мере оно выступает как
необходимое.
Однако, приступая к этому, мы ни в коей мере не стремимся к тому, чтобы
ограничиться одним только выяснением того, как Платон воспринимал искусство: мы
хотели бы, отталкиваясь от Платона, для которого такое разобщение искусства и истины
бесспорно, уловить намек на то, где и как в «перевертывании» платонизма, предпринятом
Ницше, мы можем напасть на след такого разлада. К тому же на этом пути расхожее
наименование «платонизм» должно приобрести более полное и определенное значение.
Итак, мы ставим два вопроса:
1. В сфере каких определений вращается для Платона то, что мы называем
«искусством»?
2. В каком контексте обсуждается вопрос о соотношении искусства и истины?
К первому вопросу. Обычно, говоря о греческом наименовании того, что мы
называем «искусством», прибегают к слову ?????. Мы уже касались значения этого
термина, но нам надо ясно сознавать, что у греков вообще нет слова, которое
соответствует тому, что мы подразумеваем под «искусством» в более тесном смысле. Для
нас слово «искусство» наделено многозначностью, причем не случайной. Будучи84
непревзойденным знатоками мысли и слова, греки сразу же разложили эту
многозначность на множество разных однозначных слов. Если под «искусством» мы
подразумеваем некую способность в смысле умения разбираться в чем-либо, если имеем в
виду дающее ориентацию и тем самым господствующее знание, тогда у греков это будет
?????. Это знание вбирает в себя (хотя в нем никогда нет чего-то существенно важного)
сведения о правилах и приемах какого-либо образа действий.
Если, напротив, под «искусством» мы понимаем способность в смысле хорошо
натренированного и ставшего как бы второй натурой (и основным способом вот-бытия)
умения что-либо исполнять, если имеем в виду способность как манеру осуществления,
тогда у греков это будет ??????, ?????????, заботливость исполнения (ср. Platon, Repbl.
374). Эта заботливость есть нечто большее, чем натренированное старание, она есть
самообладание собранной воедино Решимости к сущему, «забота». Как таковую мы
должны понимать и глубочайшую сущность ?????, чтобы избавить ее от более позднего
чисто «технического» истолкования. Единство ?????? и ?????, обозначает основную
установку предвосхищающего раз-решения вот-бытия к основанию сущего из него
самого.
Если же мы целиком и полностью понимаем под «искусством» нечто
произведенное в результате акта произведения, нечто полученное вследствие создания и
само создание, тогда греки в таком случае говорят о ?????? и ???????. Тот факт, что словом
??????? прежде всего обозначается создание чего-либо в словах, что слово ??????? в
смысле «поэзии» главным образом стало обозначать словесное искусство, искусство
поэтическое, свидетельствует о том, что во всем греческом искусстве данный его вид
занимал первенствующее место. Поэтому не случайно и то, что, говоря о соотношении
искусства и истины и вынося свое решение по этому поводу, Платон главным образом
ведет речь о поэтическом искусстве и поэте.
Ко второму вопросу.
Прежде всего надо обратить внимание на то, где и в какой связи Платон ставит
вопрос о соотношении искусства и истины, ибо в рамках многоаспектного размышления
над искусством, осуществляемого Платоном, сама постановка этого вопроса определяет
форму его истолкования. Платон ставит этот вопрос в «диалоге» который называется
????????, в большей беседе о «государстве» как основной форме человеческого
общежития, и потому принято считать, что он ставится в «политическом» ключе и что эту
«политическую» постановку вопроса надо противопоставлять или, во всяком случае,
принципиально отличать от «эстетической» и тем самым «теоретической» его постановки
в самом широком смысле. Конечно, вопрошание Платона об искусстве, поскольку оно
появляется в связи с ????????, можно назвать политическим, только при этом надо, вопервых, знать, что значит «политическое», и, во-вторых, сказать об этом. Его учение об
искусстве можно и должно понимать как политическое, только в таком случае само слово
«политическое» необходимо осмыслять в соответствии с тем понятием, которое дает о
себе знать из самой беседы о сущности ?????’а. Это тем более необходимо, что по всей
своей структуре и динамике данный большой диалог направлен на то, чтобы показать, что
утверждающее основание и определяющая сущность всякого политического бытия
заключается, ни больше ни меньше, в «теоретическом», то есть в сущностном знании о
том, что есть ???? и ??????????. Это греческое слово переводят как «справедливость» и
тем самым упускают из виду его подлинный смысл, поскольку названное тотчас же
переносится в область нравственного или даже только «правового». Однако ???? — это
метафизическое, изначально не нравственное понятие; оно именует бытие в отношении
сообразного сущности сочетания всего сущего. Поскольку благодаря философии того же
Платона понятие ???? смещается в просвет нравственного, тем более необходимо
удерживать и его метафизический смысл, потому что в противном случае исчезнет
греческий фон этой беседы о государстве. Знание о ????, о законах сочетаемости бытия
сущего есть философия, и поэтому решающий вывод всего диалога о государстве гласит:85
??? ???? ?????????? ?????????? (??????), то есть «сущностно необходимо, чтобы
властвовали философы» (ср. Politeia lib. Х, 473). Этот тезис говорит не о том, что учители
философии должны заправлять делами государства, а о том, что основные способы
поведения, которые утверждают и определяют сообщество, должны основываться на
сущностном знании, правда, с той предпосылкой, что это сообщество как
упорядоченность бытия учреждается из самого себя, не заимствуя критерии из какоголибо другого порядка. Свободное самообоснование вот-бытия само подводит себя под
юрисдикцию знания, а не веры, поскольку под ним понимается божественное возвещение
истины, обоснованное сообразно откровению. Всякое знание представляет собой связь с
сущим, явленным на свет через само это знание. Для Платона бытие становится зримым в
«идеях». Они суть бытие сущего и потому сами предстают как истинно сущее, как
истинное.
Таким образом, когда хотят сказать, что Платон ставит вопрос об искусстве в
политическом контексте, это может означать лишь то, что он дает оценку искусству в
ракурсе его местоположения в государстве с точки зрения сущности и несущей основы
этого государства, с точки зрения «истины». Такое вопрошание об искусстве в высшей
степени «теоретично». Различие между политическим и теоретическим вопрошанием
Тот факт, что вопрос Платона об искусстве становится началом «эстетики»,
утверждается не на том, что здесь мы имеем дело вообще с теоретическим началом как
таковым, то есть вытекающим из толкования бытия, а на том, что «теоретическое» как
постижение бытия сущности основывается на вполне определенном истолковании бытия.
????, усмотренный образ характеризует бытие, причем для такого способа видения,
который в увиденном как таковом постигает чистое присутствие. «Бытие» находится в
сущностном отношении «к», оно определенным образом равнозначно раскрытию и
проявлению себя, равнозначно ????????? того, что есть ???????. Постижение идей как
идей — в отношении к возможности его свершения, а не в отношении к целеполаганию —
основывает на ????, на том, что в эстетике Ницше соответствует опьянению. Идея, по
большей части любимая и желанная в ???? и, таким образом, поставленная в
принципиальное отношение, есть та идея, которая одновременно выступает как
являющееся и кажущееся во всей полноте своего сияния. Это ????????????, которое
одновременно есть ????????????, предстает как ???? ??? ?????, идея прекрасного,
красоты.
О прекрасном и эросе Платон в первую очередь говорит в диалоге «Пир».
Постановка вопроса в «Государстве» и постановка вопроса в «Пире» сводятся воедино на
изначальной основе — и к тому же в соотнесении с основным вопросом философии — в
диалоге «Федр». Здесь Платон предпринимает самое глубокое и широкое вопрошание об
искусстве и прекрасном, придавая этому вопрошанию самую строгую и законченную
форму. Об этом надо упомянуть для того, чтобы не забывать, что важные для нас в
настоящий момент рассуждения об искусстве, представленные в «Государстве», не
являются единственными в этом отношении.
Но каким образом в связи с ведущим вопросом о государстве возникает вопрос об
искусстве? Речь идет о структуре человеческого общежития, о том, что в нем как целом
должно направлять это целое и что как направляемое принадлежит этому состоянию.
Платон не дает описания каких-либо государственных образований, равно как не
придумывает никакого идеала будущего государства: просто, исходя из бытия и
основного отношения человека к нему, он дает набросок внутреннего порядка
человеческого общежития. Определяются критерии и принципы подготовки к достойному
участию в этом общежитии, а также к деятельному существованию. В ходе такого
вопрошания, помимо прочего, возникает вопрос о том, принадлежит ли и искусство, и
особенно искусство поэтическое, к этому сообществу и если да, то каким образом? Этот
вопрос становится предметом обсуждения в III книге «Государства» (1— 18). Здесь86
(правда, лишь в ракурсе предварительного истолкования) показано, что все, что дает
искусство, всегда есть изображение сущего; нельзя сказать, что оно бездеятельно, но его
произведение и делание, ??????, всегда представляет собой ???????, подражание,
отображение и преображение, сочинительство в смысле измышления. Поэтому в нем
скрывается опасность постоянного обмана и лжи. Сообразно сущности своего творчества
оно не имеет никакого непосредственного, нормативного отношения к истинному и
истинно сущему. Отсюда непреложным образом вытекает одно: в иерархии форм
деятельности и ценностных установок внутри общества и для общества искусство не
может иметь никакого высшего звания. Его допускают туда только при условии строгого
ограничения его роли и подчинения его творчества определенным требованиям и
предписаниям, вытекающим из направляющих законов государственного бытия.
Отсюда ясно, что выносить решение о сущности искусства и его ограниченной
значимости в государстве можно только на основании изначального и подлинного
отношения к сущему как полагающему меру (Ma?stabsetzende), на основании того
соотношения, которому ведома ????, которое знает о том, что согласуется с бытием, а что
никоим образом не сочетается с ним. Поэтому после предварительных бесед об искусстве
и прочих видах деятельности в государстве начинает обсуждаться вопрос об
основном отношении к бытию, а через него — вопрос об истинном отношении к сущему
и, следовательно, вопрос об истине. Следя за этими беседами, в начале VII главы мы
наталкиваемся на обсуждение сущности истины в контексте притчи о пещере. Только
потом, на этом просторном и широком пути дается определение философии как
аристократического знания о бытии сущего: это происходит в ретроспективе
обоснования лишь предварительно намеченных тезисов и в том числе тезисов об
искусстве (в конце X и последней книги).
Здесь, во-первых, говорится о том, что искусство есть ???????, а затем о том,
почему в силу такого его характера оно может занимать только второстепенное
положение. Здесь решается вопрос (но лишь в определенном аспекте) о метафизическом
взаимоотношении искусства и истины. Анализируя X главу, мы коснемся только самого
главного, не вдаваясь в детали диалога и не заостряя внимания на том, какие изменения и
акцентировку претерпело все, рассмотренное здесь, в поздних диалогах Платона.
В качестве предпосылки неколебимым остается тезис о том, что всякое искусство
есть ???????. Мы переводим это слово как «подражание». В начале X книги задается
вопрос о том, что такое ???????? Мы легко склоняемся к тому, чтобы тотчас усмотреть
здесь «примитивное» представление об искусстве или, по крайней мере, одностороннее
представление о нем в смысле того художественного направления, которое обычно
называют «натурализмом» (описание налично данного). От обеих точек зрения надо
заранее держаться подальше, но еще ошибочнее мнение, согласно которому предпосылка
о том, что искусство есть ???????, произвольна, в чем можно убедиться благодаря
предпринятому в X главе разъяснению сущности понятия ???????, в котором объясняется
не только само слово, но и названный им предмет до его внутренней возможности и
подтверждающих его оснований. Речь идет не о чем ином, как об основном представлении
греков о сущем как таковом, об их понимании бытия. Так как с вопросом о бытии тесно
связан вопрос об истине, в