случае трудно говорить о единстве исторического процесса, о взаимопонимании между отдельными его субъектами; либо признать принципиальную возможность создания универсальной модели устройства совершенного общества для всех стран на всех континентах. Так считает либерализм — наиболее влиятельное течение мысли на Западе. Ключ к решению этой антиномии дает современная история. Объективные интегративные процессы и угроза глобальной катастрофы, нависшей сегодня над всем человечеством, указывают путь примирения, поиска некоторого синтеза различных представлений о будущем, способного открыть реальные пути для выживания и дальнейшего прогресса мирового общества.
3. Развитие социально-философского знания в новоевропейской философии
До возникновения капитализма как общественного строя история человечества состояла, по существу, из обособленного развития отдельных, локальных цивилизаций. В XV-XVI вв. в Европе начинает складываться всемирная история, когда большие и малые страны всех континентов втягиваются в единый процесс совместного взаимосвязанного развития. В социально-философской мысли в Новое время начинаются активные поиски нового идеала общественного устройства, который был вскоре найден общественной мыслью Запада, и затем началась его практическая реализация.
Этот момент принципиально важен для понимания современной социально-философской мысли в Европе и России. Поэтому следует рассмотреть подробнее, как складывался и развивался общественный идеал в европейской философии Нового времени и какое влияние этот процесс оказал на развитие социально-философской мысли в России.
349
В центре внимания социально-философской мысли Нового времени, как и средневековой религиозной мысли, находится проблема идеального устройства общества. Но теперь поиски общественного идеала ведутся под влиянием правового, юридического мировоззрения, которое становится господствующим в западном общественном сознании по мере утверждения в обществе раннекапиталистических отношений, т.е. отношений рынка в условиях свободной конкуренции.
Отправным принципом культуры и общественной мысли Нового времени был рационализм. Рационализм — это уверенность человека в способности его разума познать окружающий природный и социальный мир, переустроить общественный порядок на разумных началах и тем самым достичь гармонии в отношениях между обществом и человеком. Природа человека, его сущность, основные качества и способности начинают трактоваться как изначально заданные природой на все времена. Каждый человек наделен разумом, разумностью. Он обладает также естественными и неотчуждаемыми правами, такими, как равенство, свобода, собственность, право защищать себя от посягательств извне. Впервые с такой определенностью человеческая «естественная» сущность была описана видным английским философом Дж. Локком в работе «Два трактата о правлении» (1690).
Он строит свою философско-политическую концепцию «общественного договора», в который вступают лично независимые, автономные и равные друг другу индивиды. Суть общественного договора — принцип разделения и обособления друг от друга трех ветвей власти — законодательной, исполнительской и, по Локку, федеративной (по поводу внешних отношений), впоследствии замененной в работах других ученых на третью ветвь власти судебную. Государственная законодательная власть является выборной на основе избирательного права. В обществе имеет место верховенство закона, которому должны подчиняться все граждане и прежде всего исполнительная власть правительство.
Вопросы разумного устройства государственной власти занимали умы английских и французских просветителей XVII- XVIII вв. Именно в устройстве власти они видели решающее средство для преодоления общественных противоречий и установления гармоничных отношений между людьми. Поэтому поиски общественного идеала велись прежде всего в сфере правового его содержания.
350
Мыслители Просвещения доказывали, что они ничего не выдумывают, а имеют дело только с очевидными фактами — естественной сущностью, природой человека, заданной ему изначально. На самом деле они строили некий образ должного, исходя из умонастроений, духовной ситуации в обществе, возникающих в ходе поиска новых «вечных» ценностей и идеалов. История человечества, с точки зрения просветителей, есть непрерывный поиск человеком естественных законов устройства всего мира — природы и общества. Мир устроен рационально. Человеческий разум в лице просветителей впервые узрел эти законы. Теперь необходимо просвещение, которое может рассеять мрак невежества, заблуждений и лжи, охвативших человечество, и таким образом вернуть человечество и человека на путь разума. Девиз Просвещения, напомним — Sapere aude — «Имей мужество пользоваться собственным разумом». Есть и другой перевод — «Имей смелость знать, стремиться к знанию». Когда каждый человек станет таким, каким он создан самой природой, тогда появится возможность установления в обществе отношений справедливости, гармонии между людьми, достижения общего блага для каждого и всех.
Иначе говоря, истинная сущность идеального устройства власти не имеет отношения к историческому прогрессу. Если становится известной сущность, тогда воплотить ее в жизнь можно когда и где угодно. Недаром французские просветители XVIII в. обращались к правителям многих европейских стран со своими идеями относительно переустройства общественных порядков, пытались их в этом убедить. Французский мыслитель Гельвеций, например, утверждал, что предвидит время, когда власть приступит к реализации плана, начертанного мудростью.
К примеру, Екатерина II переписывалась с Вольтером, встречалась с Дидро, который прожил полгода в Петербурге, хорошо знала работы других философов-просветителей, в общем, старалась показать себя «философом на троне», признавала даже в себе «отменно республиканскую душу». Однако наиболее пригодным для России образом правления она считала самодержавие или деспотию и полагала, что «примирительный дух государя сделает более, чем миллионы законов».
Во второй половине XVIII в. в западной общественной мысли появляются новые моменты в понимании исторического характера развития разума, научного знания. Впервые термин «философия истории» употребил Вольтер, имея в виду историческое обозрение во времени достижений человеческой культу
351
ры. История свидетельствует о том, к каким бедствиям приводят заблуждения и невежество, как важно на место их поставить разумные суждения. Люди со временем научаются думать. В прошлом общество не развивалось. Прошлое есть воплощение варварства и тирании. Александр Македонский и Юлий Цезарь — величайшие злодеи. Лишь в античной древности и в эпоху Возрождения наблюдались проблески разума. Вся остальная история — мрак и варварство. Но если позади нет настоящей истории, то впереди перед человечеством открывается величественное будущее, заключающееся в воплощении на основе достижений разума философских представлений о совершенном обществе, соответствующем природной сущности человека.
С начала XIX в. идея исторического прогресса получает широкое распространение в общественном сознании. Все становятся прогрессистами. Издержки, которые несет общество, с лихвой будут перекрыты благами, ожидающими его в будущем по мере приближения к идеалу, иначе говоря, к конечной цели исторического развития. При этом сам прогресс отделяется от деятельности людей и предстает перед ними как естественный закон, заранее предписанный человечеству природой, требованиям которого общество должно строго следовать. Разумное есть одновременно и справедливое, благое в истории.
Таким образом, в рамках буржуазной либеральной мысли начинает складываться еще одна неотъемлемая часть социальной философии — философия истории, философский анализ исторического процесса развития общества.
С онтологической точки зрения общество есть особый род бытия в мире. Но теперь общество рассматривается как исторически развивающееся. Вместе с тем оно сохраняет в теории свой онтологический статус как бытие, способное к развитию. Это было несомненным достижением западной социально-философской мысли. Но у складывающегося социально-философского знания между двумя его составными частями — философией общества и философией истории — возникает одно зримое противоречие. С одной стороны, философско-политический идеал в виде республиканской демократии, разделения власти и правового государства остается по сути своей неизменным. Западная мысль полагает его универсальным. Отдельные уточнения в его содержании здесь не в счет. С другой стороны, возникающие в обществе мощные социальные движения и классовая борьба ставят под сомнение неизменность либеральной модели общества и
352
вместе с нею положения и выводы позитивистской философии О. Конта, трактовавшей закономерности функционирования и развития общества как носящие эмпирический, наблюдаемый характер. В западном обществе усиливается активный поиск альтернативного видения хода его дальнейшего развития, что приводит к открытию более глубоких, сущностных закономерностей исторического процесса, не сводимых к простому индуктивному обобщению эмпирических фактов. На такое открытие претендовало учение К. Маркса, появившееся в середине XIX в. При создании своего учения он прочно опирался на важнейшие достижения немецкой классической философии и в первую очередь на диалектику и философию истории Гегеля. С тех пор борьба и взаимодействие либеральной и марксистской интерпретаций целей и задач социальной философии начинает определять на долгие десятилетия основные тенденции развития социально-философского знания на Западе и в России.
4. Структура современного социально-философского знания
Из сказанного видно, что социально-философское знание состоит по крайней мере из двух относительно самостоятельных, но тесно переплетающихся между собой теорий: а) учения о всеобщем, о бытии общества как таковом, или, иначе говоря, социальной онтологии; и б) философии истории, главное назначение которой — выдвижение созвучного эпохе идеала совершенного общества с позиций целостного понимания исторического процесса, его прошлого, настоящего и будущего.
Знание о бытии общества представляет собой теоретическую конструкцию, описывающую всеобщие, константные факторы и свойства общества как такового, не зависящие от конкретно-исторических форм их воплощения. Конечно, имеется в виду не просто перечисление отдельных сторон и элементов общества политики, государства, права, экономики, социальных качеств человека (наличие у него способностей к общению, практическим действиям, к умственной работе, духовным исканиям и т.д.). Знание о бытии общества есть его функционально-структурная модель, которая в состоянии раскрыть и обосновать структурные, функциональные и причинно-следственные связи и отношения, существующие в социуме.
По сути дела, рассматриваемое в таком виде знание есть должное, т.е. описывающее, каким должно быть идеально устроенное общество в его всеобщих характеристиках. Такую
353
действующую модель в принципе возможно представить в качестве идеала, включающего в себя все черты и свойства общества — политические, правовые, нравственные и другие отношения и сферы деятельности, идеал человеческой личности и т.д. Это, собственно, и сделала западная философская мысль в Новое время.
Выдвинув идею естественных и неотчуждаемых прав человека, создав на этой основе либерально-демократическую модель устройства институтов государственной власти, других сфер общественной жизни, социальные философы Запада тем самым определили основные контуры модели в ее всеобщих характеристиках. То, что рассматривается впоследствии в социальной философии в качестве этих всеобщих и непреходящих черт, есть на деле черты западного идеала устройства общества.
С таким решением проблемы всеобщности применительно к общественной жизни спорить трудно. Западное общество с тех пор и по сегодняшний день самое развитое общество. Оно стоит выше остального мира по уровню экономического, военного, правового развития, хотя это и не избавляет его от серьезных недугов и кризисов. Однако в той мере, в какой западное общество уверено в совершенстве собственной модели социального бытия, оно утрачивает потребность в философии истории. Мысль начинает заниматься лишь оправданием либерально-демократического общественного устройства.
, Существует различие между социально-философским и социологическим подходами к анализу общества, и оно носит принципиальный характер. Прежде всего многие всеобщие черты, выделяемые социальной философией и свойственные обществу, едва ли возможно прямо соотносить с реальной жизнью. Они слишком абстрактны и дают весьма обобщенный портрет общественной жизни. К тому же всеобщность сама находится в состоянии непрерывного становления.