в среду. Лекция в этот день и ныне, 13-го, дополнительная у Срезневского. 10-го снова был у Вольфа — красные победили 192, поэтому мне была радость некоторая, что-то теперь там? Ныне, бели не будет тетради, от Срезневского зайду.
Суббота, 11 [марта]. — Получил письмо от Сашеньки и стал писатв. Вечером был урок у Ворониных.
72 [марта], воскресенье. — Если угодно, этот день несколько опишу подробнее.
Продолжаю дома, в воскресенье, 19-го числа, в 4 часа, кончивши разбор своих университетских тетрадей. При этом у меня, как-то по-старчески, была тоска о прошедшем — итак, боже мой, в последний раз, скоро это будет чуждо!
Итак, в воскресенье, 12-го, был у меня Вас. Петр., пришел довольно не рано и довольно недолго вечером сидел, всего разве 5 часов. Говорил о том, о сем, кажется, весьма откровенно. Я все настаивал, чтоб он что-нибудь писал; он говорил, что не имеет таланта; об этом, как обыкновенно, был спор, я сказал: «Что талант, нет этой вещи, а есть только ум», и отвергал специальность направления от природы: «А, — говорю, — уж если так, то я скорее всего мог бы про себя сказать, чА нет таланта — ничего не могу придумать». — «Да что придумывать, — сказал он, — вот напишите например» — и рассказал историю «Экзеку-торского места». Потом стал было рассказывать в общих выражениях свою историю с Бельцовой, но остановился и tae захотел досказывать. Я ему дрожащим голосом рассказывал «Двойника» 193, и он сначала думал, что это я писал.
13, понед. — Устрялова не было, Срезневский кончил весьма трогательными словами, весьма трогательными, они несколько записаны у меня в тетради, и теперь я с сожалением каким-то вспоминаю, что перестал быть его слушателем. Ни о каком дру-, гом профессоре этого не осталось, а это должно быть оттого, что он слишком горячо любит свою науку.
14 [марта], вторн. — Никитенки не было, хотя мы его дожидались. Мы пошли из университета вместе с Данилевским и Лы-жиным. С Лыжиным долго ходили по улицам и рассуждали; сначала мы говорили о заговорщиках, после о своих товарищах, после о его методе образования себя. Он умнее других и, может быть, не глупее меня. Вечером спал. Ходил также к Срезневскому за тетрадями.
75 [марта], среда. — У Ворониных не был, поэтому воротился домой. После к Ир. Иван., раньше, конечно, к Вольфу на несколько времени, и у Ал. Фед. был. У Ворониных урока не было. У Иринарха Ив. пригласил меня к себе Минаев, и несколько слов говорила со мною жена Ир. Ив. Вообще я более и более становлюсь там человеком с голосом некоторым, хотя много уступаю доктору и Минаеву.
16 [марта], чете. — Просидел дома, писал несколько, больше спал.
77 [марта]. — Прочитал Лыткина Тибулла Annotationes; написал 10 листов Срезневского и понес к Славинскому, чтобы тот передал Лыткину; раньше зашел к Иванову, у которого читал, когда пришел Славинский, поэтому передал ему, сам пошел к Вас. Петр., у которого [пробыл] около часу, после воротился.
78 [марта], суб. — Утром писал, после пошел к I Ісиолину, оттуда шел с Корелкиным; к нему почувстнопал при: иом теплое расположение. Это была моя последняя лекция’, и мы один с ним были на ней из всего курса. После, когда пришел домом (да, в университете взял письмо), до чаю проспал, после писал (‘р^-шевского.
19 [марта], воскр. — Как встал, до 2 час. все писал Срезневского, чтоб кончить на всякий случай, потому что я скапал Славинскому, что кончу в воскресенье вечером, и торопился, потому что ждал Вас. Петр.; но его не было. Когда кончил, свернул в трубки, разобрал свои тетради за 4-й курс, после этого стал обедать. Когда кончил обед, стал разбирать тетради за первые 3 курса и кончил это гораздо скорее, чем думал. — Не так громадно, как я думал. Ложусь несколько дочитать. Когда будет 5Ѵ2, пойду к Срезневскому отнести ему тетради.
(Писано 27 марта в первом часу в понедельник.) 19-го отнес Срезневскому и ничего, только поговорил о Польше и т. д., но весьма вяло, и я вышел от него недовольный.
20 [марта], понед. — Не помню, что делал.
27 [марта], вторник. — Пошел к Вас. Петр., посидел у Иванова, заходил к Славинскому и попросил его прислать мне тетради, которые нужно. Взял «Современник» у Вас. Петр., 3 №, и читал его вечером и следующий день.
22 [марта], среда. — У Ворониных было два урока.
23 [марта], чете. — Пошел утром на толкучку, искал Фонвизина, сочинения о нем Вяземского и т. д. — до этого дня прождал, потому что дожидался денег от Ворониных, они были так милы, что ранее, чем я ждал, отдали. Купил за 80 коп. сер. Фонвизина и в этой же лавке за 50 коп. сер. 9 № Revue Independante194 1847 г. Сначала не понравилось, когда я пришел домой, после нашел довольно много хороших статей. Купил за 40 коп. сер. 8 №, 1847, «Отеч. записок», в котором статья первая о Фонвизине; теперь пойду, когда кончу это, отыскивать 9 №, в котором вторая статья. Этот день и следующий читал все Фонвизина, которого всего прочитал, и Revue lnaepcndante, которого половину, я думаю, прочитал.
24 [марта], пятн. — Был у Ворониных, потому что в субботу праздник. Был один урок, там обедал, оттуда к Корелкину, чтобы взять Никитенкину программу, т.-е. конспект за 1-й курс. У них просидел до 10V4, рассказывая события Западной Европы и т. д. Его самого не было — и весьма хорошо сделал, что ушел.
25 [марта], суб. — Утром читал Revue independante [и] Фонвизина. Вечером был Ал. Фед., принес 6 номеров «Debats», которые я прочитал вечером и 26, воскр. — утром, чтоб приготовить для Вас. Петр. Он пришел в 12, просидел до 4V2, я пошел с ним вместе отнести Ал. Фед. газеты, которые он принес, и пошел к Вольфу, у которого положил ноги на диван, — он подошел и сказал мне об этом. После этого я не хочу бызать у него. Вас. Петр, отдал 10 руб. сер.
27 [марта]. — Ныне утром все читал Revue Independante, до этих самых пор, потому что переписывать нечего в записках Плетнева и Штейнмана. Теперь иду справиться о 9 № «Отеч. записок»* достать Фонвизина и отнести записки к Славинскому, может быть, к Залеману и Корелкину.
Писано 17 апреля.
Март. — Решил вместо того, чтоб покупать Вяземского, прочитать его в Публичной библиотеке, и сделал это. Таким образом выиграл 2 руб. сер. — 9 № «Отеч. записок» читали все это время, поэтому я решьіл спросить у Ворониных и был так счастлив, что получил. /
7–8 [апреля]. — С 1-го или 2-го числа начал серьезно готовиться к Фишеру. Среди дня куда-нибудь постоянно выходил* чтоб освежиться, обыкновенно на залив. Приготовился довольно хорошо из всего, кроме, как после оказалось, психологии. 8-го пошел, — экзамен отложили на 10-е, потому что Фишер должен был присутствовать при открытии нового цензурного комитета195. Потолковали, как теперь быть с экзаменами, и решили Никитенку перенести на субботу. Я был раздосадован несколько этим, отчасти и нет, потому что через это выигрывал два урока у Ворониных. Так как сидел мало, то не записал в книжку, но сами переправили они, это весьма хорошо.
9 [апрѳля], воскр. — Был Ал. Фед. и толковал о поездке за границу. Я сказал, что лучше жениться, это более принесет пользы. Пришел Вас… Петр.
10 [апреля], понед. — Экзамен у Фишера для меня кончился довольно хорошо. Мне досталось — «о произвольном воспоминании» и т… д. и «о творческом воображении», — не знаю хорошенько, до каких пор. А из нравственной философии — «о форме, под которой должно являться требование разума нашему сознанию», и «сравнение действительного человека с человеком, каким его знают по сущности». Я говорил весьма живо. Плетнев вызывал, поэтому я вышел четвертым (первым црсле господ, получивших медали). Оттуда пошел к Иакову, — он нездоров, не принял. Оттуда зашел к Корелкину, оттуда к Нейлисову.
11 [апреля], вторн. — Пошел отнести письмо и пришел к Иванову.
12 [апреля], среда. — Был у Ворониных, после готовился.
13 [апреля], чете. — Готовился к Никитенке и Фрейтагу. Для Фрейтага прочитал несколько раз неправильные глаголы. Находила некоторая тоска, потому что [не] надеялся на этого скота и думал поставит 4.
14 [апреля], пяти. — Фрейтаг меня вызвал четвертым от конца, и дело пошло ничего. Когда я читал, он так сказал, как обыкновенно:
«Non est lugubris elegia, non est ergo tali voce legen-^da!» — «Est naturae vitium» отвечал я; и, когда читал стихи (мне достались 19—34-й стихи 1-й элегии 1-й книги Тибулла, я прочитал из них все, кроме двух последних, которых не дочитал), в 31-м стихе вместо capellae — puellae [150] [151], это насмешило и я сам посмеялся. Фрейтаі4 поставил 5, это меня порадовало. Оттуда поехали вместе с Слаиинским к нему, чтобы готовиться вместе из 3-го курса. Читали до 8 почти часов’, после я пошел к Иванову.
/5 [апреля]. ЭкзаменѵНикитенки мерзко шел. Туда я переехал вместе с Казамбеком и несколько говорил с ним. Вышли мы с Корелкиным первыми, потому что Никитенко предложил самим выходить. Корелкин сел обдумывать, я стал отвечать и плохо, вяло, так что мне было совестно. Мне досталось (было так: теории — 2-й, 3-й, половина 1-го курса — смешаны вместе; история литературы снова вместе—4-й и половина 1-го) «о высоком» из 2-го курса и «об исторических и пр. певцах нашей литературы», и я говорил о Несторе. Это оставило во мне неприятное чувство. Ушел к Ворониным, когда было 11 чтоб не потерять урока.
76 [апреля]t воскр. — Несколько читал Срезневского (вечером предыдущего дня и до чаю в этот день прочитал весь 1-й курс, который меня ободрил, потому что все помню), 3-й курс сначала, и так скверно читал, что нашла тоска. Я, чтРб уйти от нее, ушел за тетрадями и, между прочим, для Ната, который приходил утром просить достать ему записки [по] истории русской литературы. Пошел сначала к Вас. Петр. — он готовится и говорит об этом с волнением. Когда вышел от него, пришло в голову разбирать его характер, и яснее, чем когда-либо, сознал, что у него воля весьма решительная, но слишком подчинена минутным волнениям. Напр., ему сказал Лерх, что экзамен гимназический весьма легок, — и вот он тотчас принялся, |а] через две недели остынет. Оттуда пошел к Иванову, после к Залеману списать программу и