доме,
и 2) в Самару, в контору Пароходного общества Самолет для передачи на пароход Скорый 60 р. 45 к.
Хоть и совестно мне так часто утруждать вас, любезный Николай Михайлович, но я уверен, что вы по дружбе ко мне не откажетесь всё это сделать, тем более, что вы видите, как это необходимо.
Дружески жму вам руку.
Ваш Л. Толстой.
Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 211. Дата определяется содержанием и сопоставлением с письмом к С. А. Толстой от 14 июня 1878 г. (т. 83, стр. 258).
1 Подробнее об этом см. в письмах к С. А. Толстой от 13 и 14 июня 1878 г. (т. 83, стр. 256—258).
2 Дмитрий Федорович Ермолов — спутник Толстого на пароходе до Симбирска.
446—451. С. А. Толстой от 14 (два письма), 15, 18, 22 и 25? июня 1878 г.
452. A. A. Толстой.
1878 г. Августа 8…9. Я. П.
Я кажусь вам очень виноват, но виноват немного. Мы со всей семьей были в Самарской деревне, и письма ваши1 не дошли туда. Я нашел их здесь и очень вам благодарен и еще больше жена.2 Она еще не опомнилась от дороги. Опомнившись же, напишет сама к Miss NN, чтобы спросить ее об условиях и, в особенности, о ее знаниях.
Мы съездили благополучно, что всегда, с моим большим семейством, я принимаю за особенную милость божью.
Жена ездила преимущественно для того, чтобы поить меня кумысом; я восставал против этого, но покорился и чувствую себя очень бодрым, особенно духовно. Но писать не пишу и не желаю.
Едете вы в Крым? Неужели мы не увидимся дорогой?
Целую вашу руку. Поцелуйте за меня руку вашей матушки.
Ваш Л. Толстой.
Впервые опубликовано в ПТ, стр. 306—307. Дата определяется ответным письмом А. А. Толстой от 22 августа 1878 г. и упоминанием о недавнем возвращении из Самарской губернии (см. письмо № 453).
1 Известно только одно письмо А. А. Толстой за это время — от 4 июля 1878 г.
2 В письме от 10—12 апреля А. А. Толстая писала, что нашла подходящую англичанку гувернантку, которая освободится к осени и сможет тогда поступить к Толстым.
453. А. А. Фету.
1878 г. Августа 8…9. Я. П.
Мы приехали 6-го и до сих пор не нашел минутки написать вам (притом и разучился писать). Разумеется, будем дома и, разумеется, с обычной большой радостью будем ждать вас, дорогой Афанасий Афанасьевич. Поездка наша была полна неудач,1 но мы здоровы все и спокойны духом. Наш привет Марье Петровне.
Ваш Л. Толстой.
Впервые опубликовано в «Литературном наследстве», т. 37-38, стр. 226. На автографе пометка А. А. Фета: «9 авг. 78», подтверждаемая содержанием.
1 О них писал Фету Страхов, гостивший у Толстых в Самарской губ., 31 июля… 2 августа 1878 г. См. «Русское обозрение», 1901, 1, стр. 79.
454. В. А. Иславину.
1878 г. Сентября 5? Тула.
Очень тебе благодарен за доброе словечко,1 любезный друг. Так вижу, как ты, полулюбя, полушутя, вспомнил обо мне, и сердце у меня отозвалось тоже. Надеюсь и желаю, что дети твои поправились, т. е. Юлия Михайловна и Миша, и вернулись домой. У нас тоже заболели было все, у Сережи было воспаление плевры. Теперь поправились все, но воспаление, боимся, не оставило бы следы. Как жаль, что мне не пришлось быть в Москве, когда ты был. Но жальче всего, что ты не попал к нам с детьми, хоть с кем-нибудь. А нынешний год уже я бы потешил тебя охотой. Я в поездку, выезжая в 11-ть и возвращаясь в 5, привожу по 8 русаков. И собаки и лошади славные. Поцелуй за меня руку милой жены и дедушку.2 Что это он нас так расхвалил. Это что-то субъективное. Он был в духе, а мы, как ни оглядываемся, ничего хорошего вокруг себя не видим. Хотя Бисмарк3 и хорош, но едва ли я теперь попаду когда в Пет[ер]б[ург]. Тяжел я стал не на подъем — я в Ташкент поднимусь — но условность этой жизни столичной с годами всё тяжеле и тяжеле.
У меня дела твои о переселении, и не думай, чтобы я забыл возвратить их. Они мне нужны. Можно еще держать? — Прощай, милый друг. Поцелуй детей.
Тула.4
Впервые опубликовано в «Красном архиве», 1925, 7, стр. 249—250, с датой: «осень 1878 г.». Год определяется на основании слов: «У меня дела твои о переселении» и упоминания о знакомстве с Бистромом, месяц — сообщением о болезни старшего сына, о которой Толстой писал 5 сентября Страхову, А. А. Толстой и Фету.
1 Письмо В. А. Иславина неизвестно.
2 Александра Михайловича Исленьева, деда С. А. Толстой по матери.
3 Р. Г. Бистром.
4 5 сентября Толстой был в Туле, проездом в Сергиевск на Крапивенское уездное земское собрание.
455. H. М. Нагорнову.
1878 г. Сентября 5? Тула?
Любезнейший Николай Михайлович!
Виноват, что не отвечал на ваше письмо1, тем более, что я был очень благодарен за ваши хлопоты с Соловьевым. Пожалуйста, поступайте с ним поэнергичнее, так, как мы говорили и вы писали.
Теперь же еще просьба. К 17-му мне хочется подарить жене часы. Будьте так добры, купите хорошенькие часы самой простой внешности, но лучшей доброты. Гладкие, ценою до 100 р.
Извините, что утруждаю вас; но вы и так хорошо и так приятно делаете наши поручения, что невольно увлекаешься и надоедаешь вам.
Машинька сестра у нас. В доме у нас все были нездоровы, теперь получше. Целую Варю и детей, и жму вам руку.
Пожалуйста, часы доставьте нам к 16-му.
Ваш Л. Толстой.
Впервые опубликовано в «Сборнике Государственного Толстовского музея», М. 1937, стр. 217—218. Дата определяется предположительно письмом С. А. Толстой к Т. А. Кузминской от 2 октября 1878 г., в котором она упоминает о полученном ею от Льва Николаевича на именины 17 сентября подарке — золотых часах, стоимостью в 100 рублей.
1 Письмо неизвестно.
456. М. М. Стасюлевичу.
1878 г. Сентября 5. Тула?
Милостивый государь, Михаил Матвеевич!
Я поручил приятелю моему Ник. Ник. Страхову как переговоры о подробностях печатания моих статей в Р[усской] библиотеке, так и самый выбор их. — 1Так как он живет в Петербурге, и я вполне доверяю ему, то полагаю, что если вам угодно будет войти с ним в сношения, это сократит дело. Очень благодарен вам за обязательное обещание сообщить мне статьи о Фотие2 и за лестное приглашение — печататься в вашем журнале. Писание мое еще лежит для меня в таком дальнем ящике, что я и не позволяю себе загадывать о его печатании.
Во всяком случае прошу принять мою благодарность и уверения в искреннем3
5 сентября 1878.
Опубликовано впервые в книге «М. М. Стасюлевич и его современники в их переписке», т. V, Спб. 1913, стр. 328.
Михаил Матвеевич Стасюлевич (1826—1911) — историк, либеральный публицист, с 1866 по 1909 г. редактор-издатель петербургского журнала «Вестник Европы». Толстой познакомился со Стасюлевичем, повидимому, во второй половине января 1880 г., во время поездки в Петербург в связи с четвертым изданием своих сочинений. Сохранилось шесть писем Толстого к Стасюлевичу (опубликованы М. К. Лемке в издании «М. М. Стасюлевич и его современники в их переписке», Спб. 1913, V, стр. 328—330).
Ответ на письмо от 24 августа из Динара в Бретани, в котором М. М. Стасюлевич благодарил Толстого за согласие принять участие в издаваемой им «Русской библиотеке» — серии избранных произведений лучших русских писателей. Каждому писателю в этой серии посвящался отдельный выпуск. Приглашение участвовать в ней передано было Толстому Тургеневым, во время его посещения Ясной Поляны 2—4 сентября 1878 г., о чем Тургенев тогда же писал А. Н. Пыпину, наблюдавшему за этим изданием во время отсутствия Стасюлевича. (См. «Первое собрание писем И. С. Тургенева», Спб. 1884, стр. 332.) Отрывки из художественных произведений Толстого составили выпуск IX «Русской библиотеки», вышедший в 1879 г.
1 См. письмо № 457.
2 24 августа 1878 г. Стасюлевич писал: «Начиная с октября в журнале у нас будут печататься новые материалы для истории времени могущества Фотия; это имеет прямое отношение, как я слышал, к эпохе, которую Вы теперь изучаете, а потому позвольте мне прислать Вам чистые оттиски до выхода их в журнале». Имеется в виду статья С. И. Миропольского «Фотий Спасский, Юрьевский архимандрит» («Вестник Европы», 1878, №№ 11 и 12).
3 Окончание фразы и подпись в подлиннике вырезаны.
457. H. Н. Страхову.
1878 г. Сентября 5. Тула?
Дорогой Николай Николаич!
Хотел, ожидая от вас письма, предупредить вас — чтобы вы нашли мое письмо в Петерб[урге],1 но всё еще не раскачался на умственную зимнюю деятельность и не успел — из-за охоты, крокета и гостей. Благодарю вас и за ваше письмо,2 и за ваше пребывание у нас, и за вашу неизменную дружбу. Я ничего не сказал вам про ваши стихи.3 Они мне не понравились. Я ведь ничего не понимаю в стихах, да и вы сами к ним легко относитесь; стало быть, вы не рассердитесь на меня за это. Ваше письмо всё интересно, но интереснее всего для меня было выписанное суждение Кавелина о вашей книге.4
Хуже мучений нельзя придумать на том свете, как заставлять человека писать, выражая с величайшим напряжением всю сложность и глубину своих мыслей, и вместе заставляя его читать, как мнений авторитета, такие суждения, как Кавелинское. Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения кот[орого] он не может объяснить, лишается права писать и получает 100 ударов розог. — Вы, начиная с самого начала, разбираете и показываете, что люди, говорящие известные слова, неизбежно разумеют под ними то-то и то-то; а Кавелин считает, что ваше рассуждение для него не обязательно, а что наука отвергает дуализм. И никто не говорит, что Кавелин или недобросовестный человек, или сумасшедший, но все говорят: Кавелин — философ. — Трудная, неблагодарная и мучительная ваша должность, но претерпевый до конца спасен будет. — Рассуждение Кавелина о том, что Страхов неправ, потому что он думает (если я его понимаю верно), что вся наука отвергает дуализм — всё равно, что рассуждение о том, что несправедливо, что муж и жена два отдельные лица, потому что церковь признает, что они одно.
Еще бы, если бы я был царь, я бы 100 розог давал тому, кто сделает самое ходячее и обыкновенное в ученых книжках рассуждение, именно: по моим исследованиям, наблюдениям, т. е. по науке, выходит, что гриб есть гриб, а лошадь — лошадь, что тело — тело, а душа — душа, электричество — электричество, а тепло — тепло, и потому законное заключение по науке было бы то, что вещи