деятель, сторонник учения Огюста Конта, проповедиик, так называемой, «религии человечества». Происходил из дворян Эстляндской губернии, воспитывался в Брест-Литовском кадетском корпусе и дворянском полку; затем окончил Академию генерального штаба по геодезическому отделению и был оставлен преподавателем высшей математики в Академии и одновременно прикомандирован к Пулковской обсерватории. Отличаясь выдающимися способностями, скоро обратил на себя внимание высших военных сфер. Перед ним открылась блестящая карьера. Но общественный подъем 1860-х годов, захвативший и его, заставил пойти по другому пути. По своей натуре В. Фрей принадлежал к числу тех, для кого искание правды жизни было единственным стимулом их деятельности. Еще будучи учеником Академии, он сдружился с некоторыми революционерами и одно время входил в тайное общество «Земля и воля». Однако вполне их взглядов не разделял и после разгрома организации «Земля и воля» и ареста некоторых ее членов, отошел совсем. В 1868 г., только что женившись (на Марии Евстафьевне Славинской), уехал с женою в Северную Америку, где принял американское подданство и имя Вильяма Фрея. Его целью было — примкнуть к какой-нибудь коммунистической общине, каких в то время было много в Америке. Но, побывав в некоторых из них, он не удовлетворился их жизнью. Он, по его словам, понял, что без нравственного возрождения общинная организация невозможна. После долгих скитаний, пройдя самые разнообразные стадии «черного труда» (был извозчиком, наборщиком, просто батраком и т. п.), в половине 1870-х годов вместе с некоторыми русскими эмигрантами (А. К. Маликовым, Н. В. Чайковским, Н. С. Бруевичем и др.) организовал в Канзасе земледельческую ферму-коммуну. Однако, очень скоро эта коммуна распалась, и в 1884 г. он переселился в Англию. Пребывание его в Америке помимо чисто практического значения, было знаменательно для него тем, что там он познакомился с учением О. Конта и Г. Спенсера и стал горячим последователем и проповедником учения позитивизма. Приехав в Лондон, одной из своих главных целей поставил пропаганду идей «религии человечества». С этой же целью в 1885 г. летом он приехал и в Россию. Услышав здесь о деятельности Толстого в области религиозно-общественной и ознакомившись с его сочинениями: «Исповедью» и «В чем моя вера» (которые произвели на него сильное впечатление), он написал Толстому большое письмо, в котором критически разбирал его учение. Толстой пригласил его к себе в Ясную поляну. Свидание состоялось 7 октября 1885 г., когда Фрей приехал к Толстому и прожил до 12 октября 1885 г. Об этом свидании он написал подробный отчет, в котором довольно оптимистично смотрел на возможность обращения Толстого на путь религии человечества. Но уже после второго свидания, в декабре того же года, в Москве, он должен был сознаться, что «несмотря на их взаимную любовь и уважение друг к другу, между ними существует какая-то несоизмеримость, что есть вопросы, по которым и они перестают понимать друг друга» (см. «Письма В. Фрея к Л. Н. Толстому», Genève. М. Elpidine. 1887, стр. 6-7). Между тем Фрей не терял совсем надежды на свое влияние на Толстого и после неудачной попытки подействовать на него устно, написал второе большое письмо (26 февраля 1886 г.). Толстой, внимательно прочитав его, сделал на некоторые положения Фрея нечто вроде ответов, приписав их на полях рукописи. В конце же сделал заключение, которое мы и приводим выше. В марте 1886 г. В. Фрей выехал из России. Последние годы жизни он провел почти безвыездно в Лондоне, работая в типографии и всё свое свободное время посвящая изучению и распространению учения О. Конта. Умер Фрей в большой бедности.
Несмотря на крупные разногласия во взглядах, Толстой навсегда сохранил самую лучшую память об этом замечательном человеке «по самым редким нравственным качествам» (см. письмо Толстого к Е. П. Свешниковой от 1889 г., т. 64) и его жизни, по словам Льва Николаевича, «бывшей полным осуществлением его убеждений» (см. письмо Толстого к Н. В. Рейнгардту от 22 февраля 1890, т. 65). В 1889 г. Толстой начал статью о Фрее (см. т. 50), текст которой неизвестен. Письма В. Фрея к Толстому впервые были напечатаны в Женеве отдельной брошюрой в 1887 г. В России опубликованы Гершензоном в «Русских пропилеях».
О В. Фрее см.: Н. В. Рейнгардт, «Необыкновенная личность» Казань. 1889 и под тем же заглавием в журн. «Наука и жизнь» 1905, №№ 2, 3, 4; В. Батуринский, «Гейнс В. К.» — «Русский биографический словарь», стр. 355—359; А. И. Фаресов, «Семидесятники» Спб., 1905, стр. 304—323; П. И. Бирюков, «Л. Н. Толстой и В. Фрей» — «Минувшие годы» 1908, 9, стр. 69—91; «Знакомые» альбом М. И. Семевского 1888, стр. 247; «Русские пропилеи» под ред. Гершензона, т. I. Спб. 1915, стр. 276—362.
1 Пифагор (в VI в. до н. э.), греческий философ и математик.
2 Михаил Никифорович Катков (1818—1887), публицист, с 1856 г. (и до смерти) редактор-издатель «Русского вестника». В начале своей литературной деятельности держался умеренно либеральных взглядов; одно время был близок с Н. В. Станкевичем и В. Г. Белинским; позднее изменил свои убеждения вправо, придав «Русскому вестнику» характер органа строго консервативного направления. Толстой поместил в «Русском вестнике»: в 1859 г. — «Семейное счастье»; в 1863 г. — «Казаки»; в 1865 г. — «Война и мир» — первые две части под заглавием: «Тысяча восемьсот пятый год»; в 1875—1877 гг. — «Анна Каренина».
491. Н. Н. Ге (отцу) и А. П. Ге.
1886 г. Марта 30—31? Москва.
Послѣднее письмо ваше доставило мнѣ большую радость. Помогай вамъ Богъ, дорогой и милый другъ, хорошенько отряхнуть весь прахъ съ ногъ своихъ, выйдя изъ этаго столь властнаго, пока въ немъ сидишь, и столь ничтожнаго, смѣшнаго, когда изъ него выйдешь, соблазна собственности.1 Впрочемъ, напрасно я и говорю это: я по себѣ знаю, что вернуться къ этому нельзя, а только удивляешься, какъ могъ я такъ портить свою жизнь. Никакой соблазнъ не нарушаетъ такъ любви къ людямъ, какъ этотъ. — И какъ хорошо и счастливо у васъ сложилось: и Анна Петровна довольна, и Петруша,2 и дорогой Количка — ужасно доволенъ, и вы довольнѣе всѣхъ. Главное не вмѣшивайтесь, а вообразите себѣ, что это не ваше было хозяйство, а мое. Я очень радъ. Количка разскажетъ все про насъ, про семью и про друзей нашихъ, и про занятія мои, и про ваши картины.3 Они вышли прекрасно, и 1-я и послѣдняя — вѣроятно пропустятся. — Цѣлуйте милого Теплова, я получилъ его письмо4 съ рисунками. Очень хоро[шее]. Обнимаю васъ. Привѣтъ Петрушѣ.
Благодарствуйте, дорогая и уважаемая Анна Петровна, за ваше доброе письмо.5 Простите, что пишу такъ безобразно: хочется сказать, что я очень люблю васъ и всѣхъ вашихъ, и нетолько желаю вамъ всего хорошаго, т. е. любви между близкими, но и увѣренъ, что вы ее имѣете и она не будетъ нарушаться. —
Вашъ Л. Толстой.
Печатается по автографу, хранящемуся в ИЛ. Впервые опубликовано в Б, III, изд. 2-е, стр. 46 (отр.); II, изд. 3-е, стр. 610. Датируется на основании письма Н. Н. Ге от 27 марта 1886 г., на которое отвечает Толстой, и пометки рукой не Толстого: «Март, 1886».
Толстой отвечает Н. Н. Ге на его письмо: «Я в настоящем смысле этого слова отказался от всякого имущества своего и по желанию Анны Петровны предложил взять имение Петруше и еще одному стороннему — оба согласились и потому все отдано Петруше. Я пока веду дело как слуга и таким останусь, но забота, отягчавшая мою душу, свалилась, и я свободен. Я поехал в Киев. Жил у Теплова и ходил в школу учить юношей искусству. Правда умилила юношей, и они поняли, что искусство воскресло. Я нарисовал там же три эскиза. «Ваня перед умирающим отцом» в «Упустишь огонь не потушишь»; Елисея на ходу остановившегося и слушающего двух баб, о нем говорящих — «Пора уходить»; и Иоанна, обнимающего грешника в дверях райских. Эти эскизы я оставил в Киеве у Теплова для братий. Меня об этом просили. Без слез я не могу ни читать, ни думать об этом Иоанне. Я выразил наверно то, что сам испытал. Он — вы все от Старика до Саши обняли меня, грешника, полюбили и ввели в двери райские. Кто это испытает, тот поймет эту картину, он поймет, что было в сердце того, кто сочинял…. Переделал «Распятие», надписавши текст: «других спасал, а себя не может спасти» и дух картины поднялся страшно. Вот всё, что я сделал. Затем начинаю неустанно работать: буду делать одно дело — дело всех: работать по воле отца и служить всем — любить всех» (из письма Н. Н. Ге от 27 марта 1886 г. ГТМ).
1 Об этом же Н. Н. Ге писал своему приятелю М. Ф. Каменскому, приблизительно, в это же время (15 июня 1886 г.): «Я повинился во всех моих грехах. Я отказался от всякого имущества, а отдал всё, что имел, жене Анне Петровне и детям. Я живу у них потому, что они этого желают. Всё, что я заработал и что бог послал, я отдал им и всем, кто меня попросит, потому что я не делаю различия между своими и чужими. У меня нет чужих. Куда я не обращаюсь с любовью, везде меня любят, кормят, заботятся — против моего желания; у меня никаких забот матерьяльных нет, и я счастлив» (В. В. Стасов, «Н. Н. Ге» изд. «Посредника» М. 1904, стр. 300).
2 Петр Николаевич Ге.
3 Картины Ге — иллюстрации к рассказу Л. Н. Толстого «Чем люди живы». См. прим. 3 к письму № 487.
4 Оно неизвестно.
5 Оно неизвестно.
492—494. В. Г. Черткову от марта, 1 и 3 апреля 1886 г.
495—501. С. А. Толстой от 6, 6, 7, 9, 9, 10 и 11 апреля 1886 г.
502. В. Г. Черткову от 11 апреля 1886 г.
503. Венделю Гаррисону. Черновое.
1886 г. Март — апреля 15?
М[илостивый] Г[осударь.]
Я получилъ ваше письмо и книги.1 Очень благодаренъ вамъ за то и другое. Узнать про существование такой2 чистой христіанской личности,3 какою былъ вашъ отецъ,4 было для меня большою радостью. Я не успѣлъ еще прочесть всей книги, но декларація непротивленія, по моему мнѣнію, дѣйствительно есть эра въ исторіи человѣчества. Декларація эта, какъ она была составлена почти полстолѣтія тому назадъ, выражаетъ вполнѣ тѣ sentiments, к[оторыя] мы исповѣдуемъ теперь и к[оторыя] будутъ исповѣдывать всѣ люди, п[отому] ч[то] онѣ выражаютъ вѣчный законъ Бога для людей, открытый Христомъ и долженствующій быть выполненнымъ, пока не совершится все.
Позвольте мнѣ обратить къ вамъ два вопроса и двѣ просьбы. Очень бы