и здравым смыслом, а не маниловскими фантазиями». (Там же, стр. 14.) «Важность теоретических вопросов зависит от их отношений к дей ствительности… У себя, в себе, вокруг себя — вот где мы должны искать и вопросов, и их решения. Это направление будет плодотворно». (Там же, сгр. 28.)
«Жаль, что источник вдохновения этого таланта (одного us поэтов, кот орою стихотворения были иаданы а 1846 году) не жизнь, а мечта, и’что поэтому он не имеет никакого отношения к жизни и беден поэзиею… На высоте, куда ему так хочется, и пусто, и холодно, и нет воздуха для дыхания.
То ли дело земля! на ней нам и светло, и тепло, на иен все наше и понятно нам, на ней наша жизнь и наша поэзия. Зат о кто отворачивается от нее, не
«Литература наша… постоянно стремилась из реторической сделаться естественною, натуральною. Это стремление, ознаменоданное заметными н постоянными успехами, и составляет смысл, и душу истории нашей литературы. И мы, не обинуясь, скажем, что ни в одном русском писателе это стремлений не достигло такого успеха, как в Гоголе. Это могло совершиться только через исключительное обращение искусства к дей ствительности, помимо всяких идеалов. Это великая заслуга со стороны Гоголя, этим он совершенно изменил взгляд на самое искусство. К сочинениям каждого из (прежних) поэтов русских можно, хотя и с натяжкою, приложить старое и ветхое определение поэзии, как «украшенной природы»; но в отношении к сочинениям Гоголя этого уже невозможно сделать. К ним идет другое определение искусства — как воспроизведение дей ствительности во всей ее истине».
(«Взгл яд на русскую литературу 1847 г.», «Современник», 1848, № 1, Критика, стр. 17).
228
человеческая нат ура не подчиняется таким, повидимому, превосходным требованиям.
Эт о обстоят ел ьст во, пол агающее очевидную разницу между нашими жел аниями, заставил о пристал ьнее всмот рет ься в те из них, дост ижению кот оры х от казы вают ся сл ужить природ а и люди с здравы м смы сл ом — в самом ли деле необходимо для человека исполнение таких желаний ? Очевидно, нет, потому что он, как мы видим, и живет и даже, при бл агоприят ны х обстоят ел ьствах, бы -вает очень счастл ив, не обл адая ни фил ософским камнем, ни жизненным эл ексиром, ни теми очароват ел ьны ми бл агами и качествами, какими манит его вол шебст во фант азии, заносящей ся за обл ака. А если человек может обход ит ься, как показы вает жизнь, без этих бл аг, кот оры е вы ст авл яют ся фант азиею, будто необхо-
димые для него, — если обнаружил ось уже, что она обманул а чел овека в отношении необходимост и, то нел ьзя был о не запод о-зрить ее и с другой ст ороны : дей ствительно ли прият но был о бы человеку исполнение тех мечтаний , которы е прот иворечат зак о-нам внешней природы и его собственной нат уры ? И при внимательном набл юдении оказал ось, что исполнение таких желаний не вело бы ни к чему, кроме недовол ьства или мучений ; оказал ось, что все ненатурал ьное вредно и т яжел о для человека, и что нравственно здоровый человек, инстинктивно чувствуя это, вовсе не желает в дей ствительности осущест вл ения тех мечтаний , кот о-рыми забавл яет ся празд ная фант азия.
Как най дено был о, что мечты фант азии не имеют ценности для жизни, точно так же най дено бы л о, что не имеют значения для жизни многие надежды , внушаемы е фант азиею.
Прочное насл аждение дается человеку тол ько дей ствитель-ностью; серьезное значение имеют тол ько те жел ания, которы е основанием своим имеют дей ствительность; успеха можно ожи -дать тол ько в тех надеждах, кот оры е возбужд ают ся дей стви-тельностью, и тол ько в тех делах, кот оры е совершают ся при помощи сил и обстоят ел ьств, представл яемы х ею.
Дост ичь до т акого убеждения и дей ствовать сообразно с ним значит сдел аться чел овеком положител ьны м.
Но част о те самы е, которы е воображают себя людьми положительными, забл ужд ают ся в этом вы соком мнении о себе самым жестоким и постыдным образом , впадая в особенного рода фант азерст во именно по узкост и своих понятий о дей ствительности.
Например, несправедл иво бы л о бы считать пол ожител ьным человеком хол одного эгоиста. Любовь и доброжел ател ьст во (способност ь рад оват ься счаст ью окружающ их нас людей и ог ор-чаться их ст рад аниями) так же «рожд ены чел овеку, как и эгоизм. Кто дей ствует искл ючител ьно по расчет ам эгоизма, тот дей ствует наперекор человеческой природе, подавл яет в себе врожденны е и неискоренимы е пот ребност и. Он в своем роде т а-229
кой же фант азер, как и тот, кто мечтает о заобл ачны х само-от вержениях; разниц а тол ько в том, что один — злой фант азер, другой — приторный фант азер, но оба они сходны в том, что счастье для них недост ижимо, что они вредны и для себя и для других. Голодный чел овек, конечно, не может чувствовать себя хорош о; но и сытый человек не чувствует себя хорошо, когда вокруг него разд ают ся несносны е для чел овеческого сердца стоны гол одны х. Искат ь счаст ья в эгоизме — ненатурал ь-но, и участ ь эгоист а нимал о не завидна: он урод , а быть уродом неудобно и неприятно.
Точно так же вовсе нел ьзя назват ь пол ожительным и того человека, который , поняв, что силы прид ают ся человеку только дей ствительностью и прочны е насл аждения доставл яются только сю, вздумал бы объ явл ят ь, что нет в дей ствительности т а-ких явлений , кот оры е нужно и возм ожно человеку изменить, что в дей ствительности все прият но н хорош о для чел овека, и что он совершенно бессил ен перед кажды м фактом: это опять своего род а фант азерст во, стол ь же нелепое, как и мечты о воздушны х замках. Равно ошибает ся человек, который хл опо-чет о заменении обыкновенной здоровой пищи амвросиею и не-кт аром, и тот, который утверждает, что всякая пища вкусна и зд орова для чел овека, что в природе нет ядовитых растений , что пустые щи с л ебедою хороши, что невозможно очищать полей от камней и бурьяна, чтобы засеват ь пшеницею, что не дол жно
и невозм ожно очищат ь пшеницу от плевел.
Все эти люди — одинаковы е фант азеры , потому что одинаково увл екаются од ност ороннею край ностью, одинаково от вер-гают очевидны е факты , одинаково хот ят нарушат ь законы природы и человеческой жизни. Нерон, Кал игул а, Тиверий были так же бл изки к сумасшест вию, как ры царь Тоггенбург 12е и индей ский >факир Вителлин, который объ едал ся до того, что каждый день дол жен был прибегать к помощи рвотного, терпел от жел удка не меньше мучений , нежели терпит человек, не имеющий сы тного обеда. Разврат ник т очно так же лишен лучших наслаждений жизни, как и каст рат . Пол ожит ел ьного в жизни всех этих людей очень мал о. Пол ожител ен тол ько тот, кто хочет быть вполне чел овеком: забот ясь о собст венном бл агосост оянии, л юбит и других людей (пот ому что одинокого счаст ья нет); от казы ваясь от мечтаний , несообразны х с законами природы , не от казы вает ся от полезной деятельности; находя многое в дей ствительности прекрасны м, не от рицает т акже, что многое в ней д урно, и стремится, при помощи бл агоприятны х человеку сил и обстоятел ьств, борот ься против того; что небл агоприят но чел овеческому счаст ью. Пол ожител ьны м чел овеком в истинном смысл е сл ова может быть тол ько человек любящий и бл агород-ный . В ком от природы нет л юбви н бл агородст ва, тот жалкий урод . Шекспиров Кал ибан ,27( недостой ный имени чел овеческо-2.° 0
го, — но Таких людей очень мало, может быть, вовсе нет; в ком обстоятельства убивают л юбовь и бл агородство, тот человек жалкий , несчастный , нравственно больной ; кто преднамеренно подавляет в себе эти чувства, тот фант азер, чуждый пол ожител ь-ности и противоречащий законам дей ствительной жизни.
По от вержении фантазерст ва, т ребования и надежды человека делаются очень умеренными; он становится снисходителен и от-
личается терпимостью, потому что изл ишняя взыскательность и фанатизм — порождения болезненной фантазии. Н о из этого вовсе не следует, чтобы пол ожител ьность осл абл ял а сил у чувства и энергию требований , — напрот ив, те чувства и требования, которые вы зы ваются и поддерживают ся дей ствительностью, горазд о сильнее всех фантастических стремлений и надежд: чел о-век, мечтающий о воздушны х замках, и в сот ую долю не так сильно занят своими сл ишком радужны ми мечтами, как человек, заботящий ся о построй ке для себя скромного (л ишь бы тол ько уют ного) домика, занят мы сл ью об этом домике. О том уж нечего и говорить, что мечтатель обы кновенно проводит время лежа на боку, а человек, одушевленный рассудител ьным жел а-нием, трудится без отдыха для его осуществл ения. Чем дей стви-тельнее и положительнее стремления человека, тем энергичнее борется он с обстоятел ьствами, препятствующими их осуществл е-нию. И л юбовь и ненависть даются и возбужд ают ся в высшей степени теми предметами, кот оры е принадл ежат к обл асти дей -ствительной жизни. Фант аст ическая Ел ена, при всей своей невообразимой красоте, не возбуждает в зд оровом человеке и сл а-бой тени того чувства, кот орое возбуждает ся дей ствительною женщиною, даже не принадл ежащею к числу блистательных красавиц. С другой ст ороны , зверст ва каннибал ов, о кот оры х мы,