de la vertue, par Lao-Tseu» (ПС, стр. 143).
17 Страхов просил прислать ему два экземпляра «Анны Карениной» (ПС, стр. 139).
379. А. А. Толстой.
1878 г. Января 3. Я. П.
Получил от вас письмо, дорогой друг, в то самое время, как мне уже становилось тяжело наше разъединение и я сам собирался писать вам. В этот промежуток молчания и вы и я — мы одинаково пережили тяжелое время, и для обоих оно кончилось хорошо. От души радуюсь, что тетушка Прасковья Васильевна хорошо перенесла свою болезнь. Понимаю и чувствую ваше положение во время этой болезни. Даже и в том, что вы были больны, есть сходство со мной. Я всю эту осень и вот до вчерашнего дня чувствовал себя больным и падающим телом и духом, и тоже не мог бы сказать (у докторов я и не спрашиваю), что со мной было, — но я был болен. Надеюсь, что теперь это прошло. Тревоги же и страхи мои были за жену. Она была беременна и, не говоря о ее и моем страхе, очень естественном после потери 3-х детей, она, действительно, особенно тяжело носила и последнее время не могла ходить. Кончилось же, благодарю бога, тем, что 6-го декабря у нас родился славный мальчик, которого назвали Андреем, и до сих пор и он и она так хороши, как только можно желать. И старшие дети так много мне доставляют радости, что те заботы о воспитании и страхи о дурных наклонностях и болезнях незаметны. Даже теперь сменяю гувернера, влюбившегося в англичанку и, кроме того, измучавшего нас своим несносным характером. Детей моих я желал бы вам показать, — не то, чтобы они были очень хороши, а мне не стыдно было бы, и хотелось бы знать ваше мнение. Я воспользуюсь всяким случаем, который приведет меня в Петербург, и вы, надеюсь, при случае заедете к нам. Не умею сказать вам это ясно, но надеюсь, что вы, испытывая что-нибудь подобное, поймете меня с намека. Я чем дольше живу, тем меньше позволяю себе предпринимать что-нибудь и тем больше покоряюсь тем толчкам, которые руководят нами в жизни. —
Соня просит передать вам, что она чувствует себя виноватой, что не написала вам, и всё время хотела это сделать, но то болезнь, то ребенок.
Поздравляю вас за себя и за нее и целую вашу руку. — Буду очень счастлив, если судьба приведет меня в Петербург. Целую руку у вашей матушки и душевный привет графу Илье и Sophie, которую, к моей большой радости, моя Соня ужасно полюбила. Вот сейчас вспомнил, что ваше письмо ко мне, кроме того внутреннего, сердечного смысла, который оно имеет для меня, есть, может быть, и один из тех толчков, про которые я сейчас говорил. У меня давно бродит в голове план сочинения, местом действия которого должен быть Оренбургский край, а время — Перовского.1 Теперь я привез из Москвы целую кучу матерьялов для этого. Я сам не знаю, возможно ли описывать В. А. Пер[овского] и, если бы и было возможно, стал ли бы я описывать его; но всё, что касается его, мне ужасно интересно, и должен вам сказать, что это лицо, как историческое лицо и характер, мне очень симпатично. Что бы сказали вы и его родные? Не дадите ли вы и его родные мне бумаг, писем? с уверенностью, что никто, кроме меня, их читать не будет, что я их возвращу, не переписывая, и ничего из них не помещу. Но хотелось бы поглубже заглянуть ему в душу.
Отрывки впервые опубликованы в статье Н. Н. Захарьина-Якунина «Графиня А. А. Толстая» — «Вестник Европы», 1904, 6, стр. 466. Полностью впервые опубликовано в ПТ, стр. 286—288. Датируется на основании писем А. А. Толстой от 31 декабря 1877 г., на которое данное письмо служит ответом, и от 12 января 1878 г., в котором она сообщает о сделанных ею шагах по сбору биографических материалов о В. А. Перовском. См. ПТ, стр. 285—286 и 288—289.
1 Василий Алексеевич Перовский (1793—1857) — генерал-адъютант, близкий знакомый А. А. Толстой. Был ранен под Бородиным, взят в плен французами при их отступлении из Москвы и уведен под конвоем в Орлеан, где пробыл до 1814 г. В 1833 г. был назначен Оренбургским военным губернатором и командиром отдельного оренбургского корпуса. После неудачного похода на Хиву в 1842 г. вышел в отставку. С 1851 и до 1857 г. снова был оренбургским генерал-губернатором. Его именем была названа взятая им приступом крепость Ак-Мечеть (ныне Кзыл-Орда).
В. А. Перовский был одним из ближайших друзей поэта В. А. Жуковского и его «Светланы» — А. А. Воейковой. В «Северных цветах» за 1825 и 1827 гг. были напечатаны «Отрывки писем из Италии» Перовского. Попытку осуществления замысла, о котором говорит здесь Толстой, можно видеть в отрывке «Князь Федор Щетинин» (см. т. 17); прототипом Щетинина явился, по видимому, В. А. Перовский.
380. В. А. Иславину.
1878 г. Января 5. Я. П.
Сейчас получил твое письмо,1 дорогой друг Владимир, и чувствую, как моя благодарность и сконфуженность относительно тебя всё растет и растет. Но теперь это последний раз. Надо будет, как ты иронически выразился, побеспокоить свое дворянское тело с тем, чтобы самому делать свои дела и увидать всех друзей, из коих первый еси ты. Последняя же моя просьба вот в чем.
Соображение твое совершенно верно, всё дело в постройках. В контракте Тимрота с Бистромом стоит условие, что Бистром обязан принять постройки в цену, которую назначит Тимрот. Он, Тимрот, великий либерал и двигатель и оценил постройки — гнилушки, как я слышал, в 9000 и тем похерил свой долг. Жалко разочаровывать Бистрома, но это кажется неизбежно; я знаю, что мужики, желавшие купить хутор, смеялись только, когда им говорили, что строение стоит 9000. Что-нибудь строение это стоит, но сколько — я узнаю только, когда мой поверенный сделает оценку на месте. Я просил его сделать оценку с понятыми, но, разумеется, стен из землебитного кирпича, которые стоят от 5 до 7 лет, я не могу принять ни в какую цену, тем более, что место хутора находится на самом дальнем конце от моей земли и на краю Бистромовской, и там постройки мне почти не нужны. И то оценять и покупать я буду только деревянные постройки, а не мельницы и обдирки паровые, которые все собраны из старья и которые удобно могут быть проданы по вольной цене. Всё это я пишу к тому, что если бы тебе случилось видеться с Бистромом, то хорошо бы было приготовить его к тому, что за постройки, вместо просимых 9000, вероятно мне придется предложить никак не более 3-х (за исключением машин).
Другой же пункт, который бы очень желательно было разъяснить — это 300 дес[ятин], отданные в аренду. Кто получает за них деньги? Если не я, то это для меня большая невыгода, так как в Самаре ведется залежное хозяйство2 и 300 дес[ятин] есть то самое количество, кот[орое] ежегодно, по утвержденному обороту, засевалось в этом участке.
«Экая жила стал!» скажешь ты про меня, и кажется, что ты будешь прав. Итак der langen Rede kurzer Sinn3 следующий:
1) Постройки я желаю купить только деревянные, по той цене, кот[орую] они стоят на своз (в Самарской губернии цена эта очень определенна), машины же мне не нужны, а могут быть вывезены и проданы. 2) Деньги за наем 300 дес[ятин] или я должен получить, или они должны быть вычтены из суммы покупки.
Если будет случай, передай это ему и мне черкни словечко. —
Ах, как бы мне весело было обедать у тебя и рассмотреть и разобрать твоих детей. Что-то похоже, что это сбудется.
Поверенный мой нынче, 5-го, едет в Самару, и я надеюсь через неделю получить от него ответ, на основании которого я уже буду в состоянии сделать определенное предложение насчет построек.
Впервые опубликовано в «Летописях Государственного литературного музея», кн. 2, М. 1938, стр. 54—55. Дата определяется на основании слов письма: «нынче, 5-го» и ответного письма В. А. Иславина от 12 января 1878 г.
1 Письмо неизвестно.
2 Залежным называлось на юге России такое ведение хозяйства, когда, по избытку земли, ее не удобряли, а, выпахав, покидали под залежь на 8—10 лет, пока она снова не зарастала дерном или ковылем; тогда ее снова пахали.
3 [длинной речи краткий смысл]
* 381. В. К. Истомину.
1878 г. Января 10…15. Я. П.
Дорогой Владимир Константинович!
Письмо это передаст или перешлет вам Рис. Цель этого письма — просьба выслать ко мне Жерара1 и передать ему деньги — хоть 75 р. — Чем скорее он выедет, тем лучше. Если ничто ему не попрепятствует, то пусть он выезжает с курьерским во вторник 17-го из Москвы. За ним будут высланы лошади в Тулу. Пусть спросит лошадей гр. Толстого, кучера Филипа.2 Деньги для него возьмите у Соловьева. Ради бога не сердитесь на меня за бесцеремонность. Дружески обнимаю вас и прошу передать наш поклон вашей жене. Скоро мне придется быть в Москве и увижу вас, чему очень радуюсь.3
Ваш Л. Толстой.
Если Жерар не может выехать во вторник, то пусть напишет на Козловку, когда за ним выслать.
Дата определяется содержанием.
1 О переговорах с Жераром см. письмо № 377, прим. 1.
2 Филипп Родионович Егоров (1839—1895) — бывший ямщик, кучер у Толстых, впоследствии управляющий в Ясной Поляне.
3 Толстой был в Москве 8—10 февраля и тогда же виделся с В. К. Истоминым. См. письмо его к С. А. Толстой от 9 февраля 1878 г. в т. 83.
* 382. С. П. Ушакову.
1878 г. Января 15. Я. П.
Многоуважаемый Сергей Петрович!
Надеюсь, что истинно жалкое положение того солдата, который подаст вам это письмо, извинит перед вами мою докучливость. Солдат этот — слепой, с стариком 80 лет и 6-ю детьми, пришел ко мне, прося совета, куда ему обратиться за помощью; а я решительно не знаю, хотя и уверен, что есть какое-нибудь учреждение в виду таких несчастных; и потому, уверенный в доброте вашего сердца, решился обратиться к вам. Я бы не смел утруждать вас, если бы мог догадаться, какой ему дать совет, но теперь уже прошу вас. Вы, верно, знаете, что ему делать, и научите и поможете и не будете сетовать на меня, что бы мне было особенно больно, так как я очень дорожу вашим ко мне расположением и с совершенной искренностью прошу принять уверения моего уважения и преданности.
Гр. Л. Толстой.
15 января
1878
Сергей Петрович Ушаков (1828—1894) —