— и никто не может остановить, какие беспомощные люди. А раньше старики на гору, барашка там или что зарежут, помолятся, поедят, и если дождь нужен — дождь идет, не нужен — кончается. Люди потому меньше живут — что горы — воздух и лес — воздух: ледник почему-то отступил, лес вырубили, и зубы у людей стали портиться.
Пошел на Д. В. счастья искать, сделался богатым человеком и хотел жениться, но революция разорила… затем собирал деньги, что видел: вся семейная жизнь рушится из-за куска хлеба — и не женился: теперь один. Подошел некий Кучйев, ставивший власть вместе с Кировым. На мой вопрос о ценности стихов Коста он сказал, что высоко ценит личность Коста, но в его стихах часто есть что-то от религии, хотя вообще сам он и не религиозный, и в этом главное вот и есть, что человек не религиозный, а играет религиозными словахми. Итак, всякие стихи, их значение: игра души, но создавать нового человека стихи не могут.
<На полях: Культура и баранта. Татари сказал: — Да, раньше у нас, до революции, было у каждого больше ба- ранты, но что из этого: ели грязное мясо и больше 212 ничего. А теперь культура. Все дело не в баранте, а в культурен ^рпрвянир Кавказа. Еще говорил этот же человек, что очень бижаться на русских за то, что завоевали Кавказ, нельзя: если бы русские не завоевали, то сами бы между собой перерезались, перестреляли друг друга из башен. (На это кто-то потом возразил тем, что люди стали драться друг с другом из-за бедности, и в этом виноваты русские: ведь это они загнали в горы: у горца зехмли — буркой закроешь, а у русского казака 15 дес. на душу» и какая земля!) Не знаю, верно ли последнее в точности, но разложение родового строя наверно обусловлено размножением и вследствие этого недостатком земли: единство власти, возникающее при эволюции феодального строя, вероятно, и основано на том, что при единстве власти увеличивается емкость данной площади, в индустриально-буржуазном емкость еще больше, а социалистический строй дерзает даже идти вообще против войны. Старик же в парке все вздыхал о том времени, когда у каждого, как теперь у сванов, было много баранты: между тем емкость социалистического] строя именно и обусловливается материальным ограничением личности: личность может богатеть, лишь обогащая других.) Загадка. Человек... скажите, что это такое человек ежеминутно делает и днем и ночью и для изображения этого в русском языке нет звука? Это дыхание и этому нет звука... а в осетинском есть... Около 10 у. приехал Наскидаев на машине, и мы выехали в Алагирское ущелье. В Ардоне смотрели дом Соцко и у матери Татарй пили пиво. С нами едет Чапур. На пути из Ардона в Алагир сломалась рессора. Напрасные поиски. Решили тихо ехать до Баркад (рудник). Алагирское ущелье зеленое: зелень буковая до самой реки, и оттого ущелье это веселое и река Ардон, создавшая ущелье, быстрей Терека. Приписка: (Арра-дон: сумасшедшая вода.)>
<На полях: Ардон = Арра-дон = бешеная река.>
Садои — рудник Едем до Нурзала. Древнейший осетинский Ул. сакля над саклей. Крепость. Часовня XII в. <Загеркнуто: гул^0^ ^а^он’ Опять Тамада. Достали рессору. Вечер. Про- pvлна* Звезда на небе? нет — это электрическая лампочка на ике. Будущее Кавказа — рудник и курорт. 213 <На полях: Пахнет серой так сильно, что шофер, опасаясь, что на него скажут, спешит предупредить и рассказать о множестве серных источников.>
Метисы туров. Рассказы о том, что в с. Архан (ущелье от Алаганского ущелья) охотник Сарби Худалов добыл себе ту- рёнка и другой охотник там же другого, им теперь по 3 года, ходят с козами, дали в нынешнем году четырех метисов, и они вышли ближе к домашней козе.
Рассказ Татарй о плите с грузинской надписью. Комсомольцы хотели узнать, что это лежит под плитой, но пришли старики-осетины и рассказали им, что в XII в. (?) была война осетин с грузинами, осетины побили грузин, и мир с Грузией и обет осетин: [грузинскую] могилу охранять на вечные времена.
В Ардоне мать Татарй: не хочет в город. Татарй линяет, собака его теряет чутье, еще носит партийный значок, завещанный ему умершим товарищем (морской парабеллум). Начал толстеть. Сравнительно с Александром — перерождается: горец в долине переродится.
Мать пивом угостила, садик Семинарии: гнездо революции. Идеализм семинарский и романтизм: не женятся: Коста и Соц- ко. Дом Соцко. Шамилевка.
Туры. В конце ноября: борьба. Ниже 4-х лет — нет. У скалы — от 4 до 7 разбег (метров шесть—семь). Звук: удар, слышен за 2 километра. На 50 — два часовых. Видел стадо в 99 штук: 9 часовых. Свисток тура. Май—Июнь: на 1-ю траву — самое низкое. Трава выше, и он выше в горах. По рогу: самый старый 25; с 25 лет тупеют рога и нельзя считать. До Ноября самцы каждый отдельно. Сейчас в Мае—Июне 1 У2км. ниже уровня моря трава растет до 3-х км. Старый тур на малой траве наверху. В Декабре гололедица: на месте стоит (в 903 г..поймали 2, убили 8, на гололеде падает, в снегу вязнет). 15 июня рожают: скала на самой высокой траве (вокруг стрелять: турёнок ложится, и поймал). Часа за 3 до темноты спускаются. Человек всех обманывает. Сейчас охота так: в 3 ч. ночи выйти на конец лугов — на границу лугов. Тур умный зверь <приписка: — чистый зверь: во всем дисциплина и закон>, серна глупый: без закона, безумная, живет пониже — с куропатками, а тот с индейками. Расходятся в январе, а если позднее, то весна будет плохая.
Перевал Цейский. Скала Адай-хох. Кальпер.
214
охотник. Село Бурон — слияние Цеи с Ардоном, родина
^Т^^Александра Морзиева, от него Шамилем пахнет, грудина кисти, ноги, глаза, нос, высматривает из-за камня тура.
На гору можно подняться, а спуститься не спустишься: ни взад ни вперед.
рысь и барса называют «стай» и потому часто смешивают: не рысГохотится за турятами, а барс… но барсов теперь нет.
Разговор с Татарй: — Жили хорошо, мяса было много, а теперь меньше. — Много мяса, да, но и только: ели мясо грязное, культуры не было.
Пили в Нурзале. Баркад значит избыток.
Пили за счастливый путь, за св. Георгия. Ночная езда в полях цветов ароматных желтых. Дом отдыха. Санаторий: горы до неба и выше гор сосны. Внутри горных стен. Больной не знает, что делать.
<На полях: Татарй ночью, приехав, пустил Чапура на кроликов. Переполох. Татарй хохочет. Тифлис — Батум — 349 км, 12 час. 25 руб.>
5 Июня. (Именины.) Утро дождливое. Ходил в лагерь разведочной партии.
Туман поднимается вверх, охватывает гору кругом и, сгорая, курясь, тает и скрывается в дыму…
6 Июня. Всю ночь перебуровили охотники на туров: казалось, так хорошо: звездная ночь.
Фенология. Часам к двум с большой черной горы против моего окна будто молоко через края перелилось: это стал спускаться туман, и скоро та, более далекая, гора исчезла. Наскида- ев с его утробным оптимизмом продолжал говорить о хорошей погоде, но через час после их ухода пошел дождь. В 5 у. один охотник что-то забыл и вернулся: остальные, сказал он, сидят возле ледника и пережидают дождь.
^ Итак, будущее Кавказа рудник и курорт, — сказал я вче- Рв. — А вам это не нравится? — спросили меня. Я ответил, что
СамВИТСЯ МНе ИЛИ Не нРавится’ для дела мало имеет значения, мне Ж6 Я понимаю сейчас, что не хижина уединенная, не охота близНуЖНа и не осесть где-то нужно, а так наивно хочется при- вслел ТЬСЯ К Р0ДНИКУ п°эзии своей… какая-то ненормальность, ствие Тог°. что я не хочу от этого отделаться дачей.
215
Дождь перестал. В 7 у. я вышел на Цейский ледник, и мне стало очень хорошо, мне стало казаться, что все предшествующие неприятности — накладные расходы и что так везде и всюду, в путешествиях, в Москве, все равно, что «простой» человек ценится нами за меньшее сравнительно с нами, что, усложняясь, жизнь ставит все большие и большие трудности в доступе к своему творческому я…
Так и Кавказ, делаясь рудником и курортом, попадает в сложную цепь «культуры»; низшие соблазняются «культурностью» (цветы в собашнике), и естественная даровитость, обнаженность творческой природы, «простота» исчезает: она делается величайшей ценностью для немногих; «простые» люди так слепнут, что… докажи им ценою всей своей жизни, что можно разбить цепь, укажи им путь, они скажут: «у вас талант!» Докторша: у вас талант, а что мы, простые врачи: человек умереть должен, а ты ему… — Что же… вот «мать» обещает детям фасоль, а сама варит камни, и дети засыпают, после того она плачет… разве это не талант, вы только не хотите сознавать это, вас в Москву тянет, а зачем? — Театр, ах, театр! Докторша: «талант» и еврейская жажда театра.
<На полях: Азалии — желтые... А белые? Что это за желтые цве- . ты? Азалии. А белый? Рододендрона Фенологическая запевка. Сквозь шум Цеи с деревьев (весна сейчас здесь, на самом верху есть еще неодетые деревья и кусты, потом весна поползет по земле в альпийские луга, травой луговой, потом где-то в трещинках скал: когда конец, чем кончается?) — сквозь шум резкие выбросы отдельных звуков птичьей песни, как будто песня соловья разбилась на отдельные колена... И так оно оказалось, разные птички, думаю, здешние соловьи, пели разные колена соловьиной песни, и она у них не складывалась, потому что пели они, не считаясь друг с другом... Казалось, сумасшедшая, революционная вода разбила эту песню соловья, вмещающую в себя и сиреневые ночи, и тургеневских женщин «Дворянского гнезда», и... <На полях: Бегство 1. Марксизм 2. Париж - любовь 3. Павлов на — охота 4. Литература 5.>
Бетал выходит к людям на пир всегда веселый, потому что предан чему-то до конца (скажем, борьбе с «внутр. врагом») и до того отдает туда себя всего, что веселье консервируется и является непременно там, где живут не всерьез: «игра души»-
216
Имя на скале. Ни одного знатного имени на скале не най- ТГ^^^овёк, дойдя в простоте природы до камня — рад де онец-то отделиться от себя и сказать: вот я, а вот камень, на а и пусть когда-нибудь придет другой человек с аммона- скмй взорвет эту скалу, но пока скала великая, и я привет- лтвую это величие природы, живущее и растущее независимо оТ меня, и даже, напротив, меня самого поднимающее… А тот человек из дома отдыха тоже чувствует величие скал, но не мо- жет в себе найти никакого другого ответа, как только имя свое никому не ведомое начертать на скале.
<На полях: Я убедился, что, когда вам надо, вы везде меня нахо дите. >
Одна