положения человека в мире
как особым образом организованного живого существа,
не обращаясь, однако, к представлению о «лестнице
существ», отображающей ступенчатое строение
органического мира («растение» — «животное» — «человек»).
Следуя MS. Гердеру, Гелен называет человека
«недостаточным» существом: в отличие от животного человек лишен
полноценных инстинктов, т.е. не имеет устойчивых
раздражителей вовне и столь же устойчивых реакций у себя;
он не находится в изначальной гармонии с «окружающим
миром», т.е. во взаимосоответствии со средой,
специфически значимой именно для данного вида живых существ:
человек открыт всему миру.
Отсутствие специфически значимого «окружающего мира»
сопряжено с внутренним избытком побуждений у
человека, и главным для него становится их «разгрузка», дающая
возможность более опосредованно относиться к
окружающему и к себе самому. Избыток побуждений делает
невозможной их одновременную реализацию (реализация одних
задерживает другие и т. п.). Возникает
«самодистанцирование», позволяющее человеку, в отличие от
непосредственной жизнедеятельности животных, не просто «жить», но
«вести жизнь», планомерно и осмотрительно изменять
своими действиями себя и окружающее. Действие как
единство — основная характеристика человека: в действии
нет дуализма процесса и результата, субъекта и объекта,
души и плоти и т. п. Прогрессирующая разгрузка,
понимаемая как деятельное самоосуществление, все более
высвобождает действие из ситуативной определенности, и на
более высоком уровне необходимая функция выполняется
«символическим» образом. Зрение берет на себя ведущую
роль среди органов чувств, позволяя ориентироваться без
непосредственного соприкосновения с вещами, язык еще
больше удаляет от частностей ситуации. Действуя, человек
создает культуру, которая принадлежит именно природе
человека и не может быть «отмыслена» от нее. Действие,
соотнесенное с др. действиями и «кооперированное» с
ними, позволяет говорить о различных типах «сообщества».
Понятие действия позволяет Гелену перейти к учению об
институтах, т.е. фиксированных формах
антропологической организации («Первобытный человек и поздняя
культура» — Urmensch und Spatkultur, 1956). Действие
мотивировано целесообразностью, но его постоянное повторение
может оказаться полезным и в ином отношении:
непредусмотренная целесообразность может пробудить мотивы
для дальнейшей стабилизации полученного результата.
Так, архаические институты семьи, животноводства,
земледелия и т. п. — непредусмотренный результат
религиозно-ритуального изобразител ьного действия,
удовлетворяющего фундаментальную потребность в поддержании
стабильности мира через его ритуальное изображение-закреп-
496
ГЕЛЬВЕЦИЙ
ление. Возникшие институты не только «разгружают»
человека от опасностей, но и позволяют ему действовать
инстинктоподобно, определяя его сознание и волю.
Гелен выделяет в истории три эпохи: культуры охотников,
земледельцев и индустриальную культуру, возникшую
около 200 лет назад. Следуя Af. Веберу, он описывает
прогрессирующую рационализацию институтов, отводя ведущую
роль технике. При этом институты все больше
подчиняются имманентным законам: инстанции, соединяющей
совокупное истолкование мира и нормирование поведения,
как это было в архаическую эпоху, больше нет. Отсутствие
взаимосогласования институтов между собой и с
моральной жизнью человека означает для последнего тяжелый
груз необходимости принимать решения каждый раз по
своему усмотрению. Вместе с прогрессирующим
освобождением людей от опасностей, физического труда и т. п.
это провоцирует развитие «современного субъективизма».
Печатью консервативной социальной критики
отмечена концепция «плюралистической этики» Гелена
(«Мораль и гипермораль» — Moral und Hypermoral, 1969). Он
постулирует наличие четырех не зависящих друг от друга
источников морали («этосов»): стремление к взаимности;
«физиологические добродетели» (инстинктивное
стремление к благополучию, переходящее в эвдемонизм); родовая
(клановая) мораль братской любви, предельно
выраженная в морали гуманности; институциональный этос. В ходе
рационализации институтов, заставляющей их все больше
полагаться на свой внутренний порядок и решать
объективные проблемы, сообразуясь с давлением обстоятельств,
клановая (гуманная) мораль становится универсальной
и вступает в конфликт с этосом политических
институтов. Положение усугубляют интеллектуалы, скрывающие
за проповедуемой моралью братства собственную жажду
власти. В 70-е гг. Гелен стал ведущим идеологом
неоконсерватизма в ФРГ.
Соч.: Gesamtausgabe, Bd 1-10. Fr./M., 1978.
А. Ф. Филиппов
ГЕЛЛНЕР(Gellner) Эрнест (8 декабря 1925, Париж — 5
ноября 1995, Прага) — английский философ, социолог и
политолог. Профессор философии Лондонского
университета. Первоначально получил известность как критик
британской лингвистической философии. В
книге-памфлете «Слова и веши» Oxfords and Things. L., 1959; рус. пер.
1962) стремился показать ошибочность основных
принципов «философии обыденного языка», ее
несостоятельность в идеологическом плане. В области методологии
науки Геллнер испытал влияние критического рационализма
А. Поппера, в теоретической социологии — М. Вебера. В
своих работах доказывал, что философия неотделима от
социально-политической теории. Геллнер подчеркивал
роль ценностей и норм в научном, в особенности в
гуманитарном, знании. Как специалист по социальной
антропологии проводил полевые исследования исламской
культуры народов Северной Африки. Особый интерес
проявлял к методологии историко-антропологических
исследований в СССР. Неоднократно посещал СССР и Россию.
В политической теории обосновывал доктрину
плюрализма. Критиковал философские основания психоанализа.
Соч.: Cause and Meaning in the Social Science. L., 1973; Contemporary
Thought and Politics. L., 1974; Spectacles and Predicaments. Essays in
Social Theory. Cambr., 1979; Soviet and Vfestern Anthropology (ed.).
N. Y, 1980; Muslim Society. Cambr, 1981; The Psychoanalytic
Movement. L., 1985; State and Society in Soviet Thought. Oxf., 1988;
Пришествие национализма. Мифы нации и класса.— «Путь», 1992,
№ 1, с. 9-62; Условия свободы. М., 1995.
А. Ф. Грязное
ГЕЛЬВЕЦИЙ(Helvetius) Клод Адриан (31 января 1715,
Париж — 26 декабря 1771, там же) — французский
просветитель. Образование получил в одном из иезуитских
коллежей Парижа, изучал античную и новую философию,
литературу и языки. В 1738—51 занимал должность
генерального откугпцика налогов. Его занятия
стихосложением послужили причиной избрания в члены Академии
изящной словесности г. Кана, поэма «О счастье»
удостоилась похвалы Вольтера. С одобрения последнего Гельвеций
в 1751 уходит с государственной службы и переселяется в
Париж, чтобы войти в крут энциклопедистов.
Включившись в работу по созданию «Энциклопедии», открывает в
своем доме салон, который посещают самые известные
люди Франции — Дидро, Гольбах, аббат де Рейналь,
министр д’Аржансон и др.
Материалистические взгляды Гельвеция складывались
в общем русле идей Просвещения. Природа понималась
им как совокупность материальных тел,
образующихся в результате соединения и разъединения мельчайших
частиц — атомов. Природе присуши движение,
пространственно-временные характеристики, причинность,
тождественная необходимость. В Универсуме совершается
непрерывное превращение одних веществ в другие, точнее
— круговорот природы. Определения материи как
субстанции Гельвеций избегал, считая ее лишь словом для
описания совокупности различных материальных свойств.
Человек подобно другим природным созданиям
рассматривался Гельвецием только как живое существо; источник его
чувств, желаний и потребностей — ощущения. С позиций
сексуализма Гельвеций сводил воображение, память,
суждение, мышление к ощущениям, а источником ошибок
считал невежественные суждения.
Все эти идеи были высказаны в 1-й книге Гельвеция «Об
уме» (1758; рус. пер. 1917), выход в свет которой стал
событием в его жизни и в истории всего французского
Просвещения. Сочинение сразу же вызвало нападки со
стороны парламента и духовенства. Представив Гельвецию
около 100 замечаний, Сорбонна потребовала от автора
отречения. Причиной нападок врагов, а также суровой
критики многих единомышленников стала последовательно
проводимая Гельвецием концепция утилитаризма.
Определив человека как природное существо, стремящееся лишь
к удовлетворению материального интереса и получению
физических удовольствий, Гельвеций из этого делал вывод
о себялюбии как основном инстинкте человека. С этих
позиций он объяснял все чувства человека и его
поведение, отношения между людьми и устройство общества.
Любовь к ближнему — результат любви к самому себе, в
основе дружбы — корыстный интерес, надежда получить
помощь и совет от друга (Вольтер считал, что такое
понимание помещает дружбу в разряд «низких чувств».) Если
бы человек не руководствовался корыстью, он проводил
бы жизнь в лени и спокойствии (полемизируя с
Гельвецием, Дидро говорил о бескорыстии тех, кто жертвовал
жизнью ради Родины, или ученых, напр., Лейбница или
Ньютона и т. п.).
497
«ГЕММЫ МУДРОСТИ»
В 1772, уже после смерти Гельвеция, усилиями его друзей,
а также русского посланника в Голландии князя Д.
Голицына вышла его 2-я книга «О человеке» f где в центре его
антропологической концепции стоит проблема
воспитания: «Люди рождаются либо без предрасположений, либо
с предрасположениями к самым противоположным
порокам и добродетелям. Значит, они являются лишь
продуктом воспитания» (Соч. в 2 т., т. 2. М., 1974, с. 185).
Уверенность во всемогуществе воспитания привела
Гельвеция к созданию демократической
социально-политической программы. Его идеал — Франция как
конфедерация небольших республик, где просвещенный монарх
фактически играет роль президента государства. Все граждане
превращаются в членов третьего сословия и приобретают
равные политические права. Разница в имущественном
положении между ними сводится к минимуму. Произведя
необходимые изменения в законах и обычаях,
просвещенный законодатель мог бы устранить причины социальных
бедствий и обеспечить покой народу и стабильное
существование государству. Взгляды Гельвеция оказали влияние
на дальнейшее развитие материалистической философии.
Он заложил основание целостной системы утилитаризма;
его последователями стали И. Бентам и Дж. С. Милль.
Соч.: Oeuvres completes, v. 1—4. P., 1795; в рус. пер.: Соч. в 2 т., М.,
1974; Счастье. М., 1987.
Лит.: Плеханов Г. В. Очерки по истории материализма. — В кн.:
Плеханов Г. В, Избр. философ, произв. в 4т., т. 2. М., 1956, с. 33—
128; Вороницын /f. Клод Адриан Гельвеций. М.—Л., 1926; Момд-
жян X. Г. Философия Гельвеция. М., 1955; Длуган Т. Б. Подвиг
здравого смысла. М., 1995, с. 76—122; QuilloisA. Le Salon de Mad.
Helvetius. P., 1894; Horowitz L-L. Claude Helvetius: Philosopher of
democracy and enlightenment. N. Y., 1954.
Т. Б. Длугач
«ГЕММЫ МУДРОСТИ» (араб. «Фусус ал-хикам») —
наряду с «Мекканскими откровениями» основное произведение
Ибн «Араба, содержащее изложение его философских
взглядов. Отличается от последнего несравненно меньшим
объемом. Написано в конце жизни философа. Состоит из 27
глав, каждая из которых отнесена к одному из посланников
и пророков, иногда по ассоциации с его высказыванием,
воспроизводимым в Коране или сунне, которое
становится отправной точкой размышлений Ибн ‘Араби, иногда
по другим признакам. Главы расположены в традиционно
признаваемом в исламе порядке пророчества, от Адама до
Мухаммада. В произведении обсуждаются все основные
вопросы философии суфизма: понятие Первоначала и его
связь с миром, различные методы познания и
характеристика даваемого ими знания и т. д. Хотя изложение не
является систематическим в том смысле, какой был бы верен
применительно к западной традиции, оно обнаруживает
безусловную внутреннюю связность и последовательность
и в терминологическо-понятийном, и в тематическом
плане, не отходя от критериев рациональной
обоснованности и непротиворечивости излагаемых положений. «Геммы
мудрости» полемизируют с арабоязычными
перипатетиками по вопросу о способе понимания единства
Первоначала, с ал-Газалй по вопросу о возможности его познания
вне связи с миром, с мутакаллимами по вопросу об
оправданности понятия «субстанция» в свете атомарной теории
времени. Затрагиваются также некоторые нефилософские
вопросы, такие как символика сновидений.
Произведение с близким названием, «Китаб ал-фусус»
(«Книга гемм») считается принадлежащим перу
ал-Фйрйбй. Имея небольшой объем, оно излагает учение
о Первоначале и его отношении к своему следствию —
миру, развивает диалектику явленности и скрытости
Первоначала, доказывая, что одно невозможно без другого.
Хотя идеи этого произведения близки тем, что развивал
Ибн ‘Арабй, трудно с определенностью утверждать что-то
сверх этого относительно их связи.
Изд.: Бейрут, 1980; рус. пер. А. В. Смирнова. — В кн.: Смирнов А. В.
Великий шейх суфизма (опыт парадигмального анализа философии
Ибн Араби). М, 1993, с. 145-321.
А. В. Смирнов
ГЕМПЕЛЬ(Hempel) Карл Густав (8 января 1905, Орани-
енбург, около Берлина — 9 ноября 1997, Принстон, США)
— американский философ, родившийся и живший до
начала 2-й мировой войны в Германии, участник Венского
кружка. Образование получил в Геттингене, Гейдельберге,
Берлине и Вене. Находился под влиянием идей М. Шли-
ка, Г. Рейхенбаха и Р. Карнапа. В США — с 1937,
профессор университета Принстона, затем Питтсбурга. С 1948 по
1955 — профессор университета в Йеле, с 1955 по 1973 — в
Принстонском университете, с 1977 — в Питтсбурге.
Участвовал в разработке логико-методологической программы
неопозитивизма, оказал большое влияние на
трансформацию логического эмпиризма в 40—60-е гг. В частности,
позитивисты отказались от программы редукционизма и
от верификационистского критерия значения, — Гемпель
показал им, что существует не строгое различие, а лишь
постепенная дифференциация между познавательным
значением и бессмыслицей. В качестве исходных
смысловых единиц были признаны не отдельные высказывания,
а системы утверждений. При исследовании соотношения
между терминами наблюдения и теоретическими
терминами Гемпель сформулировал т. н. «дилемму
теоретика», согласно которой теоретические термины в любом
случае — и при их сводимости к терминам наблюдения
и если доказывается, что это невозможно, — излишни и