это мы, иллюминаторы завтрашних городов. Мы идем нерушимо, бодро. Эй, двадцатилетние! Взываем к вам. Барабаня, тащите красок ведра. Заново обкрасимся. Сияй, Москва! И пускай с газеты какой-нибудь выродок сражается с нами (не на смерть, а на живот). Всех младенцев перебили по приказу Ирода; а молодость, ничего живет.
1919
СОВЕТСКАЯ АЗБУКА
А Антисемит Антанте мил. Антанта — сборище громил.
Б Большевики буржуев ищут. Буржуи мчатся верст за тыщу.
В Вильсон важнее прочей птицы. Воткнуть перо бы в ягодицы.
Г Гольц фон-дер прет на Ригу. Храбрый! Гуляй, пока не взят за жабры!
Д Деникин было взял Воронеж. Дяденька, брось, а то уронишь.
Е Европой правит Лига наций. Есть где воришкам разогнаться!
Ж Железо куй, пока горячее. Жалеть о прошлом — дело рачье.
3 Земля собой шарообразная, За Милюкова — сволочь разная.
И Интеллигент не любит риска. И красен в меру, как редиска.
К Корове трудно бегать быстро. Керенский был премьер-министром.
Л Лакеи подают на блюде. Ллойд-Джордж служил и вышел в люди.
М Меньшевики такие люди Мамашу могут проиудить.
Н На смену вам пора бы. Носке! Носки мараются от носки.
О Ох, спекулянту хоть повеситься! Октябрь идет. Не любит месяца.
П Попы занялись делом хлебным Погромщиков встречать молебном.
Р Рим — город и стоит на Тибре. Румыны смотрят, что бы стибрить.
С Сазонов послан вновь Деникиным. Сиди послом, пока не выкинем!
Т Тот свет — буржуям отдых сладкий Трамваем Б без пересадки!
У У «правых» лозунг «учредилка». Ужели жив еще курилка?!
Ф Фазан красив. Ума ни унции. Фиуме спьяну взял д’Аннунцио.
Х Хотят в Москву пробраться Шкуры. Хохочут утки, гуси, куры.
Ц Цветы благоухают к ночи. Царь Николай любил их очень.
Ч Чалдон на нас шел силой ратной. Чи не пойдете ли обратно?!!
Ш Шумел Колчак, что пароход. Шалишь, верховный! Задний ход!
Щ Щетина украшает борова. Щенки Антанты лают здорово.
Э Экватор мучает испарина. Эсера смой — увидишь барина.
Ю Юнцы охочи зря приврать. Юденич хочет Питер брать.
Я Японцы, всуе белых учите! Ярмо микадо нам не всучите.
1919
«Окна сатиры Роста» 1919-1920 годов
* * *
1. Рабочий!
Глупость беспартийную выкинь!
Если хочешь жить с другими вразброд
всех по очереди словит Деникин,
всех сожрет генеральский рот. 2. Если ж на зов партийной недели
придут миллионы с фабрик и с пашен
рабочий быстро докажет на деле,
что коммунистам никто не страшен.
1919, октябрь
ПЕСНЯ РЯЗАНСКОГО МУЖИКА
1. Не хочу я быть советскай.
Батюшки!
А хочу я жизни светскай.
Матушки!
Походил я в белы страны.
Батюшки!
Мужичков встречают странно.
Матушки! 2. Побывал у Дутова.
Батюшки!
Отпустили вздутого.
Матушки! 3. Я к Краснову, у Краснова
Батюшки!
Кулачище — сук сосновый.
Матушки! 4. Я к Деникину, а он
Батюшки!
Бьет крестьян, как фараон.
Матушки! 5. Мамонтов-то генерал
Батюшки!
Матершинно наорал.
Матушки!
Я ему: «Все люди братья».
Батюшки!
А он: «И братьев буду драть я».
Матушки! 6. Я поддался Колчаку.
Батюшки!
Своротил со скул щеку.
Матушки!
На Украину махнул.
Батюшки!
Думаю, теперь вздохну.
Матушки!
А Петлюра с Киева
Батюшки!
Уж орет: «Секи его!»
Матушки! 7. Видно, белый ананас
Батюшки!
Наработан не для нас.
Матушки!
Не пойду я ни к кому,
Батюшки!
Окромя родных Коммун.
Матушки!
1919, октябрь
* * *
1. Оружие Антанты — деньги. 2. Белогвардейцев оружие — ложь. 3. Меньшевиков оружие — в спину нож. 4. Правда, 5. глаза открытые 6. и ружья
вот коммунистов оружие.
1920, июль
* * *
как махновцы хотят, 2. буржуазия передушит нас, как котят. 3. Что единица?
в партию коммунистическую объединиться. 5. И буржуи,
какими б ни были ярыми, 6. побегут
от мощи
миллионных армий.
1920, июль
ИСТОРИЯ ПРО БУБЛИКИ И ПРО БАБУ, НЕ ПРИЗНАЮЩУЮ РЕСПУБЛИКИ
1. Сья история была
в некоей республике.
а у бабы бублики. 2. Слышит топот близ ее,
музыкою веется:
бить на фронте пановье
мчат красноармейцы. 3. Кушать хотца одному,
говорит ей: «Тетя,
бублик дай голодному!
Вы ж на фронт нейдете?! 4. Коль без дела будет рот,
буду слаб, как мощи. 5. Пан республику сожрет,
если будем тощи». 6. Баба молвила: «Ни в жисть
не отдам я бублики!
Черта ль мне в республике?!» 7. Шел наш полк и худ и тощ,
паны ж все саженные.
Нас смела Панова мощь
в первом же сражении. 8. Мчится пан, и лют и яр,
смерть неся рабочим;
к глупой бабе на базар
влез он между прочим. 9. Видит пан — бела, жирна
Миг — и съедена она.
И она и бублики. 10. Посмотри, на площадь выйдь
ни крестьян, ни ситника.
красного защитника! 11. Так кормите ж красных рать!
Хлеб неси без вою,
вместе с головою!
1920, август
КРАСНЫЙ ЕЖ
Голой рукою нас не возьмешь. Товарищи,- все под ружья! Красная Армия — Красный еж железная сила содружья. Рабочий на фабрике, куй, как куешь, Деникина день сосчитан! Красная Армия — Красный еж верная наша защита. Крестьяне, спокойно сейте рожь, час Колчака сосчитан! Красная Армия — Красный еж лучшая наша защита. Врангель занес на Коммуну нож, баронов срок сосчитан! Красная Армия — Красный еж не выдаст наша защита. Назад, генералы, нас не возьмешь! Наземь кидайте оружье. Красная Армия — Красный еж железная сила содружья.
1920
* * *
1. Каждый прогул 2. радость врагу. 3. А герой труда 4. для буржуев удар.
1921, январь
ЧАСТУШКИ
Милкой мне в подарок бурка и носки подарены. Мчит Юденич с Петербурга как наскипидаренный. Мчит Пилсудский, пыль столбом, стон идет от марша. Разобьется панским лбом об Коммуну маршал. В октябре с небес не пух снег с небес валится. Что-то наш Деникин вспух, стал он криволицый.
1919-1920
Стихотворения 1920-1925 годов
ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ!
Я знаю не герои низвергают революций лаву. Сказка о героях интеллигентская чушь! Но кто ж удержится, чтоб славу нашему не воспеть Ильичу? Ноги без мозга — вздорны. Без мозга рукам нет дела. Металось во все стороны мира безголовое тело. Нас продавали на вырез. Военный вздымался вой. Когда над миром вырос Ленин огромной головой. И земли сели на оси. Каждый вопрос — прост. И выявилось два в хаосе мира во весь рост. Один животище на животище. Другой непреклонно скалистый влил в миллионы тыщи. Встал горой мускулистой.
Теперь не промахнемся мимо. Мы знаем кого — мети! Ноги знают, чьими трупами им идти.
Нет места сомненьям и воям. Долой улитье -«подождем»! Руки знают, кого им крыть смертельным дождем. Пожарами землю дымя, везде, где народ испленен, взрывается бомбой имя: Ленин! Ленин! Ленин!
И это не стихов вееру обмахивать юбиляра уют.Я в Ленине мира веру славлю и веру мою.
Поэтом не быть мне бы, если б не это пел в звездах пятиконечных небо безмерного свода РКП.
1920
НЕОБЫЧАЙНОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ, БЫВШЕЕ С ВЛАДИМИРОМ МАЯКОВСКИМ
ЛЕТОМ НА ДАЧЕ
(Пушкино, Акулова гора, дача Румянцева, 27 верст по Ярославской жел. дор.)
В сто сорок солнц закат пылал, в июль катилось лето, была жара, жара плыла на даче было это. Пригорок Пушкино горбил Акуловой горою, а низ горы деревней был, кривился крыш корою. А за деревнею дыра, и в ту дыру, наверно, спускалось солнце каждый раз, медленно и верно. А завтра снова мир залить вставало солнце ало. И день за днем ужасно злить меня вот это стало. И так однажды разозлясь, что в страхе все поблекло, в упор я крикнул солнцу: «Слазь! довольно шляться в пекло!» Я крикнул солнцу: «Дармоед! занежен в облака ты, а тут — не знай ни зим, ни лет, сиди, рисуй плакаты!» Я крикнул солнцу: «Погоди! послушай, златолобо, чем так, без дела заходить, ко мне на чай зашло бы!» Что я наделал! Я погиб! Ко мне, по доброй воле, само, раскинув луч-шаги, шагает солнце в поле. Хочу испуг не показать и ретируюсь задом. Уже в саду его глаза. Уже проходит садом. В окошки, в двери, в щель войдя, валилась солнца масса, ввалилось; дух переведя, заговорило басом: «Гоню обратно я огни впервые с сотворенья. Ты звал меня? Чаи гони, гони, поэт, варенье!» Слеза из глаз у самого жара с ума сводила, но я ему на самовар: «Ну что ж, садись, светило!» Черт дернул дерзости мои орать ему,сконфужен, я сел на уголок скамьи, боюсь — не вышло б хуже! Но странная из солнца ясь струилась,и степенность забыв, сижу, разговорись с светилом постепенно. Про то, про это говорю, что-де заела Роста, а солнце: «Ладно, не горюй, смотри на вещи просто! А мне, ты думаешь, светить легко? — Поди, попробуй!А вот идешь взялось идти, идешь — и светишь в оба!» Болтали так до темноты до бывшей ночи то есть. Какая тьма уж тут? На «ты» мы с ним, совсем освоясь. И скоро, дружбы не тая, бью по плечу его я. А солнце тоже: «Ты да я, нас, товарищ, двое! Пойдем, поэт, взорим, вспоем у мира в сером хламе. Я буду солнце лить свое, а ты — свое, стихами». Стена теней, ночей тюрьма под солнц двустволкой пала. Стихов и света кутерьма сияй во что попало! Устанет то, и хочет ночь прилечь, тупая сонница. Вдруг — я во всю светаю мочь и снова день трезвонится. Светить всегда, светить везде, до дней последних донца, светить и никаких гвоздей! Вот лозунг мой и солнца!
1920
РАССКАЗ ПРО ТО, КАК КУМА О ВРАНГЕЛЕ ТОЛКОВАЛА ВЕЗ ВСЯКОГО УМА
Старая, но полезная история
Врангель прет. Отходим мы. Врангелю удача. На базаре две кумы, вставши в хвост, судачат! — Кум сказал,а в ем ума я-то куму верю,что барон-то, слышь, кума, меж Москвой и Тверью. Чуть не даром
все в Твери стало продаваться. Пуд крупчатки… — Ну,
не ври!пуд за рупь за двадцать. — А вина, скажу я вам! Дух над Тверью водочный. Пьяных лично по домам водит околоточный. Влюблены в барона власть левые и правые. Ну, не власть, а прямо сласть, просто — равноправие.
Встали, ртом ловя ворон. Скоро ли примчится? Скоро ль будет царь-барон и белая мучица?
Шел волшебник мимо их. — На,- сказал он бабе,скороходы-сапоги, к Врангелю зашла бы!Вмиг обувшись,
шага в три в Тверь кума на это. Кум сбрехнул ей: во Твери власть стоит Советов. Мчала баба суток пять, рвала юбки в ветре, чтоб баронский увидать флаг
на Ай-Петри. Разогнавшись с дальних стран, удержаться силясь, баба
прямо
в ресторан в Ялте опустилась. В «Гранд-отеле» семгу жрет Врангель толсторожий. Разевает баба рот на рыбешку тоже. Метрдотель желанья те зрит
и на подносе ей саженный метрдотель карточку подносит.
Все в копеечной цене. Съехал сдуру разум. Молвит баба:
— Дайте мне всю программу разом!
От лакеев мчится пыль. Прошибает пот их. Мчат котлеты и супы, вина и компоты. Уж из глаз еда течет у разбухшей бабы! Наконец-то
просит счет бабин голос слабый. Вся собралась публика. Стали щелкать счеты. Сто четыре рублика выведено в счете. Что такая сумма ей?! Даром! С неба манна. Двести вынула рублей баба из кармана.
Отскочил хозяин. — Нет!(Бледность мелом в роже.) Наш-то рупь не в той цене, наш в миллион дороже.
Завопил хозяин лют: — Знаешь разницу валют?! Беспортошных нету тут, генералы тута пьют!Возопил хозяин в
