составляют необходимое звено в отношениях
индивидуальной и общей воль. Будучи, с другой
стороны, не первоначально данным, но результатом действия
друг на друга единичных воль, представление позволяет
единичным волям соединиться в волевые единицы более
высокого порядка. Онтологическая идея
обусловливается недостаточностью космологических и
психологических идей и предполагает их соединение. Для того чтобы
помыслить мир как целое, мы должны мыслить его либо
как материальное, либо как духовное единство.
Единственная непосредственно данная нам реальность — воля.
Но и объект, действуя на нас и вызывая в нас
представления, есть нечто деятельное, подобное воле. Соединяя
психологические идеи как дающие нам содержание
бытия и космологические идеи как дающие нам его форму,
можно сказать, что мир есть совокупность волевых де-
ятельностей, которые в результате взаимного определения
друг друга, т.е. в результате представляющей деятельности,
составляют ряд волевых единиц различного объема.
Одной из таких единиц является индивидуальная воля, но,
поскольку субъект не субстанциален, и она представляет
собой общую волю, составленную из более элементарных
воль. Она относительна; абсолютные волевые единицы
мыслимы только как последние постулаты нашего разума,
т.е. как онтологическая идея. Все индивидуальные воли
— чистые деятельности, которые только в связи друг с
другом обладают действительностью и взаимные определения
которых реальнее, чем они сами. Поскольку и на
онтологическом уровне возникает вопрос о целостности бытия,
это бытие, являющееся, с одной стороны, как природа, а
с другой — как дух, выступает как одно духовное развитие,
ведущее ко все более широким волевым единицам и
находящее свое завершение в объединении человечества в одну
общую волю. Идея объединения индивидуальных воль
является нравственным идеалом человечества.
Онтологическое основание общей воли — являющаяся как требование
последнего основания для нашего нравственного идеала
идея Бога. Содержание этой идеи может быть почерпнуто
только в нравственном идеале. Бог неизбежно мыслится
нами как мировая воля (в которой участвуют единичные
воли), а развитие мира — как развертывание божественной
воли и действия, как неполное обнаружение Бога в
качестве сверхвременного и бесконечного мирового основания.
Совокупность воль, участвующих в мировом развитии,
бесконечна, как бесконечно и само это развитие.
Этика Вундта основывается на метафизике. Решая вопрос об
источнике нравственных идеалов, он ищет среднего пути
между априоризмом и эмпиризмом. По Вундту,
нравственные идеалы следует рассматривать как продукты
универсального духовного развития. «Преддверием этики»
должна быть коллективная психология (психология народов),
поскольку человек живет в обществе и нравственность
лишена смысла по отношению к изолированному индивиду.
На основании данных психологии народов Вундт
приходит к выводу о наличии общего корня у нравственности,
обычая и религии. Эти явления должны рассматриваться
как порождения внутренних склонностей и сил человека,
в частности чувств почитания (основа религиозных
представлений) и симпатии (основа нравственной жизни).
Соч.: в рус. пер. — Основания физиологической психологии. М.,
1880; Очерк психологии. СПб., 1907; Естествознание и
психология. СПб., 1904; Проблемы психологии народов. М, 1912;
Физиология языка. — В кн.: Современные основы антропологии,
вып. 4. СПб., 1868; Система философии. СПб., 1902; О наивном и
критическом реализме. Имманентная философия и
эмпириокритицизм. М., 1910; Метафизика. — В кн.: Философия в
систематическом изложении В. Дильтея, А. Риля, В. Оствальда, В. Вундта.
СПб., 1903; Этика. Исследование фактов и законов нравственной
жизни, т. 1-2. СПб., 1887—1888; Связь философии с жизнью в
последние сто лет. Одесса, 1893; Введение в психологию. М., 1912;
Мировая катастрофа и немецкая философия. СПб., 1922;
Введение в философию. М., 1998.
Лит.: Зелинский Ф. Вильгельм Вундт и психология языка. —
«Вопросы философии и психологии», 1901, кн. 61,62; КенигЭ. В. Вундт.
Его философия и психология. СПб., 1902; Ярошевскии М. Г.
История психологии. М., 1985, гл. 10.
И. A Борисова
465
ВЧУВСТВОВАНИЕ
ВЧУВСТВОВАНИЕ— способность переноситься в мир
представлений другого человека, обусловливающая
возможность его понимания. В плане психологическом вчувс-
твование — постижение эмоционального состояния другого
человека в процессе сопереживания (см. Эмпатия). В
«философии жизни» Дильтея процесс понимания
рассматривается как процесс переживания или вчувствования, раскрыть
который должна описательная, или «понимающая»
психология (предмет и метод ее Дильтей называет герменевтикой).
В плане эстетическом вчувствование — это «внесение»
собственных мыслей и чувств в явления реального мира. Теория
вчувствования, начиная с Гердера и особенно Фр. Т. Фишера,
играет значительную роль в эстетике, становясь у Т. Липпса
основным принципом психологической эстетики.
В. С. Старовойтов
ВЫБОР(моральный) — самоопределение личности в
отношении принципов, решений и действий.
В истории мысли высказывались два взгляда
относительно предмета выбора. Согласно одному, человек может
произвольно выбирать лишь поступки как средства
достижения изначально заданной высшей цели
(Аристотель, Августин, Локк). Идея выбора как выбора, средств
к цели была сформулирована Аристотелем (EN. Ill, 4—6),
который рассматривал проблему выбора как один из
аспектов проблемы преднамеренности и особый вид
произвольности действий. По Аристотелю, выбор: (а)
сознателен, (б) противоположен влечению (влечение связано
с удовольствием и страданием), (в) отличен от желания
(желать можно и невозможного, желание направлено на
цель), (г) направлен на то, что зависит от человека
(предметом выбора не могут быть вечность, законы
математики или правила грамматики, явления погоды,
государственное устройство в чужой стране), (д) как сознательный
выбор осуществляется относительно того, что известно
человеку, (е) «добродетелью» является верность
(должному). Выбор осуществляется относительно того, что
зависит от человека, но не всегда бывает одинаково, «что
происходит, как правило, определенным образом, но чей
исход не ясен и в чем заключена неопределенность» (EN,
1112 b 1—10). Хотя предмет выбора тот же, что и предмет
решения, выбор характеризуется тем, что его предмет
«заранее строго определен» предшествующим поиском.
Если Аристотель считал, что добродетель произвольна в
той же самой степени, что и порок, и порочный так же
самостоятелен, как и добродетельный — по крайней мере
в поступках, если и не в целях, — то, по Августину,
свобода выбора человека в отношении добра и зла
различна: человек волен самостоятельно выбрать грех, выбор
же блага зависит от Божьей благодати, поскольку добрая
воля это дар, и, как всякий дар, она от Бога. Эта
позиция утверждалась Августином в полемике с Пелагием (см.
Пелагианство), учившем, что предметом выбора человека
являются в равной мере добро и зло.
Согласно другому взгляду, собственно моральный смысл
имеет лишь выбор высшей цели (Кант, Гегель, Сартр).
Так, по Канту, нравственная задача человека состоит в
конечном счете в выборе действия сообразного долгу
— согласно категорическому императиву; выбор средств
осуществления долга Кант относил к ведению
моральной прагматики. По Гегелю, способность к выбору есть
наиболее обшая характеристика человека как субъекта
воления (и наиболее простое выражение его свободы):
осуществляя выбор, человек утверждает себя в качестве
человека. Или когда Сартр говорит о выборе, то
предметом его рассуждения является исключительно
экзистенциальное самоопределение человека в отношении себя и
человечества: каждым своим поступком человек
утверждает образ совершенства; выбирая, человек выбирает
благо, но он осуществляет свой выбор так, как если бы он
выбирал благо для всего человечества, так что в выборе
ответственность человека распространяется на все
Свобода выбора заключается в том, что человек не просто
выбирает мораль, удостоверяя тем самым свою
моральную вменяемость, но ориентируется и действует в
конкретных обстоятельствах сообразно этому выбору; выбирая
добро, человек определяется в отношении зла. Вместе с
тем, будучи включенным в общественные, групповые или
межличностные отношения, человек оказывается
субъектом различных, порой противоречащих друг другу и
конфликтующих обязанностей; преодоление конфликта
предполагает осознание последствий своих поступков и
выбор наименьшего зла. Если выбор является моральным
или внеморальным, то решение с точки зрения идеала
может быть добродетельным или порочным,
справедливым или несправедливым, а с точки зрения обстоятельств
— правильным или неправильным.
В ситуациях конфликта человек видит свою задачу в том,
чтобы сделать правильный и достойный выбор. Выбор
морального образа мысли и действия и отказ от пути
приспособленчества, карьеры, корысти или страсти важен
в качестве первого шага и постоянных его повторений
перед лицом искушений. Однако собственно выбор не
исчерпывается этим: он заключается в выборе между
добром и злом. Трудность первого, или исходного, выбора
обусловлена тем, что далеко не всегда он предстает т. о.,
что нужно выбрать добродетель и устоять перед
искушением: альтернативой добродетели не всегда оказывается
порок, и реально человеку приходится выбирать между
различными положительными ценностями: это решение
в условиях выбора между большим и меньшим добром.
Иными словами, указанием на то, что человек выбирает
высшее, не разрешается собственно философская
проблема выбора. На это указал Н. А. Бердяев, выявив
действительную трагичность выбора не между добром и злом,
божественным и дьявольским, а между двумя
одинаково высокими и добрыми ценностями, т.е. внутри самого
божественного. В случае с разными положительными
ценностями из большего и меньшего добра выбирается в
любом случае добро. В случае, когда выбор ограничен
отрицательными ценностями, выбор меньшего зла реально
направлен на практическое ограничение зла в условиях
невозможности его радикального предотвращения,
однако последствия такого выбора (не как меньшего зла, а как
зла) всегда неоднозначны.
Лит.: Гусейнов А. А., Иррлитц Г. Краткая история этики. М.,
1987, с. 532—557; Бердяев Н. А. О назначении человека (Опыт
парадоксальной этики). — В кн.: Он же. О назначении
человека. М., 1993; Сумерки богов. М., 1989, с. 323-325, 337-338. См.
также лит. к ст. Свобода воли.
Р. Г. Апресян
ВЫБОР ТЕОРИИ(theory choice) — принятие ученым или
научным сообществом решения о предпочтении одной из
двух или более конкурирующих схем описания и объяс-
466
ВЫВОД ЛОГИЧЕСКИЙ
нения изучаемой области реальности. В философии науки
термин «выбор теории» применяется для обозначения
ситуаций, возникающих при решении задачи теоретической
реконструкции переходных периодов в развитии научного
знания. Переходные периоды характеризуются
конкуренцией старой и новой теорий и (или) парадигм,
претендующих на адекватное описание и объяснение одной и
той же области эмпирических данных. Разрешением такой
ситуации и является выбор одной из теорий (парадигм).
Центральным при этом оказывается вопрос о критериях и
процедурах оценки и отбора теорий.
Предлагались различные модели ситуаций выбора. Одна из
них _ социологическая, принадлежащая Т. Куну. Согласно
ему, не существует рациональных доводов, на основании
которых ученый мог бы предпочесть новую парадигму
старой. Выбор теории осуществляется путем «переключения
гештальта». Реконструкция ситуации выбора предполагает
обращение к социо-психологическим факторам —
изменению убеждений научного сообщества.
Был предложен также ряд «рациональных» реконструкций
переходных периодов. Одна из них принадлежит И. Лака-
тосу. Согласно ему, выбор теории осуществляется на
основании критерия, который Лакатос охарактеризовал как
«прогрессивный сдвиг проблем», обеспечиваемый новой
парадигмой. Другие предлагавшиеся критерии выбора
теории — способность теории решать проблемы (Л. Лау-
дан); критерий увеличивающегося правдоподобия теорий
(У. Ньютон-Смит), близкий к лакатосовскому
«прогрессивному сдвигу проблем»; прагматический успех теории
(М. Хессе)идр.
В научном познании существует язык наблюдений,
который, будучи теоретически нагруженным, тем не менее
является нейтральным по отношению к последовательно
сменяющим друг друга теориям. Хотя критерии оценок
и отбора теории исторически изменчивы, в них есть
инвариантное, кросспарадигмальное содержание, которое
позволяет реконструировать процедуру выбора как
рациональную. См. также ст. Теория.
Лит.: Мамчур Е. А. Проблема выбора теории. К анализу
переходных ситуаций в развитии физического знания. М., 1975.
?. А. Мамчур
ВЫБОРА АКСИОМА- см. Множеств теория.
ВЫВОД ЛОГИЧЕСКИЙ— рассуждение, в котором
осуществляется переход по правилам от высказывания или
системы высказываний к высказыванию или системе
высказываний. К логическому выводу обычно
предъявляются (совместно или по отдельности) следующие
требования: 1) правила перехода должны воспроизводить
отношение следования логического (ту или иную его
разновидность); 2) переходы в логическом выводе должны
осуществляться на основе учета только синтаксических
характеристик высказываний или систем высказываний.
В современной логике понятие логического вывода
определяется для формальных систем, в которых
высказывания представлены формулами. Обычно выделяют три
основных типа формальных систем: аксиоматические
исчисления, исчисления натурального вывода,
исчисления секвенций. Стандартное определение логического
вывода (из множества формул Г) для аксиоматического
исчисления S таково: логический вывод в S из множества
формул Г есть такая последовательность Ау.. Ап формул
языка исчисления S, что для каждой А.(\ < / < п) выполняется, по крайней мере, одно из следующих трех условий: 1 ) А. есть формула из Г; 2) А. есть аксиома исчисления S; 3) А. есть формула, получающаяся из предшествующей ей в последовательности Аг..Ап формулы или из предшествующих