Западе». Развернутое обоснование взгляды Л. получили в трактате «Три мира Азийско-Европейского материка» (1892) — о германо-романском, греко-славянском и азиатском «мирах культурного человечества, имеющих географические, этнографические и культурные основы самостоятельного бытия». Известное строение континента, условия морских берегов, климат производят первоначальные группировки на нем человечества. Эти группы развивают оригинальные цивилизации. Цивилизации, наслаиваясь на известных территориях, создают 3 крупных типа — «миры», «средний» из к-рых — «не настоящая Европа и не настоящая Азия». Естественным постоянным центром культурно-географического и политического тяготения этого разнообразного в этнографическом отношении мира площадью св. 24 млн км2 является Российская империя. Азиатская граница России большей частью совпадает с границей между Азией и «средним миром» (к-рую, т. обр., Л. отодвигает далеко на восток от Уральского хребта), а граница последнего — с «собственно Европой» (романо-германским миром) идет от Данцига (Гданьска) на Триест и дальше, обозначая территории Вост. Европы, Греции, Турции (включая Константинополь), приморья Сирии и Малой Азии, а также Кавказа, населенные славянскими и «древнехристианскими» народами. Миры, географически смежные друг с другом, входят во взаимные столкновения. Со 2-й пол. XIX в. претензию на культурно-политическую гегемонию в Европе предъявила Германия, желая одновременно задавить и греко-славянский мир. Поэтому, считал Л., мировой кровавый конфликт неизбежен. Евразийские геополитические построения Л. дополняет идея деления России на 13 особых антропо-политико-географических зон («Набросок плана будущего Русского этнографического музея», 1901), предвосхитившая теоретические разработки его ученика В. П. Семенова-Тян-Шанского, вместе с к-рым он участвовал в многотомном издании «Россия. Политико-географическое описание нашего отечества» (1899–1914). Геополитические идеи Л. оказали заметное влияние на формирование ряда положений евразийства. Нек-рые идеи «политико-географической» концепции Л. (идея «срединности», тезис о «молодых и старых культурах», положение о роли коммуникаций в цивилизационном процессе и др.) перекликаются с высказанными позже идеями Ф. Ратцеля, И. Парча, Ф. Наумана, X. Макиндера, к-рых принято называть классиками геополитики.
С о ч.: О распространении знаний в России. Спб., 1857; О славянах в Малой Азии, Африке и Испании. Спб., 1859; Национальности итальянская и славянская в политическом и литературном отношениях. Спб., 1865; Об историческом изучении Греко-Славянского мира в Европе. Спб., 1865; Три мира Азий-ско-Европейского материка. Спб., 1892 (2-е изд. — Пг., 1916); Славянское житие св. Кирилла как религиозно-эпическое произведение и как исторический источник. Критические заметки. Пг., 1915.
Л и т.: Драганов П. Д. Библиография учено-литературных трудов В. И. Ламанского и материалов для его биографии // Новый сб. ст. по славяноведению, составленный и изданный учениками В. И. Ламанского при участии их учеников по случаю 50-летия его учено-литературной деятельности. Спб., 1905; Гудков А. Д. Футурологический аспект творчества В. И. Ламанского // SCHOLA — 2001. М., 2001; Гудков А. Д., Ширинянц А.А. Политическая мысль России. Творческие портреты: Владимир Иванович Ламанский // Вестник Московского ун-та. Серия 12: Политические науки. М., 2001. № 1; Грот К. Я. В. И. Ламанский. Пг., 1915; Лаптева Л. П. В. И. Ламанский и славянская тема в русских журналах рубежа XIX–XX веков // Славянский вопрос: вехи истории. М., 1997; Сапрыкина О. В. Славянская идея в трактовке В. И. Ламанского на страницах российских периодических изданий (60-80-е годы XIX века) // Россия и Европа: поиск единства и апология самобытности. М., 1999. Вып. 4; Семенов- Тян-Шанский В. П. В. И. Ламанский как антропогеограф. Пг., 1915; Шахматов А. А. В. И. Ламанский. Пг., 1914.
А. А. Ширинянц
ЛАНГЕ Николай Николаевич (12(24).03.1858, Петербург -15.02.1921, Одесса) — психолог, философ, мыслитель широкого гуманитарного профиля. В 1878–1882 гг. — студент историко-филологического ф-та Петербургского ун-та. Обучался философии у Владиславлева. Стажировался в Германии и Франции (с 1883). Работал в психологической лаборатории В. Вундта в Лейпциге. В 1888 г. защитил магистерскую диссертацию «История нравственных идей XIX века». В 1888–1921 гг. — приват-доцент, проф. (с 1893) кафедры философии Новороссийского ун-та (Одесса). В 1893 г. защитил докторскую диссертацию «Психологические исследования: Закон перцепции. Теория волевого внимания». Как проф. философии читал философские курсы: «Введение в философию», «История новой философии», «История новейшей философии», «Логика». Редактировал философский отдел в Энциклопедическом словаре «Гранат» и написал ст.: «Вера», «Воля», «Внимание», «Идеализм», «Гоббс», «Гегель», «Гераклит», «Душа», «Имманентная философия», «Кант», «О. Конт», «Лейбниц», «Психология», «Психология экспериментальная». Сделал первый рус. пер. «Первой Аналитики» Аристотеля (1894), к-рый снабдил ценными комментариями. Л. — один из основателей экспериментальной психологии в России. В 1896 г. организовал психологическую лабораторию при кафедре философии Новороссийского ун-та — одну из первых в России. Главной экспериментальной работой Л. является его исследование восприятия и внимания, к-рое привело его к моторной теории этих процессов. В этом обнаруживается влияние Сеченова. Указав на недостаточность самонаблюдения как метода исследования психических явлений, отличающихся неустойчивостью, текучестью, он с помощью экспериментальных методов показал, что восприятие — это процесс последовательной смены стадий и разворачивается как переход от более абстрактного к более конкретному. Описанные стадии сопоставлял с процессом филогенетического развития психики. В моторной теории внимания указал на факт колебания внимания, дал глубокий обзор теорий волевого внимания, начиная от Августина и кончая У. Джемсом и Дж. Болдуином. В труде «Психология» (опубл. в серии «Итоги науки в теории и практике», т. 8, 1914, имеется обширная библиография с коммент. Л.) дал очерк совр. психологии, критически рассмотрел ее важнейшие течения. Состояние психологии, сложившееся к нач. XX в, оценил как кризисное, уподобив психолога Приаму, сидящему на развалинах Трои. Собственная концепция Л. является вариантом эмпирической психологии. Л. называл свою психологию биологической или реалистической, примыкающей к естественным наукам. Критикуя взгляды Маха, Авенариуса, Наторпа, признавал первичность материального, существование физического мира до всякой психики и сознания, помимо и независимо от него. Развивал объективную т. зр. на психическую жизнь, к-рая подлежит реальному генетическому, т. е. эволюционному, объяснению, отрицал эпифеноменализм. Считал, что объективный подход к изучению психики необходимо объединить с субъективными данными о ней в сознании во всей совокупности составляющих ее переживаний (ощущений, воспоминаний, чувств, желаний и знаний). Соединение этих двух точек зрения — субъективной и объективной — называл необходимым постулатом психологии. Кроме связи психологии с естествознанием Л. подчеркивал важность социальных факторов и языка в развитии психики человека, указывал на необходимость связи психологии с науками общественными и историческими. «У психологии, — писал Л., — обнаружились две стороны, два лика: один — обращенный к физиологии и естествознанию, другой — к наукам о духе, к истории, к социологии. Первая есть наука о причинностях психической жизни, вторая — о ценностях ее». В отличие от животных, преемственность в жизни к-рых обусловлена физиологической наследственностью органического типа, а индивидуальный опыт каждого существа не передается другим, у человека как существа исторического и общественного появляется новая форма опыта — совокупный опыт, к-рый передается через обучение, подражание от поколения к поколению. Культура образует особую среду, к-рая «слагает душу каждого из нас», вырабатывает новые формы психической жизни. «Через традицию в языке, быте, нравах, искусстве, науке, религии в нашу душу входит колоссальный прошлый опыт всего человечества, к которому каждая отдельная личность присоединяет ничтожно малую частицу действительно своего. Душа человеческой личности в 99 % есть продукт истории и общественности». Эти идеи Л. созвучны совр. представлениям о человеке. Преемником Л. был С. Л. Рубинштейн.
Соч.: История нравственных идей XIX века: Критические очерки философских, социальных и религиозных теорий нравственности. Спб, 1888; Beitrage zur Theorie der sinnlichen Aufmerksamkeit und der activen Apperception. // Philos. Studien. 1888. Bd. 4; Механизм внимания // Русская школа. 1891. № 1; Душа ребенка в первые годы жизни. Спб., 1891; Психологические исследования. Закон перцепции. Теория волевого внимания. Одесса, 1893; Теория В. Вундта о начале мифа: Критические заметки. Одесса, 1912; Учебник логики. Одесса. 1918; Гельмгольц как психолог //Вопросы психологии. 1963. № 2: Принципы современной психологии // Там же. 1968. № 1; Психический мир. Избр. психологические труды. М.; Воронеж, 1996 (есть список трудов Л. и работ о нем).
Лит.: Радлов Э. Л. Николай Николаевич Ланге (Некролог) // Мысль. 1922. № 1. С. 154–155; Рубинштейн С. Л. Николай Николаевич Ланге (Некролог) // Вопросы психологии. 1979. № 5. С. 141–144; Теплое Б. М. Основные идеи в психологических трудах Н. Н. Ланге // Там же. 1958. № 6. С. 44–65.
А. Н. Ждан
ЛАППО-ДАНИЛЕВСКИЙ Александр Сергеевич (15(27).01.1863, с. Удачное Екатеринославской губ. -7.02.1919, Петроград) — историк, социолог. Окончил историко-филологический ф-т Петербургского ун-та (1886). Защитив магистерскую диссертацию (1890), стал преподавателем ун-та. В 1902 г. он был избран экстраординарным академиком, а затем — действительным членом Российской Академии наук, в 1916 г. был удостоен звания д-ра прав Кембриджского ун-та. Л.-Д. много сделал для организации архивного дела в стране, неоднократно представлял рус. науку на международных исторических конгрессах, занимался подготовкой и изданием сб. документов «Памятники русского законодательства», «Россия и Италия», «Письма и бумаги Петра Великого» и др. Сферой научных интересов Л.-Д. была историко-культурная проблематика. Главным аспектом изучения истории культуры он считал развитие народного самосознания, к-рое проявляется при сравнении своего национального «я» с окружающей его средой. Причем осн. руслом развития национального самосознания, по его мнению, является заимствование идей от более развитой культуры. Он исследовал развитие рус. культуры в XVI–XIX вв., особенно XVIII в. Его осн. труд «История политических идей в России в XVIII в. в связи с развитием ее культуры и ходом ее политики» при его жизни не был опубликован. Введение к этому труду, представляющее самостоятельное исследование, вышло в свет только в 1990 г. под названием «История русской общественной мысли и культуры XVII–XVIII вв.». Своеобразным итогом его исследовательской деятельности стало 2-томное соч. «Методология истории», опубликованное в 1910–1913 гг. и выдержавшее 4 издания. Л.-Д. принадлежал к государственно-юридической школе в историографии и в своем идейном развитии прошел путь от позитивизма к неокантианству. Он рассматривал человека как субъекта исторического процесса, ориентирующегося на общественно полезные цели и реализующего ценности культуры. Понятие «культура» воспринималось им как совокупная духовная мощь человечества, нарастающая в ходе истории и составляющая ее смысл. История человечества выступает в конечном счете как «мировое целое», «исторический универсум», составной частью к-рого являются отдельные исторические события, поэтому они не могут быть поняты и объяснены в отрыве от целого. Л.-Д. считал невозможным изучать историю к.-л. народа вне ее связи с историей др. народов, вне взаимного влияния культур. Ведущая тенденция исторического процесса определяется им как нарастание единения человечества. «По мере объединения своего сознания человечество все более становится «великой индивидуальностью», — утверждал он. Исходя из такой философско-методологической посылки, он рассматривал рус. культуру как неотъемлемую часть общеевропейской культуры и обращал внимание на влияния, испытываемые ею в процессе своего развития. Поэтому он