Было бы неуместно рассматривать здесь кровопролитные события таких гражданских распрей, как, например, Тридцатилетняя война[68 — Тридцатилетняя война — война (1618–1648) между габсбургским блоком (испанские и австрийские Габсбурги, католические князья Германии, поддержанные папством и Речью Посполитой), выступавшим под знаменем католицизма, и антигабсбургской коалицией (германские протестантские князья, Франция, Швеция, Дания, поддержанные Англией, Голландией и Россией) — под флагом (особенно поначалу) протестантизма.], когда католики и протестанты боролись за подобное наследие. Чисто богословские споры между христианами не тянут более за собой столкновений непримиримых интересов, разрешаемых силой оружия. Глубочайшими причинами раскола все еще могут быть причины религиозные, однако они начинают быть осознанными не в области богословских, но в области политических, социальных и экономических доктрин. Разумеется, в странах, где преобладающее вероисповедание — протестантизм, антиклерикальность редко принимает насильственные формы. В таких странах как вера, так и неверие обычно умеренны и безобидны; по мере секуляризации культуры культурные различия между верующими и неверующими становятся минимальными; грань между верой и неверием стирается; христианство более уступчиво, атеизм менее агрессивен; и все группировки живут в дружбе, до тех пор пока продолжают признавать некоторые общие моральные условности.
Однако положение в Англии отличается от положения в других странах, католических или протестантских. В Англии, как и в других протестантских странах, атеизм в большинстве случаев носил пассивный характер. Ни один статистический подсчет не мог бы дать точное число христиан и не-христиан. Большое число людей живет на безымянной границе в непроницаемом тумане; из живущих же по ту сторону границы гораздо многочисленнее те, что прозябают на мрачных пустырях невежества и безразличия, чем те, кто находятся в хорошо освещенной пустыне атеизма. При таких событиях, как рождение, смерть и вступление в брак, английский безбожник, имеющий хотя бы самое скромное социальное положение, склонен соблюдать христианские обряды. В культурном отношении атеисты в Англии еще не объединены: виды атеизма будут варьироваться в зависимости от культуры той религиозной среды, в которой воспитывались они, их родители или деды. В прошлом в Англии главными культурными различиями были различия между англиканством и важнейшими сектами протестантизма; но даже эти различия не поддаются четкому определению; во- первых, потому, что сама Церковь Англии вмещала в себя больше разновидностей вероисповедания и культа, чем, на взгляд наблюдателя-иностранца, пределы единого установления способны в себе заключать; и, во-вторых, ввиду количества и разнообразия отделившихся от нее сект.
В случае принятия утверждений, сделанных в первой главе, мы согласимся, что формирование религии есть также формирование культуры. Из этого следует, что по мере разделения религии на секты и их развития из поколения в поколение возникает ряд разнообразных культур. Ввиду же той степени близости между религией и культурой, при которой все происходящее в одной области отражается в другой, можно ожидать, что разделение христианских культур стимулирует дальнейшую дифференциацию внутри веры и культа. Обсуждение Великого раскола между Востоком и Западом, соответствующего перемещающейся географической границе между двумя культурами, в мои намерения не входит. Рассматривая западный мир, нам надо признать, что главной культурной традицией была традиция, относящаяся к Церкви римско-католической. Самовыявление иной Церкви последовало лишь за последние четыреста лет; и каждый, обладающий чувством центра и периферии, должен признать, что западная традиция была латинской, а латинская традиция означает Рим. Мы свидетели бесчисленных тому доказательств в области искусства, мысли, норм поведения; и сюда мы должны отнести творения всех людей, родившихся и взращенных в католическом обществе, какими бы их личные убеждения ни были. С этой точки зрения, отделение Северной Европы, и в особенности Англии, от религиозной общности с Римом являет собой отклонение от главного потока культуры. В данном исследовании мы должны избегать какой бы то ни было оценки, т. е. рассмотрения такого отделения, как полезного или вредного; ибо это означало бы переход с социологической позиции на позицию теологическую. Я вынужден здесь ввести термин субкультура для обозначения культуры, относящейся к отделившейся части христианского мира; следует, однако, остерегаться предположения, что субкультура есть обязательно культура низшая, помня, что если субкультура может пострадать в результате отделения от главного корпуса, то и главный корпус может понести ущерб от потери одной из своих составных частей.
Далее нам следует признать, что в случае упрочения (со временем) субкультуры в качестве главенствующей культуры определенной территории, субкультура обычно — в отношении этой территории — меняется местами с главенствующей европейской культурой. В этом смысле она отличается от субкультур тех сект, которые сосуществуют с этой главенствующей культурой на ее территории. В Англии главная культурная традиция уже в течение нескольких столетий — традиция англиканская. Английские католики пребывают, конечно, в более центральной европейской традиции, чем англикане; ввиду того, однако, что главная традиция Англии — англиканская, они в каком-то аспекте в большей степени находятся вне этой традиции, чем протестантские сектанты. Скоплением субкультур является по отношению к англиканству именно протестантское сектантство; или же, рассматривая само англиканство как субкультуру, можно назвать протестантское сектантство скоплением «суб-субкультур»; при невозможности ввести в порядочное общество этот термин ввиду его шутовского звучания мы дадим ему наименование «второстепенных субкультур». Под протестантским сектантством я подразумеваю церкви, считающие друг друга «Свободными церквами»[69 — Свободные церкви — протестантские объединения, общины, миссии, организационно самостоятельные, т. е. вне церковной иерархии; они не подчиняются вышестоящим религиозным и государственным инстанциям и отказались от обязательной догматики. Это меннониты (восходящие к анабаптистам), кон- грегационалисты (выделившиеся из английских пуритан), баптисты, Свободная методистская церковь, Свободная пресвитерианская церковь Шотландии. Порой это определение распространяют на те протестантские конфессии, где ослаблены требования катехизической подготовки и обряда посвящения неофитов. В узком смысле термин впервые применен к протестантским не епископальным евангелическим союзам Англии, в 1896 г. образовавшим Федеральный совет Свободных церквей.], включая квакерство[70 — Квакеры (именуют себя «Обществом друзей») — последователи радикального направления в протестантизме, основанного в Англии Джорджем Фоксом (1624–1691). Они отвергают обязательные таинства, обряды, праздники, считают главным присутствие Бога («внутреннего света») в душе каждого человека.], у которого обособленная от других, но примечательная история; все более мелкие религиозные группировки в культурном отношении внимания не заслуживают. Различия между установлениями главных религиозных групп связаны до некоторой степени с особыми обстоятельствами их возникновения и продолжительностью отъединения. Представляет некоторый интерес то, что у конгрегационализма[71 — Конгрегационализм — движение возникших на позднем этапе Реформации (первая конгрегационалистская церковь основана Р. Брауном в 1581 г.) радикальных общин (конгрегаций) и церквей, наиболее активно боровшихся за «очищение» («пурификацию» — отсюда «пуританизм») английской церкви от епископата и всех элементов католической доктрины и обрядности. Для него характерна тенденция к отказу от учения о жестком предопределении судьбы человека, т. е. отклонению от кальвинизма; поддержка экуменизма (принцип конгрегационализма ориентирует на религиозный плюрализм и веротерпимость). Восприимчивые к науке и образованию конгрегационалисты сыграли решающую роль в основании Гарвардского, Йельского и др. университетов.], обладающего продолжительной историей, есть несколько видных теологов; Методистская же церковь[72 — Методизм — протестантское течение, возникшее сначала как обновленческое движение внутри англиканства. Его инициатор — Джон Уэсли (1703–1791), в 1729 с целью реформации англиканства организовал в Оксфордском «университете кружок студентов, из него выросла Методистская церковь, официально отделившаяся от Англиканской церкви в 1795 г. Главное в ее учении — усиление евангелизации, требование методического соблюдения христианских заповедей, проповеднической деятельности среди рабочих и других социальных слоев, обычно не попадавших под влияние государственной церкви. Уэслианцы, путешествуя по стране, проводили массовые богослужения с религиозными песнопениями и эмоциональными проповедями.], с историей более краткой и с меньшим теологическим оправданием своего отъединенного существования, полагается, по-видимому, главным образом, на свою гимнологию и не нуждается в самостоятельной и независимой теологической структуре. Но будем ли мы рассматривать территориальную субкультуру, второстепенную субкультуру внутри одной территории или разбросанную по нескольким территориям, мы можем прийти к заключению, что каждая субкультура находится в зависимости от культуры, ответвлением которой она является. Жизнь протестантизма зависит от жизнеспособности того, против чего он протестует; и равно как культура протестантского сектантства погибла бы от опустошенности, не продолжайся культура англиканская, так и жизнь английской культуры обусловлена жизненными силами культуры католической Европы и непрерывностью питания соками культуры латинской.
Между отделением Кентербери от Рима и отделением Свободного протестантизма от Кентербери есть, однако, разница, представляющая для того, что я хочу сказать, немалую важность. Разница эта подобна представленной в предыдущей главе разнице между колонизацией путем массового переселения (как при ранних передвижениях через Европу на Запад) и колонизацией определенными элементами, отделяющимися от культуры, остающейся у своего очага (как при колонизации доминионов и американских континентов). Непосредственным поводом для отделения от Рима, инициатором которого был Генрих VIII, послужили личные мотивы высших кругов общества, однако оно нашло поддержку в мощных тенденциях более достойного характера в Англии и Северной Европе[73 — …Непосредственным поводом для отделения от Рима, инициатором которого был Генрих VIII, послужили личные мотивы высших кругов общества, однако оно нашло поддержку в мощных тенденциях более достойного характера в Англии и Северной Европе. — Отделение английской церкви от Рима было вызвано прежде всего необходимостью укрепления мощи Англии перед лицом угрозы со стороны католических стран (Франции, Испании). Прекращение выплаты Папам церковных налогов, конфискация монастырского имущества и др. меры пополнили государственную казну, позволили укрепить военно-морской флот, создать новые епархии. Но непосредственный повод для разрыва с Римом — развод Генриха VIII с Екатериной Арагонской и его женитьба на Анне Болейн. Папа Климент VII в 1533 г. отлучил Генриха VIII от католической церкви.]. Вырвавшись на поверхность, силы протестантизма зашли далее, чем это входило в намерение самого Генриха или могло бы заслужить его одобрение. Но хотя Реформация в Англии была, подобно каждой революции, делом рук меньшинства, и хотя она и натолкнулась на несколько местных очагов упорного сопротивления, она в конечном итоге захватила большую часть нации, независимо от класса или области. Протестантские же секты, с другой стороны, представляют некоторые элементы английской культуры при исключении остальных: класс и профессия играли в их создании огромную роль. И самому тщательному эксперту было бы, очевидно, невозможно установить, в какой мере создание субкультуры определяется приверженностью отступническим догмам и в какой мере нахождение причин к отступничеству вдохновляется созданием субкультуры. Разрешения этой загадки, по счастью, для моих целей не требуется. Так или иначе, это закончилось расслоением Англии на секты, в какой-то степени проистекавшим из