знаю.
– У вас есть лекари? В гвардии?
– Да. Но всего двое.
– А требуется больше? – прищурилась я.
Слово за слово, я вытащила из Криталя всю гвардейскую историю.
Что такое гвардия?
Это личная охрана короля. Кстати, гвардейцев не так много. Всего двести человек. Сто конных, сто пешцев. Отличительный признак гвардии – плащ, всегда одного и того же цвета. Сине-белый.
Коронные цвета, морские, говорят, их еще Алетар Раденор выбрал.
Конная рота по традиции, считается более почетной, служба в ней дороже, там ведь требуется хороший конь, выученный особым образом. Это себе не каждый может позволить.
Поэтому конники смотрят на пешцев… ну, не то, чтобы с презрением, но без уважения.
Пешцы же не любят конников за высокомерие и надменность.
Ссоры вспыхивают между этими двумя группами с завидной регулярностью.
Дуэли… да, тоже случается.
По традиции, в гвардию идет «алмазная молодежь». Короли во все времена пытались изменить эту традицию, но потом плюнули и смирились. Зато столько заложников под рукой!
Обратная сторона медали – привести гвардейцев к порядку было очень и очень сложно.
Королю этим заниматься времени нет, а командующий гвардией должен быть личностью. Иначе…
Сыновья герцогов, например, не станут подчиняться сыну барона.
То есть для любого капитана гвардии этот пост превращался в постоянное подтверждение своих способностей. И это если обходилось простым выяснением отношений. А уж если подключалась вельможная родня…
Обычно после пары лет службы капитаны гвардии просились куда подальше от двора. На границу, например.
Да еще какое!
Гвардия, которая должна быть опорой короля – и вдруг… такое.
– А лекари-то там зачем нужны?
Если я правильно понимала суть вопроса, все это высокопоставленное стадо должно было или ломиться к придворному магу, или, на худой конец, пользоваться услугами своих семейных лекарей.
Криталь еще раз почесал затылок – и развел руками.
– Не знаю.
* * *
В ворота казарм я входила злая, как шершень.
Видит Светлый, если я сейчас на ком-то сорвусь… ладно! Сама покалечу, сама и вылечу!
Вот!
Казарма для гвардейцев не дом, а место службы. Живут они кто по родовым особнякам, кто по частным квартирам, здесь обретаются только самые бедные, кому титул остался да фамильная спесь. Только все равно шумно, людно, лакейно и ливрейно, аж в глазах рябит.
Первого же пробегающего мимо лакея я поймала за отворот ливреи.
– Мне нужен сержант гвардии Элетон Лоури.
– Эммм… госпожа…
– Госпожа Ветана.
– Я…
– Вы сейчас меня к нему проводите. Или я сообщу герцогу Моринару ваше имя, – одно упоминание о «белесом палаче» привело лакея в чувство. Хоть кракен приползи, если он ссылается на герцога, перед ним будут на задних лапках плясать.
Я шла вслед за лакеем, пока дорогу нам не преградили трое дворян. Пришлось остановиться. Лакея они пропускали, а вот меня блокировали плотно.
– Господа? – получилось в меру спокойно и в меру надменно.
Я смотрю на дворян, как на новый экземпляр таракана. Три таракана.
Один – лет двадцати пяти, высокий и тонкий, весь словно лист бумаги в профиль, угловатые движения, темные волосы – и то кажутся острыми на ощупь, темные глаза смотрят колко и холодно. Второй – настоящая девичья погибель, очаровательный юноше лет семнадцати с роскошными золотистыми локонами, голубые глаза светятся почти детской наивностью, улыбка сияет на красивом лице, тонкие пальцы украшены рубиновым кольцом и с привычной небрежностью лежат на рукояти шпаги. Третий – обаятельный медвежонок. На вид ему лет двадцать – двадцать пять, сложно сказать точнее, он наверняка выглядит моложе. Каштановые локоны, карие глаза, пухлые щеки, плотная (почти полненькая) фигура под плащом. Но учитывая, что никто другой не пристал к нам, а вот эти трое отметились – наверняка впечатление обманчиво. Для себя отмечаю их, как «тонкого», «красавчика» и «медвежонка». «Тонкий» начинает первым. Заводила по возрасту – или по характеру? Или просто его выставили вперед?
– Олли, смотри, какая бабочка к нам залетела?
– Траурница?
– А может, это вовсе даже гусеница?
Намек на мое простенькое коричневое платье с белой оторочкой. Но не наряжаться же сюда? Вот еще не хватало!
– Надо просто снять платье и посмотреть.
Ну-ну…
– А зачем к нам залетела эта бабочка?
– И какого цвета у нее крылышки?
– Господа, извольте уйти с дороги. Меня ждет господин Лоури, – холодно произношу я.
– Крошка, зачем тебе Лоури? – очаровательно улыбается «красавчик».
– Мы же лучше, – подхватывает «медвежонок».
Я насмешливо улыбнулась, вскинула голову.
– Господа, я лекарь. А потому вы меня интересуете только, как пациенты. Больные есть?
– Я болен, – «красавчик» демонстративным жестом схватился за ширинку. – Молю, не дайте мне погибнуть в страшных мучениях!
Я кожей чувствовала направленные на нас взгляды.
М-да, если я сейчас не поставлю нахалов на место, потом мне прохода не дадут…
– Какой ужас! – схватилась я за голову. – Так что же вы! Немедленно показывайте свою рану! Сейчас же!
Такого поворота троица не ожидала. Я сделала шаг вперед и недвусмысленно протянула руку к завязкам штанов.
– Сейчас же показывайте, что болит! Лекарства у меня с собой! Ну же!
– Может, устроимся где-то… поудобнее? – попробовал мурлыкнуть красавчик, но я уже перла вперед, словно боевой рыцарский конь.
– Нет-нет! Промедление смерти подобно! Сейчас же! Немедленно предъявите источник своих страданий, а лекарство я уже приготовила.
И в моей руке выразительно качнулась ловко извлеченная из саквояжа клизма[6].
Большая!
Все гвардейцы, которые оказались рядом, грохнули смехом.
Красавчик побагровел.
– Ну что же вы, – я неумолимо гнала несчастного по двору. – Не бойтесь, это совсем не больно, все говорят, что у меня легкая рука.
Гвардейцы хохотали, подавая ценные советы. Красавчик имел бледный вид, уже не сомневаясь, что любые его доблести будут безжалостно обнажены и высмеяны…
Я развлекалась от души. Не сомневаюсь, окажись я один на один с этой троицей – и судьба моя была бы печальна. Но здесь, на людях, они оказались бессильны.
Шипеть – шипи, а тронуть не моги! Вот!
– Прекратить бардак!
Голос громыхнул грозовыми раскатами. Я опустила клизму и обернулась.
Посреди двора стоял… я так понимаю, что это и есть Элетон Лоури.
Здоровущий, кряжистый мужчина лет сорока, темноволосый и кареглазый, с лицом, словно вырубленным из дерева… и весь он был такой основательный, как древний деревянный идол, которым когда-то поклонялись язычники. Бело-синий плащ, перевязь через плечо, вытянувшиеся гвардейцы…
И самое главное – лакей за его спиной. Сбегал, привел… какой молодец!
– Так… Кто у нас тут? Олиас, Коуртон, Рифен. Все те же, все там же. Чего ж вам не хватает-то? Девушка?
Я выпрямилась во весь свой невеликий рост. Эх, быть бы мне хоть чуток повыше.
– Господин Лоури, я лекарка, Ветана Тойни, прибыла к вам по приказанию герцога Моринара. К сожалению, до вас я дойти не успела. Молодой господин пожаловался на испытываемые страдания. Как лекарь, я обязана оказать несчастному первую помощь.
Лоури усмехнулся.
– Ах, вот оно как? Замечательно. Госпожа Ветана, пройдемте. А вы, Рифен, – ах, так красавчика зовут Рифен? Запомним, еще как запомним… – извольте отправиться к полковому лекарю на предмет обследования.
– Он со вчера пьян, – огрызнулся Рифен.
– Значит разбудите, протрезвите и обследуйтесь, – надавил голосом Лоури. – Исполнять!
Красавчик неторопливым шагом направился куда-то в сторону от меня.
– Бегом! – рявкнул Лоури, и я едва подавила желание бежать.
Убедительный человек, ничего не скажешь.
Впрочем, когда он посмотрел на клизму в моей руке, выражение его лица чуть смягчилось.
– Идемте, госпожа Ветана. Герцог сказал мне о вас.
Интересно, что именно он сказал?
Но лучше не спрашивать, а то ведь ответить могут.
* * *
Кабинет сержанта гвардии был ему под стать. Панели из резного дуба, здоровущий стол, коллекция оружия на стене – все боевое, отточенное, и, без сомнения, не раз побывавшее в деле. Меня усадили в здоровущее мягкое кресло, поставили видавший виды саквояж рядом на стол.
– Госпожа Ветана, герцог упоминал, что вы лекарь.
– Да.
– Хороший?
Я только плечами пожала, не говоря ни да, ни нет. А что тут скажешь? Хвалить себя глупо, ругать еще глупее.
– Госпожа Ветана?
– Об этом надо спрашивать не у меня, а у тех, кто выжил.
– Криталь Верандуа поет вам дифирамбы.
– Моя заслуга была невелика.
– Я видел его раны. Госпожа Ветана, герцог считает, что нам нужен еще один лекарь.
– Еще один?
– Тот, который есть у нас… кроме связей с герцогским домом Ришардов ничем не прославлен. Много пьет и не всегда справляется.
Я кивнула.
– Поэтому герцог считает, что ему нужен помощник. Или помощница.
Лоури разливался, что соловей по весне. Я соображала.
Есть гвардейцы, которые регулярно нарываются на неприятности. После этого им требуется лечение. Есть гвардейский лекарь. Алкоголик с большими связями, которого нельзя выкинуть просто так. Но и работать он вряд ли может. Утро, а он нетрезв? А случись что?
Замечательно!
Да лекарь и капли вина в рот брать не должен, у него ж глаза ослабнут, рука четкость потеряет, а уж если пристрастится…
В таких условиях герцог делает что может – находит еще одного лекаря.
Непонятно одно – почему я?
Почему герцог решил меня облагодетельствовать? Другого не нашлось?
Этот вопрос я и задала сержанту. Лоури только улыбнулся.
– Герцог сказал, что вы – хороший лекарь. И что одинокой женщине нужна защита. Надеюсь, вы понимаете, что лекарь королевских гвардейцев – это звание…
Кракен его сожри!
Я злилась, ругалась, а он… или это ловушка?
– Что входит в мои обязанности, и сколько мне будут платить?
– В ваши обязанности входит лечить гвардейцев. Да, если они попросят, то и присутствовать на дуэлях. Хоть официально они и не одобряются, но мы все знаем правду.
Знаем.
– Платить вам будут столько же, сколько и лекарю, находиться в казармах постоянно не стоит. Дежурство в лазарете – сутки через трое. Я доступен для вас в любое время дня и ночи. Вы женщина, а потому возможны… разные случаи. Если случается что-то непредвиденное, за вами пришлют вестового.
– Сколько мне будут платить?
Названная сумма заставила простонародно присвистнуть. За месяц я столько не зарабатываю. Но…
– Я сам с ним поговорю. Не сомневайтесь, он будет крайне вежлив с вами.
Глядя на сержанта, я и не сомневалась.
Конечно, я согласилась.
* * *
Минусы – место.
Помощница лекаря королевских гвардейцев – это статус. Только вот кто меня защитит и от гвардейцев, и от лекаря?
А вот и проспавшийся начальник. Влетает в кабинет…
Разглядываю его пристально и вдумчиво.
Высокий массивный мужчина лет пятидесяти, седые волосы венчиком вокруг обширной плеши и седые брови клочьями, длинный крючковатый нос, квадратный подбородок, квадратный, словно обрубленный торс на коротких кривых ногах. А руки длинные и сильные.
Наверняка ловкие и умелые… были.
Сейчас же на носу видна сеть прожилок, под глазами мешки, пальцы ощутимо трясутся, на белой рубахе подозрительные пятна, а запашок заставляет поморщиться
