все, что Он сотворил, и
сообщить творению Свою любовь, Свою благость и Свое блаженство. Хотя
Бог и возжелал все творение в едином акте воли, Дуне Скот указывает
на определенную логическую, но не темпоральную, последовательность
волений Бога. В этой последовательности, образующей определенную
иерархию, Бог сначала волит человеческую душу Богочеловека Иисуса
Христа, от века предопределенного Богом к славе, а затем — прочих
предопределенных к славе, как ангелов, так и людей (Rep. par., Ill, d. 7,
q. 4, n. 4-6; наст. изд. часть III, I, 1). Все предопределенные к славе являются,
по выражению Дунса Скота, со-любящими (condiligentes), т.е. теми,
кто вместе с Христом любит Троицу и любим ею.
Однако при такой постановке вопроса возникает неясность: если
Боговоплощение было предопределено извечно, как быть с традиционным
богословским положением о том, что Христос пришел для искупления
грехопадения Адама? Дуне Скот, поясняя свою позицию касательно
причины Боговоплощения, названного им «наивысшим делом Божиим»,
указывает, что «во-первых, Бог любит Самого Себя; во-вторых,
Он любит Себя в других…; в-третьих, Он хочет быть любимым другим,
И.В. ЛУПАНДИН, АВ. АППОЛОНОВ
который может любить Его совершенной любовью, имея в виду любовь
кого-то помимо Него Самого; и в-четвертых, Он предвидит единство [с
Собой] той природы, которая должна Его возлюбить совершенной любовью»
(наст. изд. часть III, I, 1). Поэтому «Христос во плоти, как и все
избранные, был предызбран и предопределен к благодати и славе прежде,
нежели было предвидимо страдание Христа», и не будь грехопадения
Адама Христос все равно воплотился бы, но не как страдающий Искупитель
(наст. изд. часть III, I, 1).
Поскольку грехопадение произошло, Бог послал человечеству Христа
как Искупителя, Который должен был своими страданиями и смертью
принести возмещение за грех, совершенный Адамом. Однако Дуне Скот
отказывается рассматривать страдание и смерть Христа только как
исполнение божественного установления. Искупление могло совершиться
и по-другому, поэтому «из того, что другим способом мог быть искуплен
человек, и однако [Христос] по Своей свободной воле нас искупил таким
способом, мы многим Ему обязаны, и более обязаны Ему, чем если
бы только таким, и не иным способом мы могли быть искуплены; поэтому
[…] главным образом Христос сделал это для того, чтобы возжечь в
нас любовь к Себе, а также потому, что желал, чтобы человек был больше
обязан Богу» (наст. изд. часть III, I, 8).
4. МАРИОЛОГИЯ
Один из титулов Иоанна Дунса Скот — титул Doctor Marianus, которого
он был удостоен за непреклонное отстаивание учения о Непорочном
Зачатии Пресвятой Девы Марии. Дуне Скот не был первым, кто
стал учить о том, что Мария была свободна от всякого греха, как первородного,
так и актуального (его непосредственным предшественником в
этом был францисканский богослов Уильям из Уэра, у которого Дуне
Скот учился в Оксфорде), однако Иоанн был, похоже, первым, кто стал
отстаивать данное положение в Парижском университете.
Учение об избранности Божией Матери и Ее неподверженности первородному
греху Дуне Скот обосновывает Ее единением со своим Сыном
в тайнах Боговоплощения и Искупления. Поскольку Боговоплощение было,
по Дунсу Скоту, предопределено Богом до того, как Он предвидел падение
Адама, и вне зависимости от этого падения, и даже вне зависимости
от существования самого Адама, то ясно, что Мария не несет на
себе печать первородного греха ex necessitate. Следовательно, рассуждает
Дуне Скот, «если это не противоречит авторитету Церкви и Святого
БОГОСЛОВИЕ ИОАННА ДУНСА СКОТА
Писания», можно допустить, что Пресвятая Дева не была подвержена
греху, ибо будучи Матерью Воплощенного Слова, Мария наряду с Ним
может рассматриваться как главная причина творения, разделяющая
некоторые Его привилегии, такие, например, как непорочность.
Однако, из этого вовсе не следует, что Мария не нуждалась в Христе
как в Искупителе. Опровергая главный довод своих оппонентов, утверждавших,
что Непорочное Зачатие Пресвятой Девы Марии противоречит
всеобщности искупления, Дуне Скот писал: «Мария еще более
других нуждалась в Христе как Искупителе; ее душа приобрела бы первородный
грех… если бы она не была предохранена благодатью Посредника;
и подобно тому, как другие нуждались во Христе, чтобы по Его
заслугам был отпущен грех, уже навлеченный [на них], так и Мария тем
более нуждалась в Посреднике, предохраняющем ее от навлечения
греха» (наст. изд. часть III, III, 2, 9). Иначе говоря, Пресвятая Дева Мария,
как и все прочие люди, была искуплена Иисусом Христом, но искуплена
особым образом, как бы заранее, в предвидении заслуг искупительной
жертвы своего Сына Такой способ искупления Дуне Скот считает самым
совершенным, ибо большее благодеяние состоит в том, чтобы не
допустить зла, чем в том, чтобы исправить зло, рке совершившееся.
5. ПОЗИЦИЯ ИОАННА ДУНСА СКОТА В СПОРЕ ОБ
ИСХОЖДЕНИИ СВ. ДУХА
Во взаимоотношении Восточной и Западной Церквей спор об
исхождении Св. Духа всегда играл ключевую роль: проблема исхождения
Св. Духа явилась в каком-то смысле «роковой» для христианского единства.
Инициатором спора о Filioque (исхождение Св. Духа от Отца и Сына)
стал Константинопольский патриарх Фотий. Аатинские полемисты
пытались представить Фотия еретиком, отрицающим всякое участие Сына
в предвечном исхождении Св. Духа, а греческие полемисты пытались
представить еретиками латинян, приписывая им мнение, что Сын является
самостоятельным, отличным от Отца началом Св. Духа.
Позиция Дунса Скота может в каком-то смысле стать объединяющей
для католического и православного учения об исхождения Св. Духа. Действительно,
как мы видим из творений многих восточных Отцов (да и
самого Фотия), греки вовсе не отрицали участие Сына в исхождении Св.
Духа. Это видно даже из примера, приводимого самим Фотием в Амфилохиях.
Так, Фотий сравнивает Отца с Адамом, Сына с Евой, Св. Духа с
Авелем и восклицает: «Ведь та, началом создания которой было ребро, и
И.В. ЛУПАНДИН, АВ. АППОЛОНОВ
тот, источником чьего возникновения было семя первотворного, происходят
от Адама, но и Ева не переместится в определение сыновства, и
Авель не проникнет и не перейдет в какое-то иное отношение, отрекшись
от [звания] сына» (Амфилохииу 28). Но кто станет отрицать участие
Евы в рождении Авеля? Сходную позицию занимает и Дуне Скот: «Поскольку
Отец есть начало Сына, то все, что имеет Сын, в частности, и
участие в активном духновении (spiratio activa) Св. Духа, Он имеет от
Отца». В этом бесспорном АА^ латинян и ААЯ. греков утверждении усматривается
залог возможного примирения двух богословских позиций.
6. УЧЕНИЕ ДУНСА СКОТА О ЕВХАРИСТИИ
Цель и смысл жизни человека — любовь к Богу. Но какова эта любовь
— любовь собственника или любовь дающего? Дуне Скот однозначно
отвечает на это: любовь к Богу должна быть любовью-самопожертвованием.
Здесь ключ к особому пониманию таинства Евхаристии Дунсом
Скотом.
Цель любви — единение (ut duo unum fiant). Приобщение к Телу
Христову в таинстве Евхаристии — наиболее совершенное единение; поэтому
Причащение есть consummatio vitae Christianae (вершина христианской
жизни); в этом Дуне Скот согласен с Фомой Аквинским и другими
Учителями Церкви.
Богословская проблема возникает тогда, когда мы пытаемся представить
себе, как осуществляется единение с Господом в таинстве Евхаристии.
Уже Фома Аквинский обратил внимание на парадоксальные
слова Августина, суть которых сводится к тому, что в таинстве Причащения
не Христос превращается в нас, но мы превращаемся в Христа.
Иными словами, не Христос отдает себя нам, но мы отдаем себя Христу.
Речь идет о той самой любви-самопожертвовании, о которой говорил
Дуне Скот.
Учение Дунса Скота о любви-самопожертвовании легло в основание
его «аддуктивистской» теории Евхаристии. Согласно Дунсу Скоту, цель
таинства Евхаристии — жертвенная любовь ко Христу. Но чтобы Христос
принял жертвенную любовь человеческуой души, Он должен реально
присутствовать на алтаре; при этом Он, разумеется, не покидает Неба.
Таким образом, согласно Дунсу Скоту, Евхаристия — это не сведение
Христа с Неба на землю, но возведение причастника с земли на Небо.
Слова пресуществления, согласно Дунсу Скоту, порождают не новое Тело
Христово, но новое присутствие Тела Христова. Алтарь становится как
бы «дверью райской», вратами, за которыми находится Небо. Сквозь эти
БОГОСЛОВИЕ ИОАННА ДУНСА СКОТА
врата, как сквозь «решетку», о которой говорится в книге Песни Песней,
мы, подобно патмосскому тайнозрителю, видим «возлюбленного», т.е.
воскресшего и прославленного Христа.
Концепция Дунса Скота называется аддуктивистской, потому что в
ней Тело Христово мыслится не «продуцируемым» (productum), а «низводимым»
(adductum). В отличие от концепции Дунса Скота, концепция
Фомы Аквинского называется «продуктивистской», ибо в ней Тело Христово
мыслится как бы «продуцируемым». И та и другая концепции имеют
свои достоинства и недостатки, о которых мы скажем ниже. Пока
лишь заметим, что «продуктивистская» концепция более соответствует
любви-обладанию (Христос дает Себя нам), а «аддуктивистская» —
любви-самоотдаче.
Достоинства и недостатки продуктивистской концепции
К достоинствам продуктивистской концепции следует отнести то, что
она лучше отражает все, что относится к жертве. Например, в рамках
продуктивистской концепции обретает смысл символа жертвы пресуществление
хлеба в Тело Христа и вина в Кровь Христа. Согласно Фоме
Аквинскому, хлеб пресуществляется в Тело Христа, в котором Кровь,
душа и Божество присутствуют per concomitantiam (т.е. сопроводительно).
Равным образом, вино пресуществляется в Кровь Христа, в
которой Тело, Душа и Божество присутствуют сопроводительно. Разделение
Тела и Крови нужно ААЯ. ТОГО, чтобы показать, что в момент Голгофской
жертвы Тело Христа было полностью обескровлено. В аддуктивистской
концепции момент жертвы представлен менее ярко, т.к. согласно
Дунсу Скоту в момент пресуществления хлеб и вино уничтожаются
(annihilantur), а не превращаются в Тело и Кровь Христа.
К достоинствам продуктивистской модели следует отнести также и
то, что она лучше символизирует тайну Рождества Христова, божественный
кеносис, уничижение Бога, ставшего человеком. В таинстве Евхаристии,
согласно продуктивистской концепции, Христос вверяет Себя священнику
и причастникам, как Он вверил Себя Марии и Иосифу в Вифлеемской
пещере.
Однако у сторонников продуктивистской модели возникают определенные
трудности, когда они пытаются объяснить, каким образом Тело
Христа возникает на алтаре в момент пресуществления, не покидая при
этом своего места на Небесах. На первый взгляд, получается нечто подобное
умножению Тела Христа, что и оттолкнуло Дунса Скота от про
И.В. ЛУПАНДИН, АВ. АППОЛОНОВ
дуктивистской теории, предложенной Фомой Аквинским. К психологическим
недостаткам продуктивистской теории следует отнести могущее
возникнуть забвение Небесного Иерусалима, а также излишнюю концентрацию
внимания на «земном аспекте Боговоплощения» (Евхаристия
как некое продолжение земной жизни Иисуса Христа — отсюда
и неологизм «Евхаристический Иисус»). В результате как бы забывается
тот важный факт, что хлеб и вино пресуществляются в прославленного
Христа, живущего на Небесах и «сидящего одесную Отца». Мистически
продуктивистская концепция больше связана с тайнами Благовещения и
Рождества, тогда как аддуктивистская концепция — с тайнами Воскресения