Скачать:TXTPDF
Русская философия энциклопедия. М. А. Маслин

Кесаря», то общение «есть Царство Божье» (с. 312). К. «мучительно трудна», потому что личности, как «разные и таинственные миры», могут лишь частично соприкасаться и открываться друг другу, но в мире духовном они входят в «единую… атмосферу Царства Божьего» (Там же). К. Бердяев делит на светскую и религиозную, причем последнюю связывает с «православной идеей соборности» как «пребывания в общении и любви церковного народа и Духа Святого» (Царство Духа и царство Кесаря. М., 1995. С. 332). Противоположностью К. оказывается сообщение (или коммуникация), ступенями к-рого являются такие формы объективации, как государство, семья, социальный класс, объективированные церковь, монастырь, а также коллективизм, трактуемый как «ложное состояние сознания, создающее лжереальности» (Там же. С. 330). Если К., по Бердяеву, «означает непосредственное отношение человека к человеку через Бога, как внутреннее начало жизни», то коллективизм не хочет знать живого отношения человека к человеку, он связан с искусственностью и принудительностью общения «дальних», а не «ближних в евангельском смысле». «Коллективизм не соборность, а сборность» (Там же. С. 332). При этом человеческая личность превращается в объект, механически-рационально выбрасывается вовне, эксплуатируется; ее сознание, совесть, оценки отчуждаются и, опираясь на подсознательные инстинкты, переносятся на «фиктивную реальность коллектива» (теократию, абсолютную монархию, якобинскую демократию, тоталитарный коммунизм и фашизм и др. формы «царства Кесаря»). Все отношения человека к человеку опосредуются здесь отношением человека к коллективу, к «объективированному обществу». Коллективизм, в понимании Бердяева, враждебен личности и является только «вещным», «объектным» пониманием К. Личность же имеет двойственную природу (принадлежит «к двум планам, к плану Духа и к плану Кесаря») и «противоположна не общине и общинное™, а вещи и коллективу» (Там же. С. 333). Существование «я» предполагает, согласно Бердяеву, взаимопроникновение «я» и «ты», вхождение в соборное «мы», совершаемое в Боге. К. в отличие от коллективизма как «сообщения», сутью к-рого являются только «подаваемые условные знаки», глубинна, онтологически реальна, означает «выход из мира объектов». К. глубоко экзистенциальна, она есть «прорыв… к действительному существованию», к бесконечной свободе и духовности. В работе «Дух и реальность» (1937) Бердяев связывает К. с разрушением «мира объективации», мира «природных и социальных ограничений» и достижением «чистой, освобожденной духовности», или «субъективации». А в соч. «Опыт эсхатологической метафизики» (1947) он говорит о творчестве, познании, любви, красоте, свободе, об общении как эсхатологическом самоопределении человека. «В каждое мгновение жизни нужно кончать старый мир, начинать новый мир. В этом дыхание Духа» (Там же. С. 286). Лит.: Бердяев Н. А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989; Он же. Философия свободного духа. М., 1994. С. 13–228; Он же. Я и мир объектов // Там же. С. 229–316; Он же. Дух и реальность // Там же. С. 363–461; Он же. Царство Духа и царство Кесаря. М., 1995. С. 287–356; Он же. Опыт эсхатологической метафизики // Там же. С. 163–286; Зеньковский В. В. История русской философии. Л., 1991. Т. 2, ч. 2. С. 60–81.

В. Л. Курабцев

КОНДРАТЬЕВ Николай Дмитриевич (4(16).03.1892, д. Галуевская Костромской губ. — 17.09.1938) — экономист, автор работ по философии и методологии социальных наук. В 1911–1915 гг. К. учился на экономическом отд. юридического ф-та Петербургского ун-та, где его учителями были Туган-Барановский, Лаппо-Данилевский, Ковалевский, Петражицкий. После окончания ун-та был оставлен для подготовки к профессуре по кафедре политической экономии и статистики. В это же время он был личным секретарем Ковалевского и ученым секретарем Социологического об-ва. После Февральской революции К. активно участвовал в работе партии эсеров, нек-рое время занимал пост товарища министра продовольствия Временного правительства. В 1918 г. отошел от политической деятельности, переехал в Москву. Здесь он сходится с кругом известных экономистов — А. В. Чаяновым, В. Г. (романом, Н. П. Макаровым и др., возглавляет созданный в 1920 г. Конъюнктурный ин-т, преподает в вузах. В 20-е гт. К. был последовательным сторонником т. наз. товарной модели социализма, свободной кооперации индивидуальных крестьянских хозяйств, резко протестовал против планов форсированной индустриализации. В 1924 г. он находился в длительной научной командировке в Германии, Англии, Канаде, а также в США, где встречался с Сорокиным и отказался от его предложения остаться в одном из американских ун-тов. В 1927 г. началась критика идей К., быстро перешедшая в его политическую травлю как «идеолога кулачества». К. был уволен из Конъюнктурного ин-та, а в 1930 г. арестован как глава сфабрикованной ОГПУ «трудовой крестьянской партии». В 1932 г. он был приговорен к 8 годам тюрьмы и помещен в Суздальский политизолятор, в 1938 г. был вновь осужден Военной коллегией и расстрелян. Наиболее крупным достижением К. является созданная в 20-е гг. концепция больших циклов конъюнктуры. В мировой литературе она закрепилась под названием «циклы (волны) Кондратьева», к-рое ей дал один из крупнейших экономистов XX в. И. Шумпетер. К. оставил также богатое философско-методологическое наследие, прежде всего написанную им в нач. 30-х гг. в тюрьме большую работу «Основные проблемы экономической статики и динамики. Предварительный эскиз», в к-рой исследуются гносеологические и методологические проблемы социальных наук, прежде всего социальной экономии, науки об об-ве как хозяйстве. К. был хорошо знаком с философско-методологическими идеями своего времени (В. Вин-дельбанд, Г. Риккерт, Э. Кассирер, Г. Зиммель, Э. Дюркгейм, М. Вебер), с философскими и философско-экономическими работами Н. О. Лосского, Франка, Булгакова, П. Б. Струве и др. Заметное влияние на обсуждаемую им проблематику оказало неокантианство (проблемы номотетического и идиографического методов, отношения теоретических и ценностно-практических суждений, объективности социального познания), а также идеи статистической методологии, разрабатываемые как в зап. (У. Джевонс, К. Пирсон и др.), так и в рус. науке (А. А. Чупров, В. А. Косинский и др.). Подробно анализируя реальность, к-рую изучают социальные науки, К. отмечал ее несомненное своеобразие. Тем не менее был сторонником единства науки и видел в разработанной им вероятностно-статистической философии ключ к обоснованию возможности использования строго объективных, причинно-следственных методов познания и в науках об об-ве.

Соч.: Основные проблемы экономической статики и динамики. Предварительный эскиз. М., 1991; Избр. соч. М., 1993.

И. В. Филатов

КОНРАД Николай Иосифович (1 (13).03.1891, Рига-30.09.1970, Москва) — востоковед, специалист по истории кит. и япон. мысли, академик АН СССР (с 1958). Автор многочисленных работ по истории эстетики, литературы и театра стран Юго-Вост. Азии, по проблемам вост. языков, теории исторического процесса, философской компаративистики. Был арестован в 1938 г., находился в Канс-ких лагерях до нач. осени 1941 г. В работах 20-х гг. К. исследует эстетические принципы япон. искусства, прослеживает параллели между ними и принципами совр. зап. эстетики, роль Кабуки и связанных с ним жанров литературы и изобразительного искусства (Театр Кабуки // Театральный Октябрь. М.; Л., 1926. С. 109 сл.). Исследования К. в области кит. мысли опираются преимущественно на тексты не собственно философического характера, в частности на трактаты по военному искусству. К. реконструирует особые черты кит. образованности, особую логику построения научных «систем» в их не столько познавательной, сколько воспитательной функции. Большое влияние на отечественное языкознание оказали труды К. по лингвистике, его анализ иероглифической традиции, ее роли в культуре, особенностей япон. языка, сочетающего иероглифику и алфавит, что создает уникальную «двух-слойность» любого текста. В работах К. по истории япон. литературы дана всеобъемлющая картина япон. национальной культуры, представлен комплекс ее осн. идей, образно-поэтический строй, инварианты япон. духовной традиции от «Кодзики» до «Токутоми». К. подчеркивал невозможность построения совр. литературоведения эстетики, напр. теории романа, без учета соответствующих памятников япон. литературы. Книга К. «Запад и Восток» (2-е изд. М., 1972), кроме компаративных очерко включает анализ возможностей и границ сравнительно изучения культур (или их памятников и представителей критериев научной оценки результатов межкультурно сопоставления, содержит обоснование необходимости компаративистского метода в совр. ориенталистике как одного из основных. В ряде публикаций 60-х гг. К. предложил собственную модель исторического процесса, включающую принципы периодизации истории разли-: ных регионов мира, анализ содержания таких понятий, как «античность», «возрождение», дал особый вариант трактовки идеи «всемирной истории». Важное значение имела деятельность К. как организатора науки, педагога, редактора и члена редколлегий таких изданий, как «Библиотека всемирной литературы», «Философское наследие», «Памятники письменности Востока» и др.

С о ч.: Диалог историков. Переписка А. Тойнби и Н. Конрада // Новый мир. 1967. № 7; Избр. труды: История. 1974; Избр. труды: Синология. М., 1977; Избр. труды: Литература и театр. М., 1978; Голос источников: К истории несостоявшейся публикации (Н. Конрад — Б. Вахзин) // In Memoriam: Ист. сб. памяти Ф. Ф. Перченка. М.; Спб., 1995.

Л и т.: Проблема истории и теории мировой культуры // Сб. ст. памяти акад. Н. И. Конрада. М., 1974; Рубин В. А. Об истории и культуре Китая: Страницы дневника//Восток. 1991. № 1; Н. И. Конрад. Материалы к библиографии ученых. Сер. лит-ры и яз. М., 1994. Вып. 20.

Н. Н. Трубникова

КОНСЕРВАТИЗМ (от лат. conservare — охранять, сохранять) — понятие, обозначающее политические силы, к-рые в тот или иной период борются за сохранение традиционных, сложившихся основ общественной жизни, а также характеризующее определенный тип или стиль мышления. В рус. философской мысли консервативный тип мышления наглядно (для XIX в.) выявляется уже в мировоззрении славянофилов. Здесь консервативная мысль принимает романтическую форму. Ярким представителем этого стиля мышления может служить и К. Н. Леонтьев. Однако в чистом виде К. в рус. философии встречается довольно редко. Кроме вышеназванных примеров можно указать на Жуковского, идеологов «официальной народности» Погодина и Шевырева, Победоносцева, на сильную консервативную традицию в духовно-академической философии. В связи с последней нельзя не упомянуть Гогоцкого (достаточно обратить внимание на его статью «Два типа прогресса», чтобы стала ясной привер-\ женность этого мыслителя к консервативному типу мышления), Юркевича, Кудрявцева-Платонова. В большинстве же случаев этот стиль мышления сочетался с др., напр., с либеральным. К. как тип мышления предполагает отказ от любых форм экстремизма, какую бы окраску и какую бы форму последний ни принимал. В этом смысле консервативная мысль противостоит и крайне правой, ультрареакционной идеологии (пример последней — взгляды I Каткова после 1863 г.), и крайне левой, радикальной, к-| рая в сер. и кон. XIX в. обретает популярность в интеллек-1 туальной среде (революционные демократы, народники,] эсеры, анархисты). К. отличают взвешенность подхода к любой проблеме, стремление найти компромисс между появляющимся новым (с консервативной т. зр. это процесс объективный, но поддающийся вполне определенной ‘ регуляции) и сложившимся, традиционно установившимся. Отвергаются все возможные формы «отрицания про-I шлого» (крайняя форма такого отрицания — нигилизм).

Особый интерес представляют отношения «К. — либерализм». Обычно эти понятия противопоставляются друг I другу, в них видят два полюса, две крайних точки, между к-рыми не может быть ничего общего. Однако

Скачать:TXTPDF

Русская философия энциклопедия. М. А. Маслин Философия читать, Русская философия энциклопедия. М. А. Маслин Философия читать бесплатно, Русская философия энциклопедия. М. А. Маслин Философия читать онлайн