(австро-венгерский министр иностранных дел, венгр по происхождению. — Ред.), говорилось, что „Австро-Венгрия перестанет быть нейтральною и объявит России войну в то мгновение, когда Россия возымеет намерение „ославянить“ устья Дуная. Война в данном случае уже не будет происходить на турецкой территории, а перенесется-де в Галицию и Польшу, и Австрия найдет-де себе помощь в Англии и Германии». Последняя мысль почему-то выплыла опять на поверхность мозгов здешних мадьяро-турецких политиков, и, быть может, они долго еще развивали бы ее на все лады, приняв за тему Известное изречение, что „Дунай — немецкая река“, если бы не заставил замолкнуть ораторов „великий молчальник“ Мольтке. Его известная речь в рейхстаге произвела здесь сильное впечатление…» (там же. 1877. 28 апр. № 102).
286
…министры Мак-Магона изо всех сил — уверяют французов и весь свет, что Франция не начнет войны. — «Московские ведомости» (1877. 15 мая. № 117) сообщали: «В „Moniteur universel“ от 19 мая сказано, что члены кабинета сообщили <…> о своем твердом намерении энергически подавлять <…> всякое действие и писание, которые могли бы встревожить страну и ввести ее в заблуждение относительно намерений президента республики. Всякий раз, когда в избранных неполитических собраниях, или на сходках, или в газетах будет заявляемо, что цель или последствие действий главы государства есть война, или что он готовит государственный удар, кабинет воспользуется правами, которые предоставляет ему закон, и не дозволит никому вводить в заблуждение или волновать общественное мнение». Несколько позже заверение в миролюбивых намерениях Франции было сформулировано в циркуляре председателя совета министров и министра юстиции герцога де Броля, опубликованном в «Journal officiel» от 29 мая 1877 г.
287
Тут Бокль, тут даже Дрепер. — Достоевский имеет в виду труд английского историка и социолога Т. Г. Бокля (1821–1862) «История цивилизации в Англии» и книгу американского химика, физиолога и историка Дж. В. Дрепера (1811–1882) «История умственного развития в Европе» (1864).
288
…адресы вздор… — Подразумевается реакция либералов на изъявления патриотических чувств и сочувствия славянству, получившие большое распространение еще до официального объявления войны. Адресы поступали от городов и городских учреждений, религиозных и общественных организаций, училищ и т. п. Подробные сведения о них пунктуально помещались почти в каждом номере «Московских ведомостей» (см., напр.: 1877. 9 февр… № 33. Отд. «Телеграммы»).
289
…скажу словечко о «прямолинейных» ~ Эти бьют в одну точку, и их ни за что не собьешь с этой точки… — Подразумеваются те же самые либералы, скептически относившиеся к патриотическому движению, получившему большой размах после объявления войны Турции (12 апреля 1877 г.). Определение «прямолинейные либералы» было употреблено в фельетоне Суворина «Недельные очерки и картинки» (Нов. время. 1877. 3 (15) апр. № 392)
290
Из армии доносятся известия о геройстве, о самоотверженности русских, как солдат, так и офицеров. Тут молодежь. — Они идут впереди солдат, они бросаются первые в опасность… — По-видимому, Достоевский имеет в виду широко обсуждавшееся в русской печати потопление русскими морскими офицерами, матросами и солдатами двух турецких броненосцев на Дунае. Так, например, газета «Русский мир» (1877. 20 мая (11 июня). № 133) сообщала: «Броненосец, взорванный 14 мая нашими моряками, назывался „Хивзи-Рахман“ и по своей конструкции совершенно одинаков со взорванным 29 апреля „Лютфи-Джелилем“». Выше приводились биографические сведения о лейтенантах Ф. В. Дубасове, А. П. Шестакове, И. Л. Петрове и мичманах М. Я. Бале и В. П. Персине. Описанию взрыва одного из упомянутых броненосцев газета «Русский мир» (1877. 26 мая (7 июня)) посвятила статью «Ночь на 14-е мая».
291
Недавний рассказ о простолюдине, обнявшем в слезах в Успенском соборе Черняева… — Достоевский не совсем точен в припоминании деталей следующего «рассказа» корреспондента газеты «Русский мир»: «В пятницу, 17 сего июня, в 12 часов дня в Казанском соборе, что на Никольской, было совершено благодарственное молебствие по случаю победы, одержанной черногорцами над армией Сулейман-паши <…> К 12 часам к церкви, на простом извозчике, подъехал какой-то, генерал и быстро прошел в церковь. По народу пронеслась весть, что М. Г. Черняев <…> Когда молебствие кончилось, из церкви повалил народ, но выход ему положительно был загражден другою наружною массою народа. В дверях показались М. Г. Черняев и И. С. Аксаков; разом вся масса народа заколыхалась, шапки полетели вверх и раздались крики „Да здравствует Черняев!“ Аксаков с супругой едва успели сесть в экипаж, Михаила же Григорьевича толпа оттерла, и он никак не мог добраться до экипажа и вынужден был пешком направиться к Иверским воротам. Толпа не только не уменьшалась, но все более и более увеличивалась <…> вдруг из толпы выдвинулся какой-то старик лет 75-ти и, со слезами на глазах, подошел к М. Г. Черняеву, который обнял старика и поцеловал его» (Рус. мир. 1877. 19 июня (1 июля). № 163).
292
Как не появиться Копейкиным, «так сказать, кровь проливавшим»… — Слова, взятые в кавычки, — неточная цитата из «Повести о капитане Копейкине» (см.: Гоголь Н. В. Полн. собр. соч.: В 14 т. М., 1948. Т. 6. С. 581–584).
293
…турецкими армиями руководят английские генералы… — Достоевский пользуется следующей газетной информацией: «По словам „Neue Freie Presse“, Россия протестовала против образа действий английского уполномоченного при турецкой азиатской армии, который всеми силами старается помогать турецким операциям» (Моск. ведомости. 1877. 15 июня. № 147. Отд. «Телеграммы»); «В „Новое время“ пишут из Константинополя, от 22 мая, что генерал Кемпбалл находится в Эрзеруме; девятнадцать английских офицеров, возвратившихся из Малой Азии, отправились на болгарские пункты, которым наиболее угрожает опасность» (там же. 2 июня. № 134. Отд. «Телеграммы»); «В „С. Петербургские ведомости“ сообщают, что английский офицер, руководивший действиями турецких войск в битве у Зейдекана (в районе турецкой крепости Каре. — Ред.), ранен» (там же. 15 июня. № 147. Отд. «Телеграммы»).
294
…английские офицеры воздвигают многочисленнейшие укрепления на английские деньги… — Еще до начала русско-турецкой войны газета «Новое время» сообщала о спешном возьедении укреплений вокруг города Рущук на Дунае: «Всеми работами руководят два английских инженера, препротивные фигуры <…> В белых фуражках, в каких-то бархатных коротких курточках, с сигарами в зубах, они целый день рыскают по окрестностям, верхом на горячих местных лошадках и беспощадно хлещут гуттаперчевыми хлыстами заленившихся солдат-рабочих; восемь раз счетом я натыкался на красивое зрелище подобной гуманной расправы…» (Нов. время. 1877. 15(27) марта. № 375, корреспонденция Н. Каразина «В воинствующей Турции»). С начала военных действий число подобных сообщений резко возросло.
295
…флот английский ободряет Турцию продолжа войну… — Английский военный флот, введенный (по распоряжению английского премьер-министра лорда Биконсфилда) в Средиземное море для «ободрения» Турции и устрашения России, базировался на острове Мальта.
296
…чуть ли не явились (в азиатской Турции) уже английские войска… — Достоевский опирался, в частности, на следующие газетные сообщения: «В „Новое время“ телеграфируют из Константинополя от 6 мая, что здесь ждут прибытия в июне английского корпуса, наехало много английских офицеров, которые снимают помещения для оккупационного корпуса» (Моск. ведомости. 1877. 9 мая. № 112. Отд. «Телеграммы»); «Судя по чрезвычайному накоплению госпитальных средств, Англия приготовляется к сухопутной демонстрации» (там же. 1877. 1 июня. № 133. Отд. «Последняя почта»).
297
Выдав в Петербурге мой запоздавший май-июньский выпуск «Дневника»… — Цензурное разрешение на выход в свет майско-июньского выпуска «Дневника писателя» дано 8 июля 1877 г. Газетное сообщение о выходе его в свет 12 июля 1877 г. было помещено в газете «Новое время» оттого же числа (см.: № 491. Отд. «Среди газет и журналов»). Достоевский называет этот выпуск «запоздавшим» потому, что он был сдвоенным (май-июнь).
298
…поговорил кой о чем с одним из моих давних московских знакомых ~ мнение которого глубоко ценю. — Возможно, речь идет об И. С. Аксакове, Достоевский в письме к А. Г. Достоевской от 16 июля 1877 г. сообщал о своем намерении встретиться с ним в Москве.
299
…чтобы посетить места первого моего детства ~ но давно уже перешедшую во владение одной из наших родственниц. — Речь идет о деревне Даровое, в которую Достоевский отправился из Москвы 18 или 19 июля 1877 г.
300
…сельские учителя — столь важная по значению в будущем, новая корпорация… — Основание «корпорации» сельских учителей относится к середине 1860-х годов, после того как вступило в силу положение о начальных народных училищах (14 июля 1864 г.). До 1864 г. специальных учреждений (учительских семинарий) для подготовки учителей в низшие учебные заведения не существовало.
301
«Здесь терпение и вера святых», как говорится в священной книге. — Слова в кавычках — цитата из «Откровения святого Иоанна Богослова» (гл. 13, ст. 10).
302
…я только что увидал, в первый раз, объявление в газетах о выходе отдельно восьмой и последней части «Анны Карениной» — по поводу взгляда автора, на Восточный вопрос и прошлогоднюю войну. — Объявление о выходе в свет восьмой части «Анны Карениной» появилось в газетах: «Моск. ведомости». 1877. 14 июля. № 175; 17 июля. № 178; «Современные известия». 1877. 17 июля. № 194. В дальнейшем это объявление перепечатывалось «Московскими ведомостями» (1877. 21 июля. № 182; 29 июля. № 188; 31 июля. № 190).
303
…автор предоставлял им право на какие угодно оговорки и выноски, если они с ним не согласны. — Здесь и далее Достоевский пересказывает и отчасти цитирует следующее сообщение, появившееся в «Русском вестнике» и интерпретированное затем с оттенком иронии в «Новом времени»: «В майской книжке „Русского вестника“, на стр. 472-й, находится заметка относительно непоявления в этой книжке последних глав романа „Анна Каренина“, и вот ее содержание: „В предыдущей книжке под романом «Анна Каренина» выставлено: «Окончание следует». Но со смертью героини собственно роман кончился. По плану автора, следовал бы еще небольшой эпилог листа в два, из коего читатели могли бы узнать, что Вронский в смущении и горе после смерти Анны отправляется добровольцем в Сербию и что все прочие живы и здоровы, а Левин остается в своей деревне и сердится на славянские комитеты и на добровольцев. Автор, быть может, разовьет эти главы к особому изданию своего романа“. Зная из самых верных источников настоящую причину непоявления в „Русском вестнике“ последних глав романа „Анна Каренина“, считаю долгом донести до сведения публики всю истину. Роман не кончился со смертью героини, а конец его был уже набран для „Русского вестника“ и готовился к печати, но не напечатан только потому, что автор не согласился исключить из него, по желанию редакции, некоторые места; редакция же с своей стороны не согласилась печатать без выпуска, хотя автор предлагал редакции сделать всякие оговорки, какие бы она нашла нужными» (Нов. время. 1877. 14 (26) июня. № 463.