эдди, в присутствии которого можно видеть материализованные формы?
Ответ. Точно не знаем, но думаем, что есть. Мы слышали об одном случае, будто в Калькутте умершая девочка среди бела дня посещала дом своих родителей и несколько раз беседовала с матерью. Медиумизм может легко развиться где угодно, но думаем, что он слишком опасен, и посему воздерживаемся от каких-либо указаний по его развитию. Те, кто думают иначе, могут найти интересующую их информацию в каждом номере лондонского «Spiritualist» и «Medium and Daybreak», в мельбурнском «Harbinger of Light», американском «The Banner of Light» или в любом другом респектабельном органе спиритуалистов.
Вопрос. Как эти медиумы приобретают свои способности – путем тренировки или же вследствие отклонений в их организме?
Ответ. Медиумами в основном рождаются, у них особенная психо-физиологическая конституция. Но некоторые из известных в наше время медиумов стали ими, посещая спиритические сеансы. У многих людей медиумические способности находятся в латентном состоянии и могут быть развиты в результате усилий или же в благоприятных условиях. То же самое относится и к адептству. Все мы имеем латентные зародыши адептства, но их проще вызвать к жизни у одних, нежели у других.
«Ответы на вопросы о йога-видье»
* * *
[«Мадам Блаватская… обладает некоторыми оккультными способностями, которые спиритуалисту странным образом напоминают способности медиума»].
Медиума – в роли почтальона, доставляющего письма от одного живого человека к другому; в роли помощника электрика, когда начальник говорит ему, как повернуть такую-то гайку и установить такую-то проволоку в батарее; но никогда – в роли медиума-спирита. «Мадам Блаватская» никогда не нуждалась и не прибегала ни к спиритическим сеансам в затемненных комнатах и кабинетах, ни к состоянию транса и «harmony», ни к одному из сотен условий, в которых столь нуждаются пассивные медиумы, никогда не знающие, что может случиться. Она всегда знала заранее, что должно произойти, хотя и не ручалась каждый раз за полный успех.
«Утверждения оккультизма»
* * *
Страстно желать увидеть умершего человека – значит вызвать его образ, выявить его из астрального света или эфира, где покоятся запечатленные образы прошлого. Это то, что частично происходит на медиумических сеансах. Спиритуалисты – бессознательные некроманты.
«Заметки о смерти и Сатане»
* * *
…человек кроме физического имеет также и мозг духовный. Степень восприимчивости первого всецело зависит от его физической структуры и развития, а с другой стороны, он полностью подвластен мозгу духовному, поскольку только духовное Эго в соответствии с тем, склоняется ли оно больше к двум своим высшим принципам или же к физической оболочке, может более или менее живо запечатлеть на материальном мозге восприятие вещей чисто духовных и нематериальных.
Следовательно, лишь от остроты ментальных ощущений внутреннего Эго, от степени духовности его способностей зависит передача отпечатков сцен, которые воспринимает его полудуховный мозг, слов, которые он слышит, и того, что он чувствует, дремлющему физическому мозгу внешнего человека. Чем выше духовные способности человека, тем легче для Эго пробудить дремлющие полушария, побудить к активности сенсорные ганглии и мозжечок и запечатлеть на физическом мозге, всегда находящемся в состоянии полного бездействия и покоя во время глубокого сна человека, живой образ передаваемого предмета. Что касается чувственного, недуховного человека, того, чей образ жизни и животные наклонности и страсти совершенно разорвали связь пятого принципа, или животного астрального Эго, с его высшей «духовной душой»; а также того, чей тяжкий физический труд настолько истощил материальное тело, что он временно стал нечувствительным к голосу и прикасанию своей астральной души, то во время сна мозг обоих этих людей пребывает в полном состоянии анемии (sic), или же абсолютной бездеятельности. Такие лица редко, если вообще когда-либо, будут видеть сны, а менее всего «видения, сменяющие друг друга». В первом случае, по мере того как близится момент пробуждения и сон становится более легким, начинают происходить ментальные изменения, их составляют сны, в которых ум не играет никакой роли; полупроснувшийся мозг предлагает лишь картины, являющиеся только туманными, гротескными репродукциями животных привычек; тогда как в последнем, если только человек не поглощен некой исключительной мыслью, неистребимый инстинкт активных привычек не позволит ему пребывать в том состоянии полудремы, во время которого с началом возвращения сознания мы видим различного рода сны, и тотчас же разбудит его, без всякой интерлюдии. С другой стороны, чем более духовен человек, тем более подвижна его фантазия и тем больше вероятность получения во сне правильных запечатлений, передаваемых ему его всевидящим и вечно бодрствующим Эго. Духовные чувства последнего, свободные от вмешательства физических чувств, находятся в непосредственной тесной связи с его высшим духовным принципом; а тот, хотя per se и квазибессознательный, будучи частицей всецело бессознательного, ибо совершенно нематериального Абсолюта, все же обладает присущими ему всезнанием, вездесущностью и всемогуществом, и, как только чистая сущность приходит в соприкосновение с чистыми сублимированными и (для нас) невесомыми материями, отчасти наделяет этими свойствами столь же чистое астральное эго.
Именно поэтому высокодуховные личности будут провидеть и грезить во сне и даже в часы бодрствования: это сенситивы, прирожденные ясновидцы, ныне произвольно окрещенные «духовными медиумами», причем не проводится никакого разграничения между субъективным провидцем, нейрогипнологическим субъектом и даже адептом – тем, кто освободился от физиологических идиосинкразий и полностью подчинил человека внешнего человеку внутреннему. Тот, кто меньше одарен духовно, будет видеть подобные сны лишь во время редких интервалов, точность которых будет зависеть от интенсивности его чувства по отношению к воспринимаемому объекту.
«Являются ли сны лишь праздными видениями ?»
* * *
Возможно, М. ошибается, но если предположить, что он умирает, плененный успокоительной иллюзией, что смерть содержит все добро, а жизнь – все зло, на которое он способен, то не найдется ли в таком случае смягчающих обстоятельств, способных сильно повлиять на его участь и помочь предотвратить его падение в жуткую бездну, которой вы запугали своих читателей?
Вопрошающий
«Вопрошающий» интересуется, превратится ли его «М.» тоже в привидение или пишачу! Судя по описанию характера, сделанного его другом, мы склонны думать, что из всех самоубийц он самый верный кандидат в спиритическое привидение. Он, возможно, лишен «нравственных пороков». Но поскольку его