твой отец, поприветствуй же его!” — и я поприветствовал его, а он ответил на приветствие, после чего сказал: “Добро пожаловать праведному сыну и праведному пророку!” А затем я был вознесён к лотосу крайнего предела /сидрат aль-мунтаха/ [2460], и оказалось, что плоды его (по размерам) подобны кувшинам из Хаджара[2461], а его листья — слоновьим ушам. (Джибрил) сказал: “Это — лотос крайнего предела”. И оказалось, что там текут четыре реки, две из которых являются скрытыми, а две — видимыми. Я спросил: “Что это за два (вида рек), о Джибрил?” Он ответил: “Что касается скрытых рек, то это две реки, текущие в раю, что же касается двух видимых, то это — Нил и Евфрат”. А потом мне был показан Священный Дом /аль-байт aль-ма‘мур/ [2462], в который ежедневно входит по семьдесят тысяч ангелов. Затем мне принесли сосуд с вином, сосуд с молоком и сосуд с мёдом. Я взял молоко, а (Джибрил) сказал: “Это — (ислам)[2463], которого будешь придерживаться ты и твоя община”. После этого мне было вменено в обязанность совершение молитв (, а именно) — пятидесяти молитв ежедневно. Возвращаясь, я прошёл мимо Мусы, и он спросил: “Что было велено тебе?” Я ответил: “Мне было велено совершать по пятьдесят молитв ежедневно”. (Муса) сказал: “(Члены) твоей общины не смогут (совершать) по пятьдесят молитв каждый день! Клянусь Аллахом, поистине, я уже испытывал людей до тебя и старался сделать с израильтянами всё, что мог, (но напрасно,)[2464] возвращайся же к твоему Господу и проси его об облегчении для твоей общины!” Я вернулся, и (Аллах) уменьшил (это количество) на десять (молитв), после чего я вернулся к Мусе, и он сказал мне то же самое. Тогда я вернулся, и (Аллах) уменьшил (оставшееся количество) на десять (молитв), после чего я вернулся к Мусе, и он сказал мне то же самое. Тогда я вернулся, и (Аллах) уменьшил (оставшееся количество) на десять (молитв), после чего я вернулся к Мусе, и он сказал мне то же самое. Тогда я вернулся, и мне было велено (совершать) по десять молитв ежедневно, после чего я вернулся к Мусе, и он сказал мне то же самое. Тогда я вернулся, и мне было велено (совершать) по пять молитв ежедневно, после чего я вернулся к Мусе, и он спросил: “Что было велено тебе?” Я ответил: “Мне было велено совершать по пять молитв ежедневно”. (Муса) сказал: “Поистине, (члены) твоей общины не смогут (совершать и) по пять молитв каждый день! Поистине, я уже испытывал людей до тебя и старался сделать с израильтянами всё, что мог, (но напрасно,) возвращайся же к твоему Господу и проси его об облегчении для твоей общины!” Я сказал: “Я просил Господа моего (так много), что мне уже стыдно (просить о чём-то ещё)! Я доволен, и я повинуюсь (Ему)!” И, уходя (оттуда), я услышал голос: “Я передал[2465] то, чего Я требую, и облегчил (ношу) Своих рабов”[2466]».
1514 (3888). Сообщается, что о словах Всевышнего «Вот сказали Мы тебе:“То видение, которое Мы показали тебе, сделали Мы только испытанием[2467] для людей”»[2468] — Ибн ‘Аббас, да будет доволен Аллах ими обоими, сказал:
«Это было (не сновидение, а) видение воочию того, что было показано посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, когда он был ночью перенесён в Иерусалим. (Что же касается слов Всевышнего) “а также дерево, проклятое в Коране” [2469], то (речь идёт о) дереве Заккум[2470]».
Глава 1142: Заключение брачного договора пророка, да благословит его Аллах и приветствует, с ‘Аишей, её приезд в Медину и его женитьба на ней.
1515 (3894). Сообщается, что ‘Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала:
«Мой брачный договор с пророком, да благословит его Аллах и приветствует, был заключён, когда мне исполнилось шесть лет. Потом мы приехали в Медину и остановились (в квартале) бану аль-харис бин хазрадж. После этого я заболела, и у меня выпали волосы, а потом они снова отросли. (Однажды, когда) я качалась на качелях вместе с моими подругами, моя мать Умм Руман пришла ко мне и громко позвала меня, а я подошла к ней, не зная, чего она хотела. Она взяла меня за руку и привела к дверям дома. Я тяжело дышала, а когда моё дыхание стало успокаиваться, она взяла немного воды и протёрла мне лицо и голову, после чего ввела меня в дом. В этом доме находились женщины из числа ансаров, которые стали говорить: “(Желаем тебе) блага, благословения (Аллаха) и удачи!” И (моя мать) передала меня (этим женщинам), которые приготовили меня (к свадьбе), а утром пришёл посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и (моя мать) передала меня ему, а было мне тогда девять лет».
1516 (3895). Передают со слов ‘Аиши, да будет доволен ею Аллах, что пророк, да благословит его Аллах и приветствует, сказал ей: «Ты была показана мне во сне дважды. (Оба раза) я видел твоё (изображение) на куске шёлка, и (мне) говорили: “Это твоя жена, открой же его!” — и оказывалось, что это ты, а я говорил: “Если это от Аллаха, Он приведёт это к завершению”».
Глава 1143: Переселение в Медину пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и его сподвижников, да будет доволен ими Аллах.
1517 (3905). Сообщается, что жена пророка, да благословит его Аллах и приветствует, Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала:
«Сколько я помнила своих родителей, они всегда исповедовали эту религию[2471], и не было такого дня, когда бы посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, не заходил к нам утром и вечером. После того как мусульмане стали подвергаться испытаниям[2472], Абу Бакр (решил) переселиться в Эфиопию[2473], а когда он добрался до Барк аль-Гимад[2474], его встретил вождь (племени) аль-кара Ибн ад-Дагина, который спросил: “О Абу Бакр, куда ты (направляешься)?” Абу Бакр ответил: “Мои соплеменники изгнали меня, и я хочу странствовать по земле[2475], поклоняясь моему Господу”. Ибн ад-Дагина сказал: “О Абу Бакр, поистине, такой (человек), как ты, не должен ни уезжать, ни изгоняться, ведь ты оделяешь неимущих, поддерживаешь связи с родственниками, помогаешь нести бремя (слабым), оказываешь людям гостеприимство и помогаешь (им) переносить невзгоды судьбы, а поэтому я беру тебя под свою защиту. Отправляйся назад и поклоняйся своему Господу в своём городе”. И Абу Бакр вернулся, а вместе с ним приехал и Ибн ад-Дагина, который вечером обошёл (всех) знатных курайшитов и сказал (каждому из) них: “Поистине, такой (человек), как Абу Бакр, не должен ни покидать (своего города), ни изгоняться! Неужели же вы (решились) изгнать человека, который оделяет неимущих, поддерживает связи с родственниками, помогает нести бремя (слабым), оказывает людям гостеприимство и помогает (им) переносить невзгоды судьбы?” И курайшиты не отвергли заступничества Ибн ад-Дагины, но сказали ему: “Вели Абу Бакру, чтобы он поклонялся своему Господу у себя дома. Он может молиться там и читать, что захочет, но пусть он не задевает нас этим и не делает этого открыто, так как мы боимся, что он введёт в соблазн наших женщин и детей!” Ибн ад-Дагина передал это Абу Бакру, и Абу Бакр (в течение некоторого времени) поклонялся своему Господу у себя дома, нигде больше открыто не совершая молитв и не читая (Коран). А потом Абу Бакру пришла в голову мысль (построить мечеть)[2476], и он построил её во дворе своего дома и стал молиться и читать (Коран в этой мечети), что же касается жён и детей многобожников, то они во множестве собирались вокруг него, дивясь ему и разглядывая его. (А надо сказать, что) Абу Бакр часто плакал и не мог сдерживать слёз, когда читал Коран, и всё это устрашило знатных курайшитов[2477] из числа многобожников, которые послали за Ибн ад-Дагиной. Когда он явился к ним, они сказали: “Мы согласились признать, что ты являешься покровителем Абу Бакра при том условии, что он будет поклоняться своему Господу у себя дома, но он нарушил (это условие), построил мечеть во дворе своего дома и стал открыто молиться и читать (Коран в этой мечети)! Мы опасаемся, что он введёт в соблазн наших жён и детей, (а поэтому вели) ему прекратить (делать это)! Если он согласен ограничиться поклонением своему Господу у себя дома, пусть делает (это), если же он не согласен (ни на что иное, кроме открытого поклонения), то попроси его отказаться от твоей защиты, ибо мы не хотим поступать вероломно по отношению к тебе[2478], но не можем согласиться и с тем, чтобы Абу Бакр делал всё это открыто!”»
‘Аиша сказала:
«(После этого) Ибн ад-Дагина пришёл к Абу Бакру и сказал: “Тебе ведь известно, на каких условиях я договорился (с ними) насчёт тебя, а поэтому ты должен либо (соблюдать все условия), либо отказаться от моей защиты, ибо, поистине, я не хочу, чтобы арабы услышали о том, что договор (о защите) человека, который я заключил (с людьми), был нарушен!” (На это) Абу Бакр сказал: “Поистине, я освобождаю тебя от (обязательств, связанных с оказанием мне) покровительства, и (заявляю, что) мне достаточно покровительства Всемогущего и Великого Аллаха!” А в то время пророк, да благословит его Аллах и приветствует, находился в Мекке, и он сказал мусульманам: “Поистине, видел я во сне то место, куда вы переедете: там растут пальмы, и расположено оно меж двух каменистых полей”. (Таким образом, во сне он увидел) два лавовых поля, и после этого некоторые люди перебрались в Медину; что же касается тех, кто ещё раньше уехал в Эфиопию, то в большинстве своём они возвращались уже в Медину. Абу Бакр также собрался ехать в Медину, но посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал ему: “Не спеши, ибо я надеюсь, что (переехать) будет позволено[2479] и мне”. Абу Бакр воскликнул: “Неужели и ты надеешься на это?! Да станет отец мой выкупом за тебя!” (Пророк, да благословит его Аллах и приветствует,) сказал: “Да”, и Абу Бакр задержался, чтобы сопровождать посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, и в течение четырёх месяцев откармливал двух своих верблюдиц листьями акации, которые люди сбивают на землю палками».
‘Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала:
«Однажды в середине дня, когда мы сидели в доме Абу Бакра, да будет доволен им Аллах, кто-то сказал ему: “Вот идёт посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, прикрывая себе лицо! В такое время он обычно к нам не приходит!” Абу Бакр сказал: “Да станут