получил от тебя ответ на мои вопросы. Стало, мне приходится отвечать на твои.
20 лист<ов> по 150 = 3000 гонор<ара> печат<ание> по 70 фр. — 1400 Extr — 100
4500 до 4750
Об нынешнем годе и говорить нечего: у меня все взято у Ротш<ильда>, и дай бог вывернуться без дефицита. На будущий я, пожалуй, авансирую (в три срока) эту сумму, но так как ты берешь из капитала, то, стало, вместо 5 т<ысяч> жалованья ты будешь иметь 4750 + все барыши от книги; обдумай прежде основательно. Оба перевода будут стоить не меньше, и тогда расход дойдет до 10 000 (а уменьшение твоего жал<ования> — до 4000). Ты совершеннолетний человек, обсуди сам. Лучше, если б ты нашел товарища и посоветовался бы с экспертом.
Лугинину я писал и прилагаю.
Mme Schiff я верю, но ее авторитет не принимаю, почему она такая педагогика, оттого что муж физиолог? Для того чтоб я решился насчет Ольги, мне надобно поподробнее отчет об заведении. Осмотри сколько можешь сам — да и узнай через компетентных судей. Фрёлихово заведение таково, каким я его считал, т. е. в высшей степени скверно в пансионе. Ты виноват, и очень, да виновата и Мальвида. Поправляйте.
По-моему, им всего лучше остаться в Женеве.
N
С Мечник<ова> деньги будут получены, с ними у тебя 475 фр., — как-нибудь пришлю.
От Таландея письмо и книга. Книга у меня.
Был ли у тебя Белокопыт<ов> и привез ли рубашки? Есть ли у тебя мои?
Отвечай о школе немедленно.
100. В. И. КЕЛЬСИЕВУ
17 (5) октября 1865 г. Женева.
Рукой Н. П. Огарева:
17 октября190[190].
Любезный Василий Иванович,
вчера — после полутора годов — мы имели об вас известие. Что же это с вами? Почему вы полтора года не пишете? Получили ли наши письма (которых было наверно не меньше 4-х)? Получили ли мое последнее письмо из Женевы через Тульчу? Почему вы не писали, когда страдали? Всего этого я понять не могу. Да дайте же хоть одну строчку! Что Варвара Тимофеевна? Напишите хоть одно слово, да не откладывая в дальний ящик по неизвестной мне причине. Крепко обнимаю вас.
Ваш О.
Письмо это просто опыт — чтоб узнать, можно ли этим путем писать к вам. — Об вас слухи печальные. Известите сами. Между прочим Катков и Cnie обвиняют вас, что вы с зажигателями. Вы, верно, все это читали в «Ойчизне». — Я все делал — писал вам, посылал газеты и наконец замолчал. Хорошо ли вы знали Жуковского, через которого шла переписка?
Ответ посылайте немедленно.
La Boissière
près de Genève.
На обороте: Pour Monsieur
В. Kelsieff.
101. A. A. ГЕРЦЕНУ
23 (11) октября 1865 г. Женева.
Рукой M. Мейзенбуг:
Lundi. 23 oct
Cher Alex
190[190] Рукой Огарева написано «31», зачеркнуто и заменено на «17» Герценом. — Ред.
chères, je m’imagine. Peut-être tout près de l’école ou dans l’école même; j’y ai pensé, si ces dames ne pourraient pas nous donner deux chambres et nous prendre en pension pour le manger. Cela épargnerait beaucoup de difficultés, pour le manger, service etc. Ceci il faudrait pourtant examiner d’avance bien soigneusement pour ne pas être attrapés comme à Berne. Le logis que Bakounine avait ce printemps était très bon et bon marché, mais je crois tout à fait, sans soleil, pourtant on pourrait voir. Le jour n’est pas fixé, mais ce sera pour les premiers jours de nov
109
restions un jour à un petit hôtel pour voir et décider. Stuart m’a porté la lettre de M-me Schiff, je ferais sa comission. Saluts aux Gallaits et aux Schiffs et au revoir.
Votre M.191[191]
23. Понедельник.
1- е, послана ли «Camicia rossa» Гарибальди?
2- е, idem miss Reeve?
3- е, idem Dolfi?
Чем кончилась история с муравьевскими ста франками?
Скажи Фрикену, что деньги С<ерно>-Сол<овьевичу> не нужны.
191 [191] Дорогой Александр, мне кажется, что квартира, о которой вы пишете, слишком велика и во всяком случае слишком дорога. Если квартира стоит 150 франков, невозможно прожить на 300 франков, я же решила, что наша жизнь не должна стоить дороже. Не обязательно, чтобы квартира находилась на главной улице, вроде via Maggio, ведь имеются поперечные улицы, параллельные Lung’Arno, а следовательно, обращенные к югу, которые, по моему представлению, не могут быть так дороги. Быть может, рядом со школой или в самой школе; я подумала, не могли бы эти дамы сдать нам две комнаты и взять нас на пансион с питанием. Это избавило бы нас от многих затруднений в смысле еды, услуг и проч. Однако это следовало бы обсудить заранее и весьма тщательно, чтобы не попасть впросак, как в Берне. Квартира, которую Бакунин снимал весной, была и очень хороша и очень дешева, но, мне кажется, совсем без солнца, однако, это можно было бы проверить. День еще не назначен, но это будет в первых числах ноября, и если у вас имеется в виду какая -нибудь квартира, я думаю, что нам лучше всего остановиться на один день в небольшом отеле, чтобы посмотреть и решить.Стюарт передал мне письмо г-жи Шифф, я выполню ее поручение. Поклон Галле и Шиффам и до свиданья.
Ваша M.
Скажи Лугинину, что я ему премного кланяюсь.
Упроси кого-нибудь из наших давать Ольге уроки русского. Мог бы и ты — но ленив. Я предлагаю взносить в общ<ий> фонд по 3 фр. за урок. Слышал ли ты о Кельсиеве? Малуша умерла, другой ребенок умер, Варв<ара> Тим<офеевна> — при смерти и голод.
Деньги в Лондон отправлены, теперь до 1 января я квит.
Дом следует для Мальв<иды> нанять на год. Полно переезжать. Твоя шутка с Мальв<идой> и Фрёл<ихом> стоит 1800 франк.
102. ЛИЗЕ ГЕРЦЕН
27 (15) октября 1865 г. Женева.
27 окт<ября> 1865.
Дружок мой Лиза!
Отчего же ты так мало нам пишешь, — здесь такой дождь и ветер, что нам скучно — мы и ждем от тебя письма. У меня всё
110
болят зубы. Ольга едет во вторник в Флоренцию — она очень хотела к тебе заехать, но они поедут другой дорогой.
Что здоровье мамы, что ее палец?
Папа Ага был болен, но теперь лучше.
Прощай, целую тебя много, много.
Когда я приеду, я привезу тебе удивительную штуку — как делать очень скоро пирожное. Линда остается здесь. Голубей продали и детям купили — ботинки.
Прощай.
У Линды вчера родились три щеночка — один черный, а двое с пятнами.
Другое письмо отдай маме.
103. В. И. КЕЛЬСИЕВУ
29 (17) октября 1865 г. Женева.
Ьа Бо1зз1ёге.
Ужасное письмо ваше мы получили. О несчастиях, постигнувших вас, говорить нечего, жмем руку вам и еще больше Варваре Тимофеевне.
Мы к вам писали через д-ра Грасовского и через него получили первые вести. Получили ли вы наше письмо?
Многое остается неясным в вашем письме. Зачем вы бросили Тульчу и место? Зачем не писали тотчас? В каких отношениях вы расстались с Гончаром?..
Улучите минуту покойную и напишите реляцию. Насчет вашего намерения ехать или идти сюда ли, в Лондон ли — одумайтесь, и очень.
Если теперь для Варв<ары> Тим<офеевны> нужно немного денег — мы можем переслать сейчас 200 фр., — но как это сделать — напишите сейчас.
Обвинения Каткова вас именно в поджогах — должны быть основаны на какой-нибудь клевете. Не догадываетесь ли вы, не знает ли Жуковский или Васильев — где он? Вам бы следовало Каткова ругнуть.
А ведь русский-то фибрин или церебрин еще сыроват — оттого мы и не умеем ничего довести до конца. Это вина не личностей — а расы и ее возраста. Лиха беда была осесть — англичанин, голландец и даже немец пустил бы корни в землю, сосредоточился бы на одном зерне — и сделал бы что-нибудь.
«Кол<окол>» я велел вам отослать. Заметьте, что мы вам
111
перестали посылать не так давно. Мы постоянно посылали на Жуковск<ого>, и, кажется, до вас никогда не доходило.
В будущее — в наше русское — я смотрю без отчаяния — главное все и цело и идет… а до акциденций дела нет.
Прощайте — передаю Огареву перо.
А. Г е р ц е н .
Рукой Н. П. Огарева:
Г<ерцен> вам сказал все, что можно сказать в письме; мне остается прибавить повторение…
Тяжело легло на сердце ваше письмо. Я чувствую, что вы <в> состоянии отчаяния — и страшно этого не хочется, какие бы несчастия ни были. Сберите свои силы, друг мой, и еще раз вырастите до деятельности. Так сдаваться нельзя, ни перед тюрьмой, ни перед природой…
Обнимаю вас крепко и Варвару Тимофеевну. Пишите тотчас, так разрываться — как вы до сих пор делали — нельзя. Пишите тотчас. Дайте же отсюда быть вам полезным словом и делом…
Лиза и Нат<али> в Монтре.
104. И. А. ЛЕВИЦКОМУ
30 (18) октября 1865 г. Женева.
30 окт<ября> 1865. La Boissière.
я так давно писал к вам ответ на вашу записку, что вовсе не помню его… Но замечание, что «я не могу лично распоряжаться деньгами Общего фонда», совершенно верно. В 1862, когда было решено составить фонд, было положено — о выдачах спрашивать двух тогда назначенных лиц. — В той же записке, составленной первыми вкладчиками, именно сказано, что при желании пособия — следует предъявлять право.
Считая себя обязанным объяснить вам мои слова, в которых решительно нет ничего оскорбительного, я считаю себя вправе после вашего письма просить о прекращении всяких отношений между нами.
Желаю вам искренно успеха, остаюсь
А. Г е р ц е н .
105. А. А. ГЕРЦЕНУ
31 (19) октября 1865 г. Женева.
31 октября.
La Boissière.
Письмо это везет тебе Ольга — я ей был больше доволен, но занимается она все же плохо. Ты, Саша, должен теперь сбросить с себя рассеянное полувнимание в этом деле. Мальвида
112
совсем ослабла, она стала еще безвольнее, особенно в отношении Ольги. Она, сверх того, серьезно больна. Я тебе поручаю уход и надсмотр. Пусть она (т. е. Ольга) аккуратно ходит в школу. Осведомляйся правильно, чему учится, и не забудь мою комиссию к Фрик<ену> или Лугинину насчет уроков.
Денег я им дал до генваря, в генв<аре> я пришлю