почти искренне улыбнулась Рону. Она была рада видеть парня.
Странно, но за последний год девушка как-то привыкла к нему, привязалась… чувствовала себя уютнее, когда он был рядом.
Это не была влюбленность, нет.
Эрасмиус Гризмер предусмотрел многое. В том числе полную уравновешенность своего создания. Аврора вообще не понимала, что такое любовь. Реакция организма? Гормоны?
Если бы ее спросили, любит ли она Калерию, девушка ответила бы — нет. Это была не любовь. Калерия была просто ее частью. Как рука, нога, голова — часть, без которой Аврора не смогла бы существовать. Или ощущала бы себя калекой.
Марта?
Часть менее значительная. Как зуб. Жить без него можно. И даже можно заменить. Но лучше пусть будет.
Вот и все.
Рон сюда не вписывался. Он настойчиво влезал в ее жизнь, опекал ее, требовал внимания, разговаривал, навязывался в попутчики…
Сексуального интереса Аврора в нем не вызывала. Это она бы заметила в первую очередь. Это Калерия ей объясняла. Но что было нужно Рону?
Прямой вопрос: «Что тебе надо?» — наталкивается на прямой ответ — «Хочу быть твоим другом».
«Зачем?» — «Просто так».
Оставалось только хлопать глазами. Рон просто вызывал у девушки невроз. И никуда не собирался исчезать. Он был. Он раздражал. Он путал картину мира, в которой все было привычно и понятно. Цель, пути достижения, враги, бесполезные, ступеньки…
Звезды знают что такое!
В конце концов девушка просто решила принять его правила. Но быть всегда настороже. Не доверять и не подпускать близко к себе. А там посмотрим. Любопытные случаи должны изучаться, разве нет? Рон обижался, но ей было безразлично. И парень уступил.
А сейчас ждал ее на выходе из ангара.
— Говорят, у тебя увольнительная?
— У нас слишком много говорят. Стандарт-неделя. Вот зачем она мне?!
С точки зрения Авроры, это было глупо. До Калдана не долететь. А зачем еще нужны увольнительные? Мысль о развлечениях ей в голову не приходила.
А вот Рону…
— Развлекаться.
— Что?
— То! Вот чем ты планируешь заняться?
— Пойду к ребятам, они как раз собираются поработать с эсминцем класса…
— Аврора! Ты хоть раз отдыхать пробовала?
Аврора задумалась.
Отчетливо вспомнился парк аттракционов и мишка Дампи. Короткое замыкание.
И свои первые ощущения от сети.
Громадного существа. Полуживого, полуразумного, полу…
Больше Калерия не рисковала выводить ребенка в парки развлечений.
— Пробовала. Мне пять лет было.
— И?
— Не понравилось.
Аврора задумчиво посмотрела на парня:
— Ты считаешь?
— Да. Мы с тобой летим на поверхность планеты. И пробуем там развлекаться.
— Как?
— Свожу тебя в кино. В парк аттракционов. В зоопарк. На танцы. Ты против?
— Рон, я еще раз говорю, что секса между нами не будет.
— Да, я слышал. И что?
— Я смогу настоять на своем. Жестко.
— Ты забыла? Нас Кугуар тренировал вместе.
— Ты знаешь, о чем я.
— Знаю. Аврора, ты можешь на меня положиться. Вот, смотри. — В руки Авроре упала куча голокарт. — Это карты на два номера. Они одноместные, но рядом. На неделю.
Аврора ощущала в кончиках пальцев знакомое покалывание. Чипы в карточках она тоже могла… менять. Но сейчас все было в порядке.
— До планеты и с планеты нас забирают. Это — другие билеты. Карта на день развлечений во Всепланетном парке аттракционов, игр и развлечений. Две штуки. Пара билетов в кино. В театр. В зоопарк. Это — карточки для дискотеки. На всю неделю, если пожелаешь.
Аврора кивнула. Вроде бы ей не врали.
— Ладно. Я попробую тебе довериться. Учти — каждый вечер я буду отправлять сообщения с кодом. Я не скажу — кому. Но если сообщения не будет в определенный момент — тебе оторвут что-нибудь ценное.
— А может, тогда утром? А то ты все забудешь за развлечениями — а страдать мне? — скорчил рожицу Рон.
— Хорошая идея. И утром и вечером. Кстати, сколько я тебе должна?
— Что?!
— Что слышал. Я не собираюсь развлекаться за твой счет. У меня есть деньги. Сколько я тебе должна?
Рон аж побагровел от возмущения.
— Аврора, если мужчина куда-то приглашает девушку — он не берет с нее денег. Или это не мужчина. Это понятно?
— Это шовинистская точка зрения.
— А в глаз? Со всем уважением к бредням феминизма?
— Рон, ну не могу же я жить и развлекаться за твой счет?!
— Я же сам тебя пригласил. Почему нет?
— Я сказала, у нас с тобой ничего не будет.
— Аврора, а ты считаешь, что тебя можно так дешево купить? Прогулка на планету, кино, горки, кафе — и ты будешь считать себя обязанной спать со мной?
Аврора почесала нос. Вообще-то нет. Не будет.
Ей намного проще поломать пару банковских счетов — и перевести Рону адекватную сумму.
— Вот, — кивнул Рон. — Пойми, это вообще-то ахинея. Насчет чего-то там кому-то обязанной. Если два человека оказываются в постели, это происходит не из-за баров и ресторанов, а потому, что они хотят дать друг другу немного радости. Или много — смотря по ситуации.
— По потенции?
Рон ухмыльнулся:
— Если появится нужда — обращайся. Но если начнешь ко мне приставать — буду отбиваться и орать «насилуют!!!».
Аврора фыркнула:
— Такого лося!
— Ты же у Кугуара занимаешься…
— Ладно! Довольно! Я бы все-таки хотела отдать тебе эти деньги.
— Не возьму. И не унижай меня, пожалуйста. Я мужчина. И я хочу, чтобы ты отдохнула, развлеклась, посмеялась…
— Для этого я могу просто пойти посмотреть, как тебя Кугуар гоняет!
— Зараза.
— Сам хам.
— Значит, ты виновата в моем поведении. Ты женщина и должна меня облагораживать. А у тебя вместо цветов в волосах смазка для двигателя. Иди собирайся, получай увал — и вперед!
Аврора скорчила ему рожу.
Нет у нее смазки в волосах!
Нету!!!
И пошла собираться. Вдруг ей и правда понравится?
Увы…
Больше всего Авроре понравился перелет до планеты. Девушку пустили в рубку, и она наслаждалась картиной сначала звездного неба, а потом планеты, которая вырастает, разбухает, заслоняет собой весь мир — и вдруг сама оказывается миром. И довольно красивым.
Календея была во многом похожа на Землю Изначальную.
Много воды, зелени, ярких красок, только животный мир другой.
Но — красиво… наверное.
Ладно!
Аврора поставила жирный плюсик за перелет.
Ей понравилась и гостиница. И отдельный номер. Рон не соврал. Маленький, уютный и чистенький номерок резко контрастировал с ее комнатой. В которой, увы, железки были даже на потолке. Как-то оно само размножалось. Там посмотреть, тут подумать, здесь починить…
Так что машинное масло было постоянным спутником.
Аврора еще раз умылась, оправила форму — и вышла из номера.
Рон воззрился на нее, как на чудище с рогами.
— Не понял? Аврора, нам же можно в штатском!
— Да. И что?
— Слушай, у тебя что, ни одного платья нету?
— Ну да. А зачем они мне?
Рон только глаза закатил.
— Действительно. Под истребитель в них лазить неудобно.
Аврора кивнула. Действительно ведь неудобно! И кто эти платья выдумал? Цепляются, мешаются, опять же в истребитель в них не влезть… да и куда ей в них ходить? На построение? Ага, народ будет в восторге.
Рон, прочитав по ее лицу, что ирония осталась неоцененной, взвыл дурниной. Сам-то он красовался в черных брюках и белой рубашке с коротким рукавом. И если бы Аврора чуть-чуть разбиралась в ярлычках и модельерах, она бы поняла, что вещи были недешевые.
Она не разбиралась.
— Значит, так!!! Сейчас мы идем и покупаем тебе платье, шорты и майку! И если ты хоть слово против скажешь — я тебя стукну! Всерьез! Я хочу показываться везде с девушкой! А не с курсантом среднего рода!
— Сам ты… среднего рода!
— Аврора, помолчи…
И девушка решила подчиниться. Рон выглядел очень решительно. Хотя что его разозлило — она так и не поняла.
С платьем разобрались быстро. Рон пытался заставить ее перемерить штук двадцать, но Аврора вытащила наугад что-то белое, удрала в кабинку, переоделась там — и вышла, на ходу приглаживая косу.
— Сойдет?
— Шикарно выглядишь!
Рон это подозревал и раньше, но все-таки в академии не та обстановка. А здесь, на гражданке, в легком белом платьице самого простого кроя — до колена и с крохотным вырезом, поясок на талии и короткие рукава — Аврора смотрелась просто богиней. Фигура у нее была такой, что все мужчины в магазине тут же раздели ее взглядом. Пришлось кивнуть, приобнять ее за плечо и опять развернуть в сторону примерочной.
— Шорты и майка. И нижнее белье себе, что ли, подбери…
— А что?
— Видно, что на тебе его нет.
Аврора пожала плечами.
Ну и нет. Кому какое дело? Но шорты с майкой мерить пошла.
Рон только головой покачал. И ведь не играет. Ни капельки не играет. Ей просто… неинтересно. Не важно. И не нужно. Вот девушка и не думает про одежду. Если бы он ее про астронавигацию спросил — другое дело. Об этом Аврора готова была говорить часами. Рон иногда пользовался ее способностями. То, что ему приходилось переваривать и усваивать медленно и по частям — девушка словно бы осознавала сразу. На каком-то понятийном уровне. И искренне удивлялась — это же просто!!! Почему вы не понимаете?!
Поэтому Рон иногда просил ее объяснить, помочь с задачей или особо сложным расчетом — Аврора не отказывала. Никогда. И как-то все становилось понятно, когда на экране старого планшетника появлялись ряды и цепочки формул, сопровождаемые короткими: «Вот эта формула отсюда. Потом через эту переменную выражаем и подставляем… все же просто!»
— Сойдет?
Аврора стояла рядом в простой голубой майке и таких же шортах. Рон кивнул продавщице:
— Упакуйте вещи девушки, она так и пойдет.
— А может…
— Аврора, ну будь ты человеком! — Рон взмолился так, что даже девушку пробрало.
— Ладно. Но мне так неудобно…
— Зато красиво. Ты посмотри на себя! Какая фигура, какие волосы… может, нам в парикмахерскую заглянуть?
— Нет!
Отказ прозвучал так резко, что Рон и настаивать не стал. Он не знал, что любая стрижка заканчивалась для девушки недельной головной болью. А Аврора не рассказывала. Она сильно подозревала, что это — от Эрасмиуса Гризмера.
— Ладно. Тогда бросаем все в гостинице — и развлекаться!
Аврора кивнула с сомнением.
— Сегодня мы как раз успеваем в кино.
— Хорошо…
В кино Рон потерпел первую неудачу.
Они с Авророй удобно устроились в мягких креслах, надели голоочки и приготовились наслаждаться жизнью. Рон даже прикупил что-то сладкое для девушки…
Авроре стало безумно тоскливо примерно на седьмой минуте.
Фильм был про каких-то колдунов, ведьм, про то, как они упоенно портят друг другу нервы… а параллельно колдуют. Еще докосмическая эпоха. Якобы.
Скучно.
Можно бы немного похулиганить — Аврору сильно тянуло запустить что-нибудь из астрофизики. Или вообще подвесить всю местную систему — и удрать с сеанса. Но она ограничилась парой едких комментариев, которые услышал весь зал, и
