быть еще последовательнее и ст роже в своих понятиях, внушили ему сил ьней шее — желание настаивать на них и доказы вать неосновател ьность всех сомнений в том, что казал ось ему истиною. Некот оры е из статей , напечатанных Белинским тотчас по переезде в Пет ербург, написаны под влиянием этого полемического одушевления, и мнения, принадл ежавшие всем сотрудникам «Московского набл юдател я», доведены в этих статьях, которы е помещены были в «Отечественны х записках», до край ности, возбудившей изумление и объясняемой только их полемическим происхождением 122. Н о важно было уже то, что возражения, предл оженные Бел инскому его московскими прот ив-никами, сил ьно занимал и его, не были им забыты. Когда первые порывы полемики миновал ись, когда сбл ижение с дей ствительною жизнью начал о изобл ичать одност оронност ь прежнего отвлеченного идеализма, Белинский дол жен был беспристрастнее взгл я-нуть на мнения своих бывших противников, еще так недавно отвергнутые им с высоты идеалистических воззрений . Он увидел, что эти понятия, казавшиеся безусл овному посл едовател ю системы Гегеля узкими и поверхностны ми, горазд о лучше вы дер-живают поверку фактами, нежели выводы, предлагаемые гегеле* вою фил ософиею, и что мыслящий человек ничего иного, кроме этих понятий , не может вывести из жизни. Деятели умственного мира раздел яют ся на два кл асса; одним истина неприятна, если она прежде их вы сказана кем- нибудь другим, — они готовы брат ь 221
привилегию на свои мысли, вероятно, по сознанию того, что производительность их в этом отношении сл аба, — другие забот ятся только об истине, не считая нужным заботиться о привилегиях,— вероятно, потому, что чужды опасения оскудеть умом и обеднеть мыслями; одни не любят отказы ваться от своих ошибок, — вероятно, по сознанию того, что все их претензии — самол юби-вая ошибка: другие чужды этой щепетильности, потому что истина всегда лежала в основании их стремлений . Белинский принадлежал ко вторым. Он при первом же случае с обы чною своею прямотою признал ся, что Петербург научил его ценить воззрения на дей ствительность, о которых прежде он не хотел знать, и что в тех вопросах, о которых шли некогда споры , правда была на стороне людей , отвергавших выводы гегелевой системы, как несообразны е с фактами дей ствительной жизни.
Таким образом, исчезл и причины разделения, еще незадолго до того времени бывшие препятствием дружному дей ствованию лучших людей молодого поколения. Одни, прежде не обращавшие внимания на немецкую фил ософию, сделались теперь ревностными последователями ее, най дя в ее принципах твердое основание для убеждений , которы е были приобретены изучением новой истории и современного быта. Представитель другого направления в литературном движении, Белинский , был приведен наблюдением дей ствительности к разл ичению справедливых начал гегелевой фил ософии от ее односторонних выводов, увидел чрезвычай ную важность тех вопросов, на которые в кругу Ст ан-кевича обращал и слишком мало внимания, и удержал из гегелевой системы только те убеждения, которые выдержали поверку живыми явлениями дей ствительности. Все даровитей шие из бывшего круга Станкевича последовали за ним, есл » не вышли на ту же дорогу самостоятел ьно *. Одност оронност ь обоих направлений совершенно сгладилась.
При таком единстве понятий и стремлений должны были сбл изиться и л юди. Окол о этого времени возвратил ся из- за границы Грановский . Чем Станкевич был для своего круга, тем он стал равно для друзей Станкевича и г. Огарева. Грановского невозможно было не полюбить всею душою каждому бл агород-ному человеку. Все, что было в Москве благородней шего между людьми молодого поколения, соединилось вокруг него. Где &ыл Грановский , там могло быть только одно чувство — чувство * Читатель понимает, что, говоря здесь исключительно о литературном движении, мы не имеем права упоминать о людях иначе, как по отношениям их к литературе. Без сомнения, в тогдашнем русском обществе на различных поприщах деятельности был о много людей , замечательных ие менее Белинского: положим, что были такие люди и в кругу Станкевича. Но читатель согласится, что мы можем называть представителем втого круга только Белинского ш . Мы вовсе ве имеем охоты возвышать Белинского насчет кого бы то ни было — он в том вовсе не нуждается — а только излагаем его литературную деятельность.
222
братства. Помощником его в этом деле был г. Огарев. Ск оро их влиянию подчинил ись и те, которы е жил и в Петербурге и провинциях.
Влиянием Грановского, Бел инского и других, присоединил ись к их л итературному кругу почти все даровиты е люди мол одого
поколения, уже дей ствовавшие в л итературе или выступавшие на этот путь.
Таким образом , из прежних дружеских кругов Станкевича и г. Огарева, с присоединением новы х деятелей , составил ось одно бол ьшое литературное общест во, главным органом кот орого в литературе, до начал а нашего журнал а, были «Отечественные записки» (с 1840, особенно 1841 д о 1846 г од а); главным дей -ствователем в «Отечественных записках» того времени был Белинский . С ним достой ным образом раздел ял и с самого начала честь быть распространит ел ями новы х и здравы х идей в русской публике некоторые другие люди, о кот оры х мы отчасти уже упомянули, отчасти надеемся сказат ь, — именно, кроме Г ранов-ского, г. Гал ахов, г. Кат ков, г. Кет чер, г. К орш, г. Кудрявцев, г. Огарев и другие. Станкевич умер еще до начал а этого сл ияния,
Кл ючников и Кол ьцов пережил и Станкевича лишь немногими годами ш , как и Лермонт ов, который самостоятел ьными симпатиями своими принадлежал новому направл ению, и только потому, .что последнее время своей жизни провел на Кавказе, не мог разделять дружеских бесед Бел инского и его друзей . Пот ери эти был и вознаграждены присоединением новых людей , которы е или примкнули к Бел инскому, Грановскому, г. Огареву, или были воспитаны их влиянием. Из них надобно назвать, между прочим, г. Анненкова, г. Григоровича, г. Кавел ина, покой ных Кронеберга и В. Мил ют ина, г. Некрасова, г. Панаева и г. Тургенева. Более или менее примыкали к тому же кругу или воспитывались влиянием Бел инского или Г рановского почти все без исключения даровитые люди нового покол ения. Г. Краевский , как редактор журнал а, сл ужившего органом деятельности Бел инского, Грановского, г, Огарева и их друзей , занял очень почетное
место в русской литературе, кот орая, мы с удовол ьствием можем
сказать это, многим обязана ему был а в это время, за то, что он предоставил Бел инскому в своем журнал е пол ожение сообразное в л итературном отношении с преобл адающею важност ью этого лица для журнал а.
Окол о того же самого времени, когда произошл о у нас соединение одност оронних направлений в одну общую, всеобъемл ю-щую систему воззрений , подобное явление происходил о и в Ев -ропе. Немецкие ученые начал и сознават ь, что жизнь имеет свои права не только над деятел ьностью, но и над наукою; франц уз-ские ученые и л итераторы стали понимать необходимость глубоко исследовать общие понятия, о которы х до того времени мало заботил ись. В той и другой ст ране прежние одност оронние уче-223
ния стали уступать место новы м идеям, которы е уже не принадлежали искл ючител ьно тому или другому народ у, а равно были собственностью каждого истинно- современного человека, в какой бы ст ране он ни родил ся, на каком бы язы ке ни писал. Такое направление умов во всех ст ранах образованного мира к одинаковым воззрениям на все существенны е вопросы сл ужил о сил ь-ною поддержкою единства стремлений у всех истинно — современных людей в каждой ст ране. Так и у нас, изучением новых явлений , возникавших в умственной жизни главных народов Западной Европы и, при всем разл ичии своего происхождения и формы , проникнуты х совершенно одним и тем же духом, укреп-л ял ось единство понятий , которы ми связы вал ись люди с современным образом мыслей .
Но единство понятий и людей у нас только укрепл ял ось, а не рожд ено было внешними вл ияниями. Деятел и, стоявшие тогда во главе нашего умственного движения, конечно, ободрял ись тем, что согл асие с ними всех современны х мыслителей Европы
подтверждал о справедл ивость их понятий ; но эти люди уже не зависел и ни от каких пост оронних авторитетов в своих понятиях. Мы уже говорил и, что тот прогресс в понятиях, который сгладил прежнюю разрозненност ь, совершил ся у нас самостоятел ьным образом . Тут в первый раз умственная жизнь нашего отечества произвел а людей , которы е шли наряду с мыслителями Европы , а не в свите их учеников, как бы вал о прежде. Прежд е каждый у нас имел между европей скими писателями оракул а или оракул ов; одни находили их во французской , другие — в немецкой л итературе. С того времени, как представители нашего умственного движения самостоят ел ьно подвергли критике гегелеву систему, оно уже не подчинял ось никакому чужому авторитету. Белинский и главней шие из его сподвижников стали людьми вполне самостоятел ьны ми в умственном отношении.
Эт от факт — самостоят ел ьность, которой достигл а русская мысль в Бел инском и главных его сподвижниках, интересен не потому тол ько, что приятен для нашей народной гордости: он важен в истории наших л итературны х мнений потому, что им объ ясняют ся некоторые отличительные качества трудов Бел ин-ского и его союзников, — качества, которы х прежде не имела наша крит ика; им отчасти объ ясняет ся и бы строе распрост ранение л итературны х мнений Бел инского в нашей публике.
Чел овек, мысль кот орого достигл а самостоятел ьности, определительностью своих понятий и верностью их прил ожения всегда превосходит тех людей , кот оры е следуют чужим понятиям, не будучи в сост оянии подвергнуть критике принципы, которы х держат ся. Д о Бел инского наша крит ика была отражением то французских, то немецких теорий , потому вовсе не имела ясности и определ ител ьности в своих основны х воззрениях, а при оценке
существенного смысл