М., 1990. С. 89.
Несоменно, бытие можно рассматривать для обозначения всего, что существует, а не только сущности. Нет оснований выносить существующее за пределы бытия, рассматривать его как «неподлинное бытие» и даже «небытие», тем более что это не исключает возможности разграничения сущности и существо
225
вания. Поэтому в сферу бытия включается не только чувственно-предметный мир, но и сознание человека, которое тоже имеет бытие. Следовательно, категория бытия может рассматриваться как более широкая, чем категория материи как объективной реальности.
Но как тогда быть с формулировкой основного вопроса философии как вопроса о соотношении мышления и бытия? На наш взгляд, следует разграничивать разные стороны сознания, в частности его бытийственную сторону (существование, роль в жизни и деятельности человека, его структуру и т.д.) и познавательную, которая особенно отчетливо выделяется на определенных ступенях его развития. В последнем случае речь идет о мобилизации внутренних сил, возможностей, имеющихся в распоряжении человека, практических и теоретических средств для проникновения в тайны бытия. Но к этому бытию относятся не только природные и социальные образования, но и все достигнутые прежде знания, опыт, ценности и т.д. Это значит, что речь может идти не об отношении мышления и бытия вообще, но об отношении мышления определенного периода к уже сложившемуся бытию в его материальных и идеальных формах.
При разграничении сущности и существования можно использовать достижения различных философских школ. Так, в экзистенциализме экзистенция рассматривается как сущность человека, отличная от его существования. Как полагает Ж.П. Сартр, «существование предшествует сущности», человек появляется на свет, существует и формирует себя по своему проекту. Экзистенция — внутренняя основа, «самость» человека, его индивидуальность и неповторимость. Обычно люди растворяются в безличном обществе, которое навязывает им определенные социальные роли. Выход к «подлинному» бытию осознается в «пограничных ситуациях». Можно говорить также о расхождении сущности тех или других идеалов и их реального воплощения, несовпадении того, что хотелось бы сказать тому или другому художнику, с тем, что у него получилось, и тем, как это было воспринято. Поэтому стремление к достижению гармонии сущности и существования — одна из важнейших задач человеческого бытия.
Философская категория небытия, очевидно, не может быть равной по объему или значению категории бытия. Однако она необходима для анализа реальных процессов становления и развития. Тогда она может употребляться в двух значениях. Во-первых, категория небытия позволяет разграничивать
226
актуальное и потенциальное бытие. Тогда последнее по отношению к первому может рассматриваться как нечто, близкое к небытию. Возможно, целесообразно с методологической точки зрения разграничивать не только актуальное, потенциальное, но и ретроспективное бытие. К актуальному бытию можно относить все предметы, процессы, которые существуют в текущем времени, «сейчас», хотя не все они доступны восприятию и теоретическому мышлению, особенно те, которые поддерживают порядок и стабильность этого мира. Потенциальное бытие — это весь реальный мир, который будет продолжать свое существование со всей многогранностью и многоцветностью своих предметов и процессов. В него включаются реальные и абстрактные возможности. К потенциальному бытию можно относить также прогнозы, планы, ожидания, идеалы, направляющие деятельность человека. Во-вторых, существует и такое понятие, как виртуальная реальность. Это не только реальная возможность, но и нечто, существующее в текущем времени, «сейчас», но недоступное восприятию. Это может быть вакуум с его виртуальными частицами, до которых пока не может «дотянуться» человек. Иногда считают, что виртуальная реальность — это лишь сфера интересов физиков и тех, кому доступен мир компьютеров. Но это понятие имеет достаточно широкую сферу применения. К такой реальности можно относить идеи, смыслы, уже заложенные в созданных научных теориях или художественных произведениях, о существовании которых не догадывались ни сами авторы этих произведений, ни их современники. Только с высоты более поздней ступени развития научного сообщества или общества в целом удается разглядеть это «неявное» знание, обнаружить его скрытый смысл. Очевидно, эти различные формы виртуальной реальности тоже можно охватывать категорией потенциального бытия.
К ретроспективному бытию можно относить события, процессы, явления, которые были доступны восприятию людей прошлых эпох, оказали влияние на развитие общества, зафиксированы в художественных произведениях или научных текстах, но уже не существуют сегодня, т.е. не имеют физического бытия. Если же от них ничего не остается, то они целиком включаются в небытие. Например, картины или письма Левитана или Ван-Гога — важный компонент структуры нашего сегодняшнего бытия. Они воодушевляют людей, служат материалом для обучения и подражания, вызывают эмоциональный отклик, хотя сами художники как биологические существа относятся уже к
227
сфере небытия. В этой конструкции центральное место занимает человек, по отношению к которому, и прежде всего к его потребностям, интересам и целям, можно выделять актуальное, потенциальное и ретроспективное бытие.
Категория небытия может применяться и для характеристики конкретных процессов и явлений. Например, в данной местности и в данное время зима существует, а лето не имеет бытия. В состояние небытия по отношению к определенной системе связей могут переходить люди, города, цивилизации и т.д. Каждая вещь, имеющая бытие, может рассматриваться как самодостаточная. Но в то же время она находится в определенном отношении к другим вещам, в бытии которых она приобретает свое инобытие и как бы существует через их существование. Формы предметной реализации бытия — вещи, свойства и отношения. Можно говорить о неподлинном бытии вещи, когда под влиянием воздействия других вещей она приобретает состояние, в котором ее бытие перестает соответствовать ее сущности.
Категория «небытие» может применяться не только для характеристики процессов развития, но и для обозначения искаженных форм бытия. Например, бытие как жизнь и небытие как смерть, бытие как красота, благо, истина и небытие как безобразие, зло, ложь (отсутствие красоты, блага, истины). Таким образом, с помощью категории «бытие» создается смысловой центр, вокруг которого в зависимости от его интерпретации создается система философских идей, позволяющая человеку размышлять о своей сущности и своем месте в этом мире.
Методологическое значение категории бытия выражается в том, что она помогает уходить от наивно-сезерцательной концепции, расширяет горизонты познания, предохраняет от абсолютизации имеющихся знаний. Нужно осознавать, что мы знаем лишь малую частицу окружающего нас мира. Бытие нельзя отождествлять с миром предметов и явлений, воспринимаемых с помощью органов чувств и потому, что мир намного богаче и сложнее, чем его картина, создаваемая человеком на любом этапе развития его познавательной деятельности. Игнорирование этого положения приводило к возникновению субъективного идеализма с его принципом «существовать — быть воспринимаемым» и принципом «тождества ощущений и бытия». В его основе — игнорирование идеи историзма, отрицание бесконечности процесса познания. С помощью историзма еще будет написано множество страниц об этом, казалось бы, вполне понят
228
ном, но таком таинственном и загадочном бытии, о котором мы что-то знаем, что-то осознаем как неизвестное, но о самых его значительных сторонах, аспектах мы даже не знаем, что этого не знаем. И то, что иногда отвергается с порога как недостойное внимания, на других этапах развития обнаруживается как заслуживающее самого тщательного исследования.
Так, обычно придается важное значение вычленению предпосылок и условий образования такой картины мира, которая существует сегодня, подчеркивается необходимость вычленения предзнаний, предрассудков, намерений, целей, гипотез и других компонентов, создаваемых в процессе познания предметов и сопровождающих создание современной картины мира, не только научной, но и на уровне обыденного сознания. Особенно важны эти компоненты в познании социальной реальности, что дает основание феноменологам говорить не только о «конституировании» определенных смыслов, но и о конструировании реальности.
Особого внимания заслуживает проблема нравственных ценностей, идеалов. Только человек, по словам К. Маркса, приобретает способность преобразовывать мир по законам красоты. Добро, истина, справедливость — необходимые спутники человеческого существования. Лишь человеку даны самосознание, способность оценки своей значимости и своего места в этом мире. А это — основа осознания ближайших целей деятельности и идеалов, которые в полной мере никогда не достигаются, но само стремление к ним, реальные шаги, прокладываемые по тропинкам, намеченным светом этих идеалов, уже наполняют смыслом человеческое существование, осознаются как необходимый элемент самоактуализации личности.
Ценности и идеалы — это не просто творения отдельной личности, но достояние человеческого рода. Однако реальная жизнь общества настолько сложна и противоречива, что на некоторых этапах ее развития люди выбрасывают «за ненадобностью» такие ценности, как добро и справедливость. Идеалы оказываются «захватанными неумелыми и неопытными» руками и также отвергаются. В подобных ситуациях кажутся особенно привлекательными попытки Парменида и древних греков поместить социальные ценности и идеалы в особую сферу «истинного бытия», защищенную от произвола и неразумных действий людей. Даже если за ними не стоят Абсолют или божественная сила, а люди сами создают эти ценности и идеалы, они приобретают отчужденную форму и начинают управлять деятельностью людей. Они действуют подобно традициям, следование которым порой оценивается выше человеческой жизни, подобно вере в Бога, которая определяет жизненный путь человека.
229
Все эти компоненты — традиции, социальные ценности и идеалы, религиозная вера — важнейшие характеристики человеческого бытия как объективно-идеальной реальности. К этой реальности можно отнести и «коллективное бессознательное», которое исследовалось в теории К. Юнга. Разрушение нравственных ценностей приводит к нравственному нигилизму. Для его возникновения существуют объективные основания, которые заключаются в разрыве между практическими условиями, обеспечивающими исторически определенное бытие основной массы населения, соответствующее чувству собственного достоинства, и реальными формами существования народа. Создаются такие условия, когда человек не находит в социальных ценностях истины своего бытия. Творческий потенциал личности реализуется лишь в разнообразных формах его социальной деятельности. И он теряет смысл этой деятельности, когда перестает видеть в ней осуществление общего блага и универсальных принципов Добра, Истины и Красоты.
Бытие — центральная проблема и категория философии. Она обусловливает особый способ рассуждения о существующей действительности, накладывает отпечаток на решение других философских проблем. Воспринимаемый нами мир лишь фрагмент, осколок, часть реального бытия, в котором скрыты его корни, движущие силы. Задача философии — осознание этих корней с помощью разума. Для М. Хайдеггера философия — это «постоянное стремление человека быть дома», чувствовать себя приобщенным к бытию. Для его поддержания необходимы философское усилие, философская «захваченность», которая, как мелодия, пронизывает существование человека, позволяет ему преодолеть ограниченность своего эмпирического бытия.
С помощью категории бытия человек овладевает основами философского мышления, размышляет над истоками своего существования, над смыслом жизни. Это позволяет ему выходить за пределы бессмысленного существования, повседневных забот, чувствовать себя необходимой частицей бытия, осознавать свою самобытность и ответственность за существование и состояние этого мира.
230
Аверинцев С.С. Поэтика ранневизантийской литературы. М., 1977.
Бытие. Методические рекомендации к семинарским занятиям по философии для аспирантов. Пущино, 1993.