закону диалектики, вновь станет началом всего (Письмо
к А. И. Кошелеву). Движущей силой и целью развития
человека и человечества называл самопознание как приложение
«нравственных усилий» каждого отдельного народа. Залог
достижения утерянных самобытности и нравственной
свободы России, прервавшей свой естественный ход, связывал
с развитием философии вообще и культуры познания в
частности (эти положения позже будут развиты Чаадаевым). В
философии истории, этике и социальной утопии
Веневитинова особое место занимало понятие народа, решающее в
вопросе национальной идентификации общества,
связующее в его схеме взаимоотношений между человеком и
конкретным обществом. Стремление к пользе и благу народа, по
мнению Веневитинова, должно быть целью и обязанностью
каждого гражданина. Социально-политические взгляды
Веневитинова сопоставимы с декабристскими. Для его
социальной утопии, тяготевшей к предромантической этике
декабристов, характерны идеи «общего блага», гражданской
позиции, критика индивидуализма.
Соч.: Поли. собр. соч. M.—JL, 1934.
Лит.: Котляревский Н. А. Старинные портреты. СПб., 1907;
Каменский 3. А. Московский кружок любомудров. М., 1980.
Архивы: ОР РГБ, ф. 48, 231; ИРЛИ, ф. 415; РГАЛИ, ф. 1043.
К Ф. Худушина
ВЕННА ДИАГРАММЫ- см. Диаграммы Веша.
ВЕНСКИЙ КРУЖОК— Группа, явившаяся идейным и
организационным ядром движения логического позитивизма.
Венский кружок возник на основе семинара,
организованного в 1922 М. Шликом при кафедре философии
индуктивных наук Венского университета. Венский кружок
объединил ряд молодых ученых, гл. о. представителей точных
наук, интересовавшихся вопросами философии науки и
скептически относившихся к возможностям традиционной
философии в исследовании этой проблематики.
Выдвигавшаяся ими программа развития «научной философии»
получила, однако, узкосциентистскую (см. Сциентизм) и
позитивистскую направленность. В Венский кружок
входили: Р. Карнап (с 1926), Ф. Вайсман, Г. Фейгль, О. Нейрат,
Г. Ган, В. Крафт, Ф. Кауфман, К. Гедель и др. С Венским
кружком сотрудничали Ф. Франк (Чехословакия), Э. Кайла
(Финляндия), А. Бламберг, Э. Нагель (США), Й. Йоргенсен
(Дания), А. Айер (Великобритания) и др. На формирование
идейных установок Венского кружка значительное
воздействие оказал махизм, пользовавшийся большим влиянием в
Венском университете, с его эмпиризмом и негативным
отношением к традиционной «метафизике». Восприняв узкий
эмпиризм и феноменализм махизма в интерпретации
научного познания, участники Венского кружка в то же время
восприняли и основные установки философии логического
анализа, гл. о. через ряд идей «Логико-философского
трактата» Л. Витгенштейна — прежде всего идею о значении
логического анализа языка для философии науки на основе
использования средств и понятий математической логики,
воплотившуюся в концепции сведения философии науки к
логическому анализу языка науки, учение об аналитическом
характере логики и математики, которое, по их мнению,
давало возможность применить им гносеологию
«радикального эмпиризма», нашедшую свое выражение в концепции
сводимости всего языка науки к выражению
«непосредственно данного» в т. н. протокольных предложениях, с
признанием особого статуса аналитичности (см. Аналитические
суждения), логико-математических утверждений, критику
традиционной философии не просто как неправильной или
неэффективной, но как вообще лишенной
познавательного значения «метафизики». Синтез позитивизма махист-
ского толка с установками философии логического
анализа привел участников Венского кружка к формированию
исходных положений логического позитивизма, которые
в наиболее последовательной и радикальной форме
пропагандировались именно в период деятельности Венского
кружка. В 1929 Карнап, Ган и Нейрат опубликовали
манифест «Научное миропонимание. Венский кружок». В это же
время происходит окончательное организационное
оформление Венского кружка и устанавливаются международные
связи с близкими по духу группами (помимо тех контактов,
которые уже в 1920-х гг. Венский кружок имел с группой
X. Реихенбаха в Берлине). С1930 Венский кружок издает
совместно с группой Реихенбаха журнал «Erkenntnis»
(«Познание»), пропагандирующий идеи логического позитивизма.
К концу 1930-х гг. в связи с гибелью Шлика, отъездом ряда
деятелей Венского кружка из Вены и, наконец, захватом
Австрии нацистской Германией Венский кружок прекратил
свое существование. Непосредственным преемником
Венского кружка стало движение логического эмпиризма в США,
возглавлявшееся видными участниками Венского кружка.
Лит.: Франк Ф. Философия науки. М., 1960; Швырее В. С.
Неопозитивизм и проблемы эмпирического обоснования науки. М.,
1966; Kraft V. Der Wiener Kreis. W, 1950; Phuosophic Wissenschaft,
Aufklarung: Beitrage zur Geschichte und Wirkung des Wiener Kreises.
B.-N.Y, 1985.
В. С Швырее
ВЕНЦЛЬ(Wenzl) Алоиз (25 января 1887, Мюнхен —
20 января 1967, там же) — немецкий философ,
представитель «критического реализма». Профессор Мюнхенского
университета (1933—46; с перерывом). Венцль развивал
теорию бытия, структуру которого образуют
разнокачественные слои (ступени): неорганическая природа,
органическая жизнь, психическое и духовное.
379
Подобно Я. Гартману, он считал, что каждому слою
присущи свои специфические категории и законы. Многослойная
действительность характеризуется упорядоченностью и
целесообразностью. Целесообразность — основной принцип
изменений сущего, активности духа и материи (тела —
«носители сил»). В работе «Наука и мировоззрение» он писал:
«Принцип мира есть осуществление духа. В сущности духа
заложено стремление к осуществлению всех возможностей
как стремление к осуществлению только имеющего
ценность. Носителя этого стремления мы называем Богом…»
(Wissenschaft und Weltanschauung. Hamb., 1949, S. 391).
Специфика жизни, по Венцлю, заключается в «имматериальных
силах». Задача философии по отношению к науке —
определить ее границы, показав, что она должна оставить
открытыми последние «метафизические вопросы». В соч.
«Философия свободы» (Philosophie der Freiheit, Bd. 1—2. Munch.
— Pasing, 1947—48) Венцль развивает идею свободы как
свойственную каждому слою бытия. Ссылаясь на принцип
неопределенностей В. Гейзенберга и теории виталистов, он
считает, что в низших слоях бытия свобода проявляется как
неопределенность и множество возможностей, а на высших
ступенях — как нравственная свобода человека.
Соч.: Materie und Leben als Probleme der Naturphilosophie.
Munch., 1949; Die philosophischen Grenzfragen der modernen
Naturwissenschaft. Stuttg., 1954; Metaphysik als Weg von den Grenzen
der Wissenschaft an die Grenzen der Religion, 2 Aufl. Graz, 1956; Der
Begriff der Materie und das Problem des Materialismus. Munch., 1958;
Zur sowjetischen Kritik des kritischen Realismus. Munch., 1962.
А. Т. Мысливченко
ВЕРА— в некоторых религиозных системах центральная
мировоззренческая позиция и одновременно
психологическая установка, включающая, во-первых, принятие
определенных утверждений (догматов), напр., о бытии и
природе Божества, о том, что есть благо и зло для человека,
и т. п., и решимость придерживаться этих догматов
вопреки всем сомнениям (оцениваемым как «искушения»);
во-вторых, личное доверие к Богу как устроителю жизни
верующего, его руководителю, помощнику и спасителю
во всех конкретных ситуациях, посылающему страдания и
предъявляющему трудные требования для блага самого
верующего; в-третьих, личную верность Богу, на «служение»
которому верующий отдает себя (во всех языках, с
которыми изначально связано становление теистической религии,
вера и «верность», а также «верующий» и «верный»
обозначаются соответственно тем же словом). Столкновение
веры с рационалистической критикой приводит к одной
из трех позиций, выявляющихся в различных
направлениях теологии: либо догматы веры предлагаются разуму
как аксиомы, сами не подлежащие ни доказательству, ни
критике, но дающие отправную точку для цепи логических
умозаключений (максима Августина и Ансельма Кентербе-
рийского «верую, чтобы понимать»), либо
предпринимаются попытки умозрительно обосновать их, переводя на язык
философских конструкций и нередко рационалистически
переосмысляя (максима Абеляра «понимаю, чтобы
веровать»), либо, наконец, с вызовом декларируется полная
несовместимость веры с «немощным» человеческим разумом
(максима «верую, ибо нелепо», ложно приписываемая Тер-
туллиану, но находящая известные соответствия и у него, и
у Петра Дамиани, и отчасти у С Кьеркегора).
Вторая позиция приводит к поглощению богословия
идеалистической философией, третья — к разрыву между
богословием и философией, поэтому ортодоксальная
теистическая теология обычно исходила из первой позиции.
Проблематика веры распространена в тех же границах,
что и явление богословия: религии типа греко-римского
или синтоистского язычества не знают понятия веры как
внутреннего состояния и требуют от человека соблюдения
ритуальных и традиционно-моральных предписаний и
запретов; в иудаизме, христианстве и исламе понятие веры
почти совпадает с понятием религии (выражения
«христианская вера» и «христианская религия» употребляются как
синонимы).
Переосмысление и изменение функционирования
концепта веры можно найти в различных философских
системах. Так, в философии Канта вера, оторванная от
конфессиональной традиции, переосмысливается как позиция
разума, принимающего то, что логически недоказуемо, но
необходимо для обоснования морального императива (см.
Категорический императив). В 20 в. под влиянием
экзистенциализма становится привлекательным понятие веры,
не имеющей догматически сформулированного предмета
или по крайней мере ориентированной в первую очередь
не на него; оно артикулируется во внеконфессиональной
философии (напр., у К. Ясперса), но может
использоваться в конфессиональной полемике, напр, в споре иудаизма
против христианства (Бубер М. Два образа веры. М., 1995),
в споре современных направлений протестантизма против
традиционных парадигм теологии (программа «керигма-
тического» подхода у Р. Булыпмана) и т. п.
Лит.: Buber M. Der Glaube der Propheten. Z., 1950; Rowley Я. Н. The
Faith of Israel. L., 1956; Congar Y. La foi et la theologie. Tournai, 1952;
Jaspers К. Der philosophische Glaube angesichts der Offenbarung.
Munch., 1962; Rahner K. Grundkurs des Glaubens, 12 Aufl. Freiburg,
1982; Biser E. Die glaubensgeschichtliche Wende. Graz, 1986.
С. С. Аверинцев
ВЕРА(Vera) Аугусто (4 мая 1813, Амелия, Умбрия — 13 июля
1885, Неаполь) — итальянский философ-правогегельянец,
теоретик религии, публицист. Изучал право и философию
в Риме и Париже. С 1835 по 1859 жил во Франции и
Англии. С 1860 профессор философии Неаполитанского
университета. Перевел на французский язык «Энциклопедию
философских наук», «Философию истории», «Философию
религии» Гегеля. Писал по проблемам достоверности в
научном познании, истории религии, философии науки, о
месте Церкви в объединенной Италии, о проблеме
смертной казни. Гегелевская система для Веры —единственная
истинная философия, «сама жизнь мысли»,
восстанавливающей в неустанной работе ума идеальное единство мира.
Как «абсолютная энергия» она соединяет в себе теорию и
высшую практику. Стиль Веры определяется
педагогической установкой на приобщение читателя к системному
мышлению. «Всякое учение, не основанное на идее, причем
идее систематической, предполагает в качестве своего пер-
вопринципа хаос»; к таким учениям он относит
«сенсуалистический эмпиризм» И. Канта, дарвинизм (трансформизм),
позитивизм экспериментальной науки. Вспышкам хаоса в
новейшей европейской истории — «уходу богов», дурной
бесконечности прогресса, отрицательной свободе, распаду
государства и семьи Вера хочет противопоставить
иерархическую систему бытия и общества, в котором большинство
380
ВЕРА ФИЛОСОФСКАЯ
должно подчиниться «концентрированной организующей
энергии» разумных деятелей. Средоточие гегелевской
мысли для Веры — философия религии, интеллектуализация
веры, ее очищение от внешних и ложных представлений.
Он рационализирует религию, отождествляет философский
абсолют с Богом, предлагает научное определение природы
Христа, строит теорию Троицы. Протестантизм как более
отрефлектированная форма абсолютной религии
(христианства) для Веры выше католичества. В творчестве Гегеля
осуществилось тождество истинной религии и истинной
философии, о котором говорили Эриугена, Климент
Александрийский. За неспособность понять это Вера отказывает
левым гегельянцам {младогегельянцам) в праве называться
последователями Гегеля. Вера был известен
преимущественно во Франции. В Италии его учеником стал правый
гегельянец Р. Мариано.
Соч.: Inquiry into Speculative and Experimental Science. L., 1856;
Hegel G. W. F. Philosophic de la religion, par A. Vera. P., 1876, p.
I—CLX (предисловие); II problema dell’assoluto, v. 1—4. Napoli,
1872-82.
Лит.: Gentile G. Le origini della filosofia contemporanea in Italia.
Firenze, 1957; Vacca G. Nuove testimonianze dell’hegelismo
napoletano. Napoli, 1965.
В. В. Бибихин
ВЕРА ФИЛОСОФСКАЯ— не обладающее всеобщей
значимостью и не отличающееся смысловой строгостью
понятие, призванное подчеркнуть специфику философского
(в отличие от научного и теологического) мышления,
осуществляющего и оправдывающего выбор исходных
мировоззренческих установок. Философская вера связана т. о.
с интуитивным типом умственной деятельности и
утверждает себя прежде всего там, где отсутствует возможность
логического или эмпирического доступа к предмету (теме)
интереса. От общеизвестных форм познавательной деятельности
философскую веру отличает значительное влияние
субъективного фактора. Попытка придать философской вере
статус официального философского термина (Philosophishe
Glaule) и поднять ее значение в системе философского
мировоззрения была предпринята немецким философом
К. Ясперсом.
К понятию «вера» (7патц) в его широком значении прибегали
уже древнегреческие философы (Гераклит, Платон,
Аристотель и др.), но при этом они не воспринимали веру как
необходимый элемент философского мышления и тем более
— как символ мудрости. В лучшем случае она
рассматривалась как субъективное мнение или начальная ступень знания.
В позднеантичной и средневековой европейской философии,
ориентированной христианством гл. о. на метафизическую и
трансцендентальную тематику, вера стремится максимально
укрепить свой идейный, гносеологический, этический,
аксиологический и пр. статус и тем самым абсолютизировать
свою мировоззренческую и практическую значимость. Эта
тенденция оказала определенное влияние на последующие
этапы развития философской мысли. Так, родоначальник
методологии опытной науки Ф. Бэкон продолжал
апеллировать к вере в ее христианской интерпретации.