были противниками Н. А. Пол евого, — но сущност ь суждения ост ал ась бы та же; она зависел а от фил ософских и эстетических суждений крит ика, а не от личных его отношений . (И нел ьзя ставить ему в вину резкости этого т она: когда хвалители говорят громко, и необходимо и справедл иво, чтобы л юди, не согл асны е с их мнением, высказывал и свои убеждения ст ол ько же громко, — на чьей бы ст ороне ни была правда, она вы играет от того, что прение ведется во всеуслышание: современники яснее будут понимать сущность вопроса, да и приверженцы правого дела ревностнее будут защищат ь его, когда поставл ены в необходимость вести борьбу с противниками, оспаривающими каждый шаг смело и по возможност и сил ьно. И когда Смерть велит умолкнуть *лобе м.
* Собор Парижской богоматери. — Ред.
29
ист ория скажет , что если победители были правы и честны, то и некот оры е из побежденны х были честны; она признает даже
за этими честными побежденны ми ту засл угу, что их упорное сопротивл ение дал о возможност ь вполне вы сказат ься силе и правоте дела, против кот орого они борол ись. И если ист ория будет считать достой ным памяти время, в кот орое жил и мы и наши отцы, она скажет , что А . Н. Полевой был честен в деле о Гоголе. Взгл янем же бл иже на его мнения об этом писателе.
Некот оры е л юди, с гл азами более свежими и проницател ь-ными, увидели в «Вечерах на хут оре», «Мирг ород е» и повестях, помещенны х в «Арабесках», начал о нового периода для русской л итературы , в авт оре «Т араса Бул ьбы » и «Ссоры Ивана Ивановича с Иваном Никифоровичем » — преемника Пушкину. Авт ор статьи «О русской повести и повест ях г. Гогол я», напечатанной в 1835 году, когда еще не был известен «Ревизор», закл ючает свой обзор сл едующими сл овами, кот оры е могли бы сл ужить одним из бл естящих доказат ел ьств его критической (проницател ьности, если б доказат ел ьства ее нужны были л юдям, хот я скол ько- нибудь сл едившим за русскою л итерат урою:
Из современных писателей никого не можно назвать поэтом с большей уверенностью и нимало не задумываясь, как г. Гогол я… Отличительный характер повестей г. Гогол я составл яют: простота вымысла, народность, совершенная истина жизни, оригинальность и комическое одушевление, всегда побеждаемое глубоким чувством грусти и уныния. Причина всех этих качеств заключается а одном источнике: г. Гоголъ поэт, поэт жизни дей ствительной .
Г. Гоголь еще только начал свое поприще; следовательно, наше дело высказать свое мнение о его дебюте и о надеждах в будущем, которые подает этот дебют. Эти надежды велики, ибо г. Гоголь владеет талантом необыкновенным, сильным и высоким. По край ней мере, в настоящее время он является главою литературы, главою поэтов.
Другие тогдашние крит ики не воображал и эт ого. «Вечера на хут оре» понравил ись всем весел остью рассказа; в авторе заме-
тили д аже некот орую способност ь довол ьно живо изображат ь лица и сцены из прост онарод ного мал ороссий ского бы та; более в ннх л и чего не заметили, и были правы . Н о неправы были ст ары е крит ики в том, чт о на Гогол я они до конца его деятель-ност и смотрел и, как на авт ора «Вечеров на хут оре», меряя все сл едующие его произведения аршином, который годен был т ол ько для этих первы х опы т ов, не понимая в «Ревизоре» и «Мерт вы х д ушах» ничего т акого, чего еще не было в «Вечерах на хут оре», и видя признаки падения тал анта во всем, что в по-сл едующих сочинениях Гогол я не бы л о похоже на «Вечера».
Т ак был о и с Н. А . Пол евы м. Тол ько первы е и слабей шие произведения Гогол я ост ал ись для него понятны и хороши, потому что в них еще не преобл адал о новое начал о, превы шавшее уровень его понятий . Он всегда продол жал находить прекрасными «Вечера на хут оре», «Н ос», «К ол яску»,—’Справедливо 30
видя в «их признаки бол ьшого д арования, хот я, т ак же сп ра-ведливо, и не видя в них произведений тениал ьных, кол оссал ь-ных. Н о вот явил ся «Ревизор»; л юди, понявшие это великое т во-рение, провозгл асил и Гогол я гениальны м писателем; Н . А . П о-левой , как и сл едовал о ожид ат ь, не понял и осудил «Ревизора» за т о, что он не похож на «ист орию о носе». Эт о очень л юбо-пытно, и было бы ст ранно, если б мы не видели, что фил ософско -эстетические убеждения крит ика бы л и сл ишком нерешительны и фантастичны для вмещения идеи, вы раженной «Ревизором », и понимания художественны х дост оинств эт ого вел икого п рои з-ведения. Вот какие мысли возбудил «Ревизор» в Н . А . Пол евом:
Сочинитель «Ревизора» представил нам собою печальный пример, какое зл о могут причинить человеку с дарованием дух партий и хвалебные вопли друзей , корыстных присл ужников, и той бессмысленной толпы, которая является окрест людей с дарованием. Благодарить бога надобно скорее за неприязнь, нежели за дружбу того народа, о котором говорил Пушкин:
Уж эти мне друзья, друзья!
Никто не сомневается в даровании г. Гогол я и в том, что у него есть свой бесспорный участок в области поэтических созданий . Его участок — добродушная шутка, малороссий ский «жарт », похожий несколько на дарование г. Основьяненкн, но отдельный и самобытный , хотя также заключающий ся в свой ствах мал ороссиян. В шутке своего рода, в добродушном рассказе о Мал о-россии, в хитрой простоте взгляда на мир и люден г. Гоголь превосходен, неподражаем. Какая прелесть его описание ссоры Ивана Ивановича, его «Старосветские помещики», его изображение запорожского казацкого быта в «Тарасе Бульбе» (искл ючая те места, где запорожцы являются героями и смешат карикатурой на Дон- Кихота), его ист ория о носе, о продаже коляски!
Так и «Ревизор» его — фарс, который нравится именно тем, что в нем нет ни драмы, ни цели, ни завязки, нн развязки, ни определенных характеров. Язы к в нем неправильный , лица — уродливые гротески, а характеры — китай ские тени, происшествие — несбытное и нелепое, но все вместе уморительно смешно, как русская сказка о тяжбе ерша с лещом, как повесть о Дурне, как малороссий ская песня:
Танцовал а ры ба с раком,
А петрушка с пастернаком,
А цыбуля с чесноком…
Не подумай те, чтобы такие создания было легко писать, чтобы всякой мог писать их. Дл я них надобно дарование особенное, надобно родиться для них, и притом еще часто то, что вам кажется произведением досуга, делом минуты, следствием веселого распол ожения духа, бывает трудом тяжелым, долговременным, следствием грустного распол ожения души, борьбою резких противоположностей .
С «Ревизором» обошлись у нас весьма несправедливо. Справедливо поступила только публика вообще, кот орая увлекается впечатлением общим, безотчетным и почти никогда в нем не ошибается; но несправедливы были все наши судьи и записные критики. Одни вздумали разбирать «Ревизора» по правилам драмы, чопорно оскорбил ись его шутками и языком и сравняли его с грязью. Другие, напротив, мнимые друзья автора, увидели в «Ревизоре» что- то шекспировское, превознесли его, прославили, и вышла та же история, какая была с Озеровы м. Досадно вспомнить, какие были притом побуждения к неумеренным похвалам. Но если они и были искренни, зато ошибочны; и посмотрите, какое зло они причинили, н, видя осуждение одних и похвалы 31
других, автор Почел себя нвувнаяным гением, не понял направления своего дарования, и вместо того, чтобы не браться ял то, что ему не дано, усилить деятельность в том направлении, которое приобрело ему общее уважение н славу, вспомнить слова Сумарокова:
Слагай , к чему тебя влечет твоя природа, —
Лишь просвещение, писатель, дай уму,
начал писать историю, рассуждения о теории изящного, о художествах, принялся за фантастические, патетические предметы, точно так, как Лафонтен некогда доказывал, что он берет образцы у древних классиков. Разумеется, автор проиграл свою тяжбу. Все, что здесь сказано, не выдумка наша и сказано не наобум: прочтите приложенное при новом издании «Ревизора» письмо автора, которое можно сохранить, как любопытную историческую черту и как материал для истории человеческого сердца. Разве Шекспир только мог бы так писать о себе и о своих творениях и так говорить о характере своего Гамлета, как г. Гоголь говорит о характере Хлестакова, И с тем вместе письмо это дышит такою, добродушною, поэтическою грустью.
Но, скажут нам, следственно, чем же тут виноваты хвалители автора? —
Тем, что, не увлекли они самол юбия авторского в ошибку, осуждения могли благодетельно подей ствовать на автора и обратить его на прямой путь. Осуждения не погубят никогда, а восхваления часто и почти всегда губят нас.
И как не иметь столько уважения к самим себе, что из мелкого расчета корысти не стыдиться показать себя надувателями мыльных пузырей ! Если же хваления происходят от безотчетного увлечения, как до такой степени не отдавать себе отчета в своих понятиях, не научиться из опытов прошедшего не повторять в каждом поколении одну и ту же докучную сказку! • Возм ожно ли обвинят ь человека за то, что он не может видеть в «Ревизоре» «ни драмы , ни цел и, ни завязки, ни развязки, ни определ енных характеров »? Эт о все равно, что обвинять почитателя «Русской сказки о т яжбе ерша с л ещом» за то, что он не понимает «Гамл ета» и не восхищает ся «Каменным гостем» Пушкина. Он не понимает этих произведений , и только; что ж прикажете с ним делать! Такова степень его эстетического развит ия. Можно и дол жно сказат ь, что он ошибает ся, если он сказал , что «Гамл ет» л уст, а «Каменный гость» скучен; можно прибавит ь, что он не суд ья этим произведениям; но видеть в его суждениях преднамеренное эстетическое