навязывать тексту посторонний вопрос.
Однако понять вопрос текста можно лишь при условии,
если мы в состоянии сами им задаться. Поэтому вторым
шагом будет отнести этот вопрос к себе, что ведет к
критической проверке того «предпонимания», с которым мы
приступали к чтению.
Гадамер заостряет внимание на несводимости
герменевтики к методологии интерпретации. В этой связи ключевые
понятия его собственной концепции — «действенная
история» и «действенно-историческое сознание»: всякий
акт интерпретации того или иного произведения
определен предшествующими интерпретациями последнего
(традицией интерпретации), но всякий акт
интерпретации, в свою очередь, включен в традицию, образует звено
ее «события». Выдвигая на первый план «событие
традиции» и «причастность» интерпретатора этому событию,
Гадамер отмежевывается от приверженцев традиционной
герменевтики (Э. Бетти, Е. Д. Хирш и др.). Если у
последних речь идет об обеспечении объективного познания
прошлого исследователем, укорененным в настоящем, то
в континууме традиции, о котором говорит Гадамер, нет
ни прошлого, ни настоящего: Шекспир может выступать
современником Софокла.
Моделью герменевтического опыта выступает опыт
искусства. Полемизируя с концепцией «эстетического
суждения» Канта, Гадамер рассматривает искусство как
автономный источник «опыта истины». Здесь Гадамер
апеллирует не только к Хайдеггеру, но и к Гегелю: гегелевское
понятие «объективного духа» лучше подходит для его
герменевтики, чем такие восходящие к романтикам и
Шлейермахеру понятия, как «субъективность» и «ин7
дивидуальность». Если у Шлейермахера и Дильтея
задача интерпретатора состояла в воспроизведении опыта,
заключенного в тексте, то Гадамер подчеркивает
важность «произведения» опыта заново, тем самым смещая
акцент с «репродуктивной» стороны истолкования на его
Однако союз философской герменевтики с гегелевской
философией непрочен: исходный пункт Гегеля —
самопознание абсолютного духа, т.е. бесконечная мощь
рефлективного сознания, тогда как Гадамер отправляется от
принципиальной конечности человека и,
соответственно, ограниченности его рефлективных усилий. Движение
традиции не может быть поэтому схвачено в категориях
развития или прогресса. Гегелевской метафоре «снятия»
Гадамер предпочитает хейзинговскую метафору «игры».
В «диалоге», каковым является традиция, никому не дано
Традиция развертывается прежде всего как языковая
традиция. Мы «живем в традиции» постольку, поскольку
«живем в языке». Язык для Гадамера, как и для Хайдеггера,—
это не инструмент и не знак того или иного «мысленного
содержания», а медиум раскрытия истины. В той мере, в
какой герменевтика имеет дело с языком как
универсальным медиумом раскрытия бытия, она имеет
универсальный характер. В онтологизировании языка Гадамер
заходит столь далеко, что утверждает: «бытие, которое может
«Истина и метод» — единственное произведение
Гадамера «систематического» характера. В остальных своих
сочинениях он выступает как практикующий герменевт.
Объектом его штудий выступают как классические
тексты историко-философской традиции (Платон и
Аристотель, Гегель и Кант, Гуссерль и Хайдегтер), так и классики
мировой поэзии (Гёте, Рильке, П. Целан, Гельдерлин).
Соч.: Wahrheit und Methode. Tub., 1975; Piatos dialektische Ethik.
Hamb., 1983; Hegels Dialektik: funf hermeneutische Studien. Tub.,
1971; Vernunft im Zeitalter der Wissenschaft. Fr./M., 1976;
Heideggers Wege. Tub., 1983; Lob der Theorie. Fr./M., 1984; Das Erbe
Europas. Fr./M., 1989; Uber die Verborgenheit der Gesundheit. Fr./M.,
1993; Der Anfang der Philosophie. Stuttg., 1996; Hans-Georg Gada-
mer im Gesprach, hrsg. von С Dutt. Heidelberg, 1993; Gesammelte
Schriften, Bd. 1-10. Tub., 1985-1995; Истина и метод. M., 1988;
Актуальность прекрасного. M., 1991.
Лит.: Hermeneutik und Dialektik. Aufsatze H. Gadameras zum 70.
Geburtstag, Bd 1—2. Tub., 1970; Hermeneutische Positionen. Gott.,
1982.
В. С. Малахов
ГАЗАЛЙАбу Хамид Мухаммад Ибн Мухаммад, ал (1058,
Туе, Иран —1111, там же) — мусульманский философ,
крупнейший исламский богослов. Образование
получил сначала в Тусе, затем в Джурджане и Нишапуре, где
учился под руководством видного представителя аша-
ритского калама ал-Джувайнй. После смерти своего
учителя (1085) ал-Газали: находился при дворе
сельджукского везира Низам ал-Мулка, который назначил его в
1091 преподавателем в основанном им в Багдаде медресе
ан-Низамиййа. Лишившись своего покровителя, убитого
исмаилитами, ал-Газали в 1095 покинул Багдад под
предлогом совершения хаджжа-паломничества. Провел 11 лет
475
ГАЙ
в странствованиях, во время которых посетил Дамаск,
Иерусалим, Мекку. В 1106 начал преподавать в
медресе ан-Низамиййа, куда был приглашен везиром Фахр
ал-Мулком (сыном Низам ал-Мулка). Незадолго до своей
кончины вернулся в Туе.
Творчество ал-Газали многогранно и противоречиво.
Трудность определения его истинных взглядов отчасти
обусловлена его собственным предупреждением (в частности,
втрактате «Весы деяний») о том, что сокровенные его мысли
содержатся не в опубликованных сочинениях, а в
предназначенных для избранных трактатах. В своей
квази-автобиографии «Избавляющий от заблуждения» философ описал
поиск истины, в рамках которого он прошел путь от слепой
веры к каламу, от него — к арабояшчпому перипатетизму
(фалсафе), затем к исмаилизму, остановившись на суфизме.
Согласно этому сочинению, как и трактату «Удержание
широкой публики от калама», калам, способный служить делу
защиты религии от опасных новшеств, мало полезен для
приобретения позитивного знания, а в душу неподготовленных
в теоретическом отношении людей он может внести только
путаницу и сомнение. Вместе с тем позитивный очерк
теологии калама ал-Газали дал в работе «Краткое изложение
вероучения» («ал-Иктисад фи-л-и’тикад»). Против исмаилитов
(батинитов) направлено, помимо «Избавляющего»,
сочинение ал-Газали «ал-Мустазхири».
Представив сначала объективное и систематизированное
изложение основных положений
восточно-перипатетической логики, физики и метафизики в книге «Цели
философов» («Макасид ал-фалясифа»), в работе «Опровержение
философов» (точнее, «Непоследовательность философов»,
«Тахафуг ал-фалясифа», на которую Ибн Рушд написал
ответное «Опровержение Опровержения») ал-Газали
доказывал неспособность мусульманских перипатетиков построить
метафизику на принципах, согласующихся с буквой
священных текстов (в частности, с догмами о сотворенности мира, о
знании Богом единичных вещей, о телесном воскрешении).
Одновременно ал-Газали пытался легализовать другие
разделы перипатетической философии — логику, математику и
физику, говоря о нейтральности их по отношению к религии.
Особенно заметно его стремление пропагандировать логику,
которой он посвятил ряд работ («ал-Кустас ал-мустаким»,
«Ми’йар ал-‘илм», «Махакх ан-назар»), изменяя, однако, ее
терминологию и представляя правила логики как
выводящиеся из Корана и Сунны. Вместе с тем некоторые трактаты
ал-Газали (например, «Ма’аридж ал-кудс») свидетельствуют
о близости его идей к метафизическим концепциям
восточных перипатетиков (признание тезиса о вечности мира,
теория эманации и т. п.).
Суфизму, на котором автор «Избавляющего» остановил
свой выбор после долгих духовных исканий, посвящен
фундаментальный труд «Воскрешение наук о вере», где
дан а мистическая трактовка мусульманского закона,
прежде всего его культово-этических принципов.
Метафизическую систему суфизма ал-Газали разрабатывал в книге
«Ниша светов» («Мишкат ал-анвар»), описывая
универсум в виде световой иерархии, основание которой
составляют «темные», материальные предметы, а вершину —
Соч.: Воскрешение наук о вере. Избр. главы, вступительная
ст. В. В. Наумкина. М., 1980; Правильные весы (аль-Кустас
аль-Мустаким). Отдельные главы. — Там же; Избавляющий от
заблуждения. — В кн.; Григорян С. Н. Из истории философии
народов Средней Азии и Ирана 7—12 вв. М., 1960; Ответы на
вопросы, предложенные ему. — Там же.
Лит.: Керимов Г. М. Газали и суфизм. Баку, 1969; Наумкин В. 2?.
Вступительная статья к указанному переводу «Воскрешения…».
Г. Ибрагим
ГАЙ(Гаюс) (1-я пол. 2 в.) — греческий философ,
представитель среднего платонизма. О Гае сохранилось несколько
косвенных свидетельств. Лекции некоего ученика Гая
слушал Гален в Пергаме в 143; учеником Гая был также Альбин;
Порфирий говорит о комментариях Гая, которые на
занятиях с учениками разбирал Плотин. Важно свидетельство
Прокла (In Тип. I 340, 24 Diehl; разбор текста у К. Прехте-
ра): «круг Альбина и Гая» выделял у Платона два способа
философствования: научный и исходящий из
правдоподобия (ercioirinovixcuc x\ EiKoxoAoyixobc), которые последний
чередовал в зависимости от того, каков излагаемый
предмет, в связи с чем разные диалоги следовало толковать
по-разному — буквально либо метафорически. Возможно,
Гай ничего не писал, ограничиваясь преподаванием.
Упоминаемые в Cod. Pan gr. 1962, fol. 146v лекции Гая, изданные
Алъбином, использовал Прискиан в «Вопросах и ответах к
царю Хосрову»; о толковании Гаем «Государства» говорит
Прокл (In Remp. 2, 98, 11 Kroll). О характере платонизма Гая
можно судить по сочинениям Альбина и анонимным
комментариям к «Теэтету» Платона. Некорректность попытки
реконструировать учение Гая на основе сопоставления
Альбина и Апулея и самого понятия «школа Гая» показана Дж.
Диллоном.
Лит.: Sinko Т. De Apulei et Albini doctrinae Platonicae adumbratio-
ne. Krakow, 1905; PraechterK. Zum Platoniker Gaios. — «Hermes»,
1916, 51, S. 510-529 = Kleine Schriften, S. 81-100; Witt Я E. Albi-
nus and the History of Middle Platonism. Cambr., 1937, 2 ed. 1971;
Dillon J. The Middle Platonists. L., 1976, 2 ed. 1996, P. 266-340.
Ю. А. Шичалин
ГАЙГЕР(Geiger) Мориц (26 июня 1880, Франкфурт-на-
Майне — 9 сентября 1937, Сиал Харбор, США) — философ
феноменологического направления, представитель
мюнхенской школы. Изучал юриспруденцию, психологию,
философию, биологию в Мюнхене, где в 1904 защитил
кандидатскую, а в 1907 — докторскую диссертацию. В начале
века Гайгер сотрудничал с Гуссерлем. Затем между ними
возникли разногласия. С 1923 Гайгер — ординариус в Гет-
тингене. В 1933 досрочно уволен нацистами с
профессорской должности; в 1935 эмигрировал в США, преподавал в
Нью-Йорке. Главная проблематика исследований Гайгера —
феноменология чувств, теория эстетики, в частности,
эстетических наслаждений, сначала основанная на
психологии В. Вундта, а потом на феноменологии («Bemerkungen zur
Psychologie der Gefuhlsmomente und Gefuhlsverbindungen». —
«Archiv fur die gesamte Psychologie», 1904, 4, S. 233 ff.).
Эстетическое наслаждение, по Гайгеру, — «специальный случай»
наслаждения как такового, сущность которого выявляется
на основе анализа соответствующих феноменов.
Сущностные мотивы наслаждения Гайгер связывал со следующими
признаками: отсутствие мотива — полнота —
причастность Я — центрирование вокруг Я — отдача (Hingabe) во
власть объекта наслаждения (Beitrage zur Phanomenologie des
asthetischen Genusses, 1913, S. 61). Эстетику Гайгер
рассматривал как главную прикладную область
феноменологического метода («Phanomenologische Asthetik», 1924, S. 273), как
науку об эстетических ценностях. Однако эстетика только
476
ГАЛЕН
основывается на феноменологии; как философская
дисциплина она выходит за узко феноменологические рамки,
соприкасаясь с этикой, философией религии и
психологией. Ряд работ Гайгера посвящен философии науки —
философии математики («Systematische Axiomatik der euklidischen
Geometrie». Augsburg, 1924) и теории относительности («Die
philosophische Bedeutung der Relativitatstheorie». Halle, 1921).
Соч.: Die Bedeutung der Kunst. Zugange zu einer materialen
Wertasthetik. Hrg. aus dem Nachla? von K. Bergerund W. Henck-
mann. Munch., 1976 (библиография).
H. В. Мотрошилова
ГАЙМ(Haym) Рудольф (5 октября 1821, Грюнберг — 27
августа 1901, Св. Антон, Тироль) — немецкий историк
философии и литературы. С 1868 — профессор в Галле.
Основатель и редактор журнала «Preussische Jahrbucher»
(1854—64). Автор работ по истории философии и
литературы в Германии.
Соч.: Feuerbach und die Philosophie. Halle, 1817; W. v. Humbolt. В.,
1856; Hegel und seine Zeit. В., 1857; Herder, 2 Bde. В., 1877-85; Aus
meinem Leben. В., 1902; в рус. пер.: Гегель и его время. СПб., 1861;
Гердер, его жизнь и сочинения, т. 1—2. М., 1888; Романтическая
школа. М, 1891; Вильгельм фон Гумбольдт. М., 1898.
Лит.: Антонович Л/. А. О гегелевской философии. Рец. на кн. Р.
Тайма, Гегель и его время. — Он же. Избр. философ, соч. М., 1945.
А. О.
ГАЛЕВИИегуда(ок. 1080, Толедо—ок. 1140, Палестина?) —
еврейский поэт и философ, раввинический богослов, врач.
Главное сочинение—написанные по-арабски, вскоре
переведенные на иврит диалоги «Хазар: Книга доводов в защиту
презираемой религии» — воображаемые беседы хазарского
хана Булана И, обратившегося в 740 в иудаизм, с
философом, христианином, мусульманином и раввином.
Обогащая иудаизм аристотелизмом и неоплатонизмом, Галеви
утверждал превосходство Торы и предания над самомысли-
ем. Между повелевающим Богом Авраама и безразличным
богом философов пролегла бездна; одиноким искателям
«трудно вообразить начало мира» вне традиции
Откровения, непрерывной в избранном народе от дней Адама.
Творец непознаваем и неантропоморфен, его оперативные (от
его действий), релятивные (от его отношения к человеку),
негативные (апофатические) определения не достигают
сути. Его поступки непредсказуемы, «он волит то, что
водит, тогда, когда волит». Вселенная — продукт этой воли и
ее агентов, вторичных природных причин. Душа (по
Аристотелю и Авиценне) есть «первое совершенство природного
инструментального тела, имеющего жизнь в потенции»,
«субстанция, сущая в самой себе и несущая атрибуты
ангельских и божественных сущностей». Откровения всегда
исторически конкретно даны избранному народу.
Заслоненный позднее Маймонидом, Галеви оставался
почитаемым автором. Гердер назвал «Хазар» образцом для своих
диалогов «О духе еврейской поэзии».
Соч.: Kitab al khazari; trad. H. Hirschfeld, L.-N. Y,