Только для философствования не требуется такого рода изучения и труда. Это удобное мнение нашло себе в новейшее время подтверждение в учении о непосредственном знании — знании посредством созерцания (1, I, стр. 21).
ОТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ К ДРУГИМ НАУКАМ
Отсюда видно отношение спекулятивной науки к дру¬гим наукам. Она не отбрасывает в сторону эмпирического содержания последних, а признает его, пользуется им и делает его своим собственным содержанием: она также признает всеобщее в этих науках, законы, роды и т. д., но она вводит в эти категории другие категории и удер¬живает их. Различие, таким образом, состоит лишь в этом изменении категорий. Спекулятивная логика содер¬жит в себе предшествующую логику и метафизику, со-храняет те же самые формы мысли, законы и предметы, но вместе с тем развивает их дальше и преобразовывает их с помощью новых категорий (1, I, стр. 26—27).
285
ФИЛОСОФИЯ ЕСТЬ НАУЧНОЕ ПОЗНАНИЕ В СИСТЕМЕ
Философствование без системы не может иметь в себе ничего научного; помимо того что такое философствова¬ние само по себе выражает скорее субъективное умона¬строение, оно еще и случайно по своему содержанию. Всякое содержание получает оправдание лишь как момент целого, вне же этого целого оно есть необоснованное пред¬положение, или субъективная достоверность. Многие фи¬лософские произведения ограничиваются тем, что выска¬зывают, таким образом, лишь умонастроения ж мнения.— Под системой ошибочно понимают философское учение, основывающееся на ограниченном, отличном от других принципе; на самом деле, принцип истинной философии состоит именно в том, что он содержит в себе все особые принципы (1, I, стр. 32—33).
Истинной формой, в которой существует истина, мо¬жет быть лишь научная система ее. Моим намерением бы¬ло — способствовать приближению философии к форме науки — к той цели, достигнув которой она могла бы от¬казаться от своего имени любви к знанию и быть действи¬тельным знанием. Внутренняя необходимость того, чтобы знание было наукой, заключается в его природе, и удовле-творительное объяснение этого дается только в изложении самой философии (1, IV, стр. 3).
ОТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ К ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ
Именно в вопросе об отношении философии к действи¬тельности и господствуют недоразумения, и, таким обра¬зом, я возвращаюсь к тому, на что я указал раньше: фи¬лософия именно потому, что она есть проникновение в ра¬зумное, представляет собой постижение наличного и дей¬ствительного, а не выставление потустороннего начала, которое бог знает где существует или о котором, вернее, мы на самом деле можем определенно сказать, где оно существует, можем сказать, что оно существует только в заблуждении одностороннего, пустого рассуждатель-ства. …
Что разумно, то действительно;
и что действительно, то разумно.
Этого убеждения придерживается каждое не испорчен¬ное умствованиями сознание, точно так же как и филосо-
286
фия, и Из этого убеждения исходит философия в Своем рассмотрении как духовного, так и природного универсу¬ма ….
ОТНОШЕНИЕ ФИЛОСОФИИ К ЕЕ ЭПОХЕ
•Постичь то, что есть, — вот в чем задача философии, ибо то, что есть, есть разум. Что же касается отдельных людей, то, уж конечно, каждый и без того сын своего вре¬мени; таким образом, и философия есть точно так же современная ей эпоха, постигнутая в мышлении. Столь же глупо думать, что какая-либо философия может выйти за пределы современного ей мира, сколь глупо думать, что отдельный индивидуум может перепрыгнуть через свою эпоху, перепрыгнуть через Родос. Если же его теория в самом деле выходит за ее пределы, если он строит себе мир, каким он должен быть, то этот мир, хотя, правда, и существует, однако только в его мнении; последнее пред¬ставляет собой мягкий материал, на котором можно запе¬чатлеть все, что угодно, f…
Сделаем еще одно замечание относительно поучения, каким мир должен быть; мы добавим к вышесказанному, что помимо всего прочего философия всегда приходит для такого поучения слишком поздно. В качестве мысли о мире она появляется лишь тогда, когда действительность закончила свой процесс образования и завершила себя. Этому учит понятие, и история также необходимо пока¬зывает нам, что лишь в пору зрелости действительности идеальное выступает наряду с реальным и строит для се¬бя в образе интеллектуального царства тот же самый мир, лишь постигнутый в своей субстанции. Когда фило¬софия начинает рисовать своей серой краской по серому, это показывает, что некоторая форма жизни постарела и своим серым по серому философия может не омолодить, а лишь понять ее; сова Минервы начинает свой полет лишь с наступлением сумерек (1, VII, стр. 14—17).
Таково положение философии среди других областей; следствием такого положения является то, что она совер¬шенно тождественна со своей эпохой. Но если философия по своему содержанию и не стоит выше своего времени, то она все же выше его по своей форме, ибо она как мышле¬ние и знание того, что представляет собой субстанциаль¬ный дух ее эпохи, делает его своим предметом. Поскольку
287
она мыслит в духе своего времени, он является ее опреде¬ленным отображающим мир содержанием; но вместе с тем она в качестве знания также и выходит за его пределы, так как она противопоставляет его себе; но это противо¬поставление лишь формально, ибо она поистине не обла¬дает никаким другим содержанием (1, IX, стр. 55).
ДИАЛЕКТИКА И ФОРМАЛЬНАЯ ЛОГИКА В ИХ МЕТОДОЛОГИЧЕСКОЙ ФУНКЦИИ
РАССУДОЧНОЕ ИЛИ ФОРМАЛЬНОЛОГИЧЕСКОЕ МЫШЛЕНИЕ
Логическое по своей форме имеет три стороны: а) аб¬страктную, или рассудочную, ?) диалектическую, или от¬рицательно-разумную, ?) спекулятивную, или положи¬тельно-разумную.
Эти три стороны не составляют трех частей логики, а суть моменты всякого логически реального, т. е. всякого понятия или всего истинного вообще. Все они могут быть положены в первом моменте, в моменте рассудочности, и благодаря этому могут быть удерживаемы в отрознен-ности друг от друга, но в этом виде они рассматриваются не в их истине. Указания, которые будут здесь сделаны относительно определения логического, равно как и отно¬сительно разделения логики, также являются лишь пред-восхищением и историчны. …
а) Мышление как рассудок не идет дальше неподвиж¬ной определенности и отличия последней от других опре-деленностей; такую ограниченную абстракцию оно счи¬тает обладающей самостоятельным существованием.
Прибавление. Когда речь идет о мышлении вообще или в частности о постижении в понятиях, то часто имеют при этом в виду лишь деятельность рассудка. Но хотя мышле¬ние есть раньше всего рассудочное мышление, оно, однако, на этом не останавливается, и понятие не есть одно лишь определение рассудка. Деятельность рассудка состоит во¬обще в том, что она сообщает своему содержанию форму всеобщности, и всеобщее, как его разумеет рассудок, есть некоторое абстрактно всеобщее, которое, как таковое, фик-сируется в противоположность особенному, но благодаря этому само в свою очередь также оказывается особенным.
288
Так как рассудок действует по отношению к своим пред¬метам разделяющим и абстрагирующим образом, то он, следовательно, представляет собой противоположность не¬посредственному созерцанию и чувству, которые, как та¬ковые, всецело имеют дело с конкретным и остаются при нем.
К этой противоположности между рассудком и ощуще¬ниями относятся те часто повторяющиеся упреки, которые делались мышлению вообще. Эти упреки сводятся к тому, что мышление негибко и односторонне и что оно в своей последовательности ведет к гибельным и разрушительным результатам. На такие упреки, поскольку они по своему содержанию справедливы, следует раньше всего ответить, что ими задевается не мышление вообще и не разумное мышление, а лишь рассудочное мышление. Но затем сле¬дует прибавить, что раньше всего мы должны также при¬знать право и заслугу чисто рассудочного мышления, со¬стоящую вообще в том, что как в теоретической, так и в практической области нельзя достигнуть твердости и опре¬деленности без помощи рассудка. Что касается позНания, то оно начинает с того, что схватывает наличные предметы в их определенных различиях, и, например, при рассмот-рении природы различаются, таким образом, вещества, силы, виды и т. д. и самостоятельно фиксируются в этой их изолированности. Мышление действует при этом как рассудок, и его принципом в этой деятельности является тожество, простое соотношение с собой. Это тожество и есть то, что ближайшим образом обуславливает в позна-нии переход одного определения к другому….
Не только в теоретической, но и в практической об-ласти нельзя обойтись без рассудка. Для действования требуется главным образом характер, а человек с харак¬тером — это рассудительный человек, который, как та¬ковой, имеет перед собой определенную цель и твердо ее преследует. Кто хочет достигнуть великого, тот должен, как говорит Гёте, уметь ограничивать себя. Кто же, на¬против, хочет всего, тот на самом деле ничего не хочет и ничего не достигнет. Существует масса интересных ве¬щей на свете: испанская поэзия, химия, политика, музы¬ка; все это очень интересно, и нельзя ничего иметь против человека, который ими интересуется, однако, чтобы соз¬дать что-нибудь, данный индивид, находящийся в опре¬деленном положении, должен держаться чего-либо одного
289
и не разбрасываться в различные стороны. В каждом за¬нятии точно так же важно, чтобы оно совершалось рас¬судительно; так, например, судья должен держаться зако¬на, произносить решения согласно ему и не давать откло¬нить себя от этого способа действия тем или другим соображениям, не принимать никаких оправданий, не отклоняться в сторону.
Дальше следует сказать, что рассудок есть вообще су¬щественный момент образования. Образованный человек не удовлетворяется туманным и неопределенным, а схва¬тывает предметы в их четкой определенности; необразо¬ванный же, напротив, неуверенно шатается туда и обрат¬но, и часто приходится употреблять немало труда, чтоб договориться с таким человеком — о чем же идет речь, и заставить его неизменно держаться именно этого опре¬деленного пункта.
Далее, так как, согласно прежде данному нами разъ-яснению, логическое следует вообще понимать не только в смысле субъективной деятельности, а, наоборот, как все¬цело всеобщее и, следовательно, вместе с тем объективное, то это находит применение также и по отношению к рас¬судку, этой первой форме логического. Рассудок, согласно этому, следует рассматривать как нечто соответствующее тому, что называют божьей благостью, поскольку под по¬следней понимают то, что конечные вещи суть, что они обладают устойчивым бытием. … Понимаемый в таком смысле, рассудок обнаруживает свое присутствие во всех вообще областях предметного мира, и совершенство ка¬кого бы то ни было предмета непременно предполагает, что принцип рассудка занимает в нем место, принадлежа¬щее ему по праву. Государство, например, несовершенно, если в нем еще не осуществились определенные различия сословий и занятий, и если в нем различные по своему понятию политические и административные функции еще не развились в особые органы, как это, например, имеет место в развитом животном организме с различными функциями ощущения, движения, пищеварения и т. д. Из предшествующих разъяснений вытекает, далее, что и в таких областях и сферах деятельности, которые, согласно обычному представлению, как будто лежат очень далеко от рассудка, последний все же не должен отсутствовать, поскольку же он отсутствует, это должно рассматриваться как недостаток. В особенности это верно по отношению к
290
искусству, религии и философии. Так, например, в искус¬стве рассудок обнаруживается в том, что различные, со¬гласно понятию, формы прекрасного также