Сайт продается, подробности: whatsapp telegram
Скачать:PDFTXT
Гертруда и Клавдий
одолженном охотничьем домике,
их скромные трапезы, часто забываемые в пиршестве их
сладострастья, и тот день дождя — дождя, преобразившего молодую
листву за узким окном-амбразурой в зеленую дымку, барабанящего по
черепице, — тот день, когда она, решив порвать с ним, вместо того
сбросила новое шелковое платье и явилась перед ним такой, какой во
всей своей наготе выйдет из могилы в День Воскресения, и в день этот
прощение будет раздаваться столь же щедро, как хлебы и рыбы.
Упоенно он ощутил рядом с собой ее безмолвное тело,
изведанное, живое. Он взглянул в ее сторону, и, уловив его взгляд,
Гертруда в неуверенности, можно ли улыбаться в такой важный
момент церемонии, все-таки ответила ему быстрой улыбкой. Всякий
раз, когда он видел ее заново — спокойные серо-зеленые глаза, милую
щелочку между передними зубами, цвет кожи розовый, как у ребенка,
разгоряченного надеждой и игрой, медь волос, не покорившихся даже
тяжести золотой короны, — он понимал, в чем заключено подлинное.
Ну а прочее — всего лишь пустое театральное зрелище.
Августейшая чета заняла свои троны, позолота которых не
мешала гнили точить липовые и ясеневые доски, а также, говорили, и
куски Истинного Креста и мирового дерева Иггдрасиля. Клавдий
произнес заученную речь так, что ее слышали все. И приняли ее
хорошо, решил он. Скорбь и похвалы были сбалансированы с тихим
изяществом, общая подоплека его действий изложена сухо и ясно, а
ситуация с Фортинбрасом и меры, принимаемые королем, описаны
подробно и звучно. Лаэрт, исполнив свой долг при коронации,
испросил разрешения вернуться в Париж, каковое, естественно, было
ему даровано вкупе с комплиментами по адресу Полония, в которых
только надутый собственной важностью старый придворный мог не
распознать отчуждающей чрезмерности.
Затем, когда Гамлет какой-то невнятной игрой слов ответил на
отеческий вопрос короля о его здравии, Гертруда удивила Клавдия
мольбой к сыну более не искать своего отца во прахе.
— Все живущее умрет, — мягко напомнила она ему, — и сквозь
природу в вечность перейдет.
Не самой меньшей из причин любви короля к ней была эта
женская практичность, трезво оценивающая все треволнения и
бредовые видения мужчин.
А когда мальчик (мальчик! В тридцать-то лет!) перед всем
слушающим двором многословно и недвусмысленно дал понять, что
только он один истинно скорбит о короле Гамлете, Клавдий уже сам
продолжил ее наставления в очевидном: люди смертны, каждый отец в
свое время терял отца, но недостойно мужчины и нечестиво
упорствовать в бесплодном горе.
— Помысли о нас, как об отце, — приказал он и напомнил ему: —
Ты всех ближе к нашему престолу.
Он подробно раскрыл тему своей любви, и пока он говорил, пока
один ямбический оборот гладко сменялся другим, его внимание
внезапно отвлек птичий гам — скворцов, решил Клавдий, не таких
хриплых, как грачи, — в голубизне окон вверху. Птицы, чуя весну в
разгар зимы, оживились и слетелись на нагретую кровлю из
крошащейся черепицы.
Некоторые придворные подняли глаза к окнам: быть может,
разыгрывавшаяся перед ними драма слишком уж затянулась. День
разворачивался вверху, отбрасывая ромбы солнца на многоцветность
одежд в зале и на широкие дубовые половицы, истертые и
выщербленные. В старину скучающие рыцари грохотали копытами
своих коней по каменным ступеням и затевали поединки под балками,
под взятыми в плен знаменами, выцветшими и обтрепавшимися.
Клавдий кончил разговор с Гамлетом, без обиняков объявив то, о
чем другие много лет мялись сказать прямо — что не хочет
возвращения Гамлета в Виттенберг.
— Оно с желаньем нашим в расхожденье. — Он посмаковал
властное звучание этих слов, но смягчил их, с чувством попросив
своего упрямого племянника остаться: — Здесь в ласке и утехе наших
взоров, наш первый друг, наш родич и наш сын.
Гертруда сыграла свою роль, добавив:
— Пусть мать тебя не тщетно просит, Гамлет; останься здесь, не
езди в Виттенберг.
Оказавшись в капкане этих двух изъявлений любви, принц из-под
нахмуренных бровей вгляделся в два сияющих пожилых лица —
висящие перед ним, точно фонари, ненавистные светильники,
ожиревшие от ублаготворения, здоровья и неугасающих плотских
желаний. Он сухо согласился, лишь бы отгородиться от слепящей
багровости их общих настояний:
— Я вам во всем послушен.
— Вот, — воскликнул Клавдий, выбитый из колеи этой внезапной
уступкой, — любящий и милый нам ответ.
Они его заполучили. Теперь он их. Воображение короля, забегая
вперед, уже рисовало беседы мудрых наставлений и остроумной
пикировки, которыми он будет наслаждаться в обществе своего
эрзацсына, единственного, кто равен ему умом в замке, не говоря уж о
том, какие прочные позиции завоюет ему такая семейная идиллия в
сердце матери мальчика, вновь обретшей любовь к нему.
Занимается эра Клавдия, она воссияет в анналах Дании. Он, если
умерит свои плотские эксцессы, просидит на престоле еще лет десять.
Гамлет, когда корона перейдет к нему, как раз достигнет сорока лет,
идеального возраста. Они с Офелией уже обзаведутся наследниками,
будто цепочкой утят. Гертруда будет мягко исчезать из памяти
народной как его благочестивая седовласая вдова. В упоении этих
предчувствий король, встав, чтобы удалиться, громовым голосом
возвестил, что в согласье принца вольном и радушном — улыбка его
сердцу, в знак чего на всякий ковш, что он осушит нынче, большая
пушка грянет в облака. И его королева встала вместе с ним, сияющая в
своей розовой прелести, с лицом, озаренным гордостью за него. Он
взял ее послушную руку в свою, другой сжимая твердый скипетр. Он
сумел добиться своего. Все будет хорошо.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Далее, естественно, следует действие трагедии Шекспира. Живо
воскрешенными впечатлениями от нее автор обязан четырехчасовому
фильму «Гамлет» Кеннета Брана, вышедшего на экраны в 1996 году, а
также образам таких персонажей за сценой, как Йорик и король
Гамлет. Намек на воинскую службу Клавдия за границей можно найти
в действии IV, сцене VII, строки 83-84. О его умении соблазнять
упоминает Призрак (действие I, строки 43-45). «О Гамлете» Салвадора
де Мадариаге (1948 г., переиздание 1964 г.) перечисляет некоторые из
многочисленных небрежных противоречий в пьесе (явная
невидимость Горацио до того, как Гамлет радуется его возвращению в
первом действии (сц. II, стр. 160), хотя он в Эльсиноре уже два месяца;
а также причуды климата, который через четыре месяца после «сна в
яблоневом саду» оборачивается «жестокой стужей» на парапете замка,
а затем позволяет Офелии собирать майские и июньские цветы, а
также подчеркивает непробиваемый эгоцентризм Гамлета, проводя
параллель между пренебрежением принца по отношению к
собеседникам и пренебрежением драматурга по отношению к
зрителям. «Совершенство Гамлета» Уильяма Керригана (1994 г.),
абсолютно позитивное и восторженное рассмотрение трагедии,
содержит нижеследующий пронзительный вывод из истолкования
книги Г. Уилсона Найта «Колесо огня — истолкования шекспировской
трагедии» (1930 г.; переиздание 1949 г.): «Если не считать сокрытия
убийства, Клавдий кажется хорошим королем, Гертруда — благородная
королева, Офелия — клад нежной прелести, Полоний — занудный, но
вовсе не плохой советник, Лаэрт — типичный юноша. Гамлет их всех
обрекает на смерть».

Примечания
1
король в зародыше… животворное начало (лат.).
2
Рыцарская поэма (фр.).
3
печальный (фр.).
4
печаль (фр.).
5
Бог — соответственно по-немецки, по-французски, по-
провансальски, по-испански.
6
Уйди! (итал.)
7
возлюбленная в далекой земле. (прованс.)
8
Королева… не курица (итал.).
9
Любовь, смерть (лат.).
10
Время позднее… Идем быстрее (итал.).
11
День у вас прошел хорошо? (итал.).
12
Да, да, день был превосходный. А у тебя? (итал.).
13
Очень хорошо, синьор. Пусть волк сдохнет (итал.).
14
Пусть волк сдохнет! (итал.)
15
Далекая принцесса (фр.) или «принцесса Греза» в переводе Т.Л.
Щепкиной-Куперник. Согласно легенде — графиня Триполи, которой
заочно отдал свое сердце провансальский трубадур Джауфре Рюдель.
16
амбразура (фр.).
17
песни (фр.). Здесь: произведения трубадуров.

Скачать:PDFTXT

одолженном охотничьем домике,их скромные трапезы, часто забываемые в пиршестве ихсладострастья, и тот день дождя — дождя, преобразившего молодуюлиству за узким окном-амбразурой в зеленую дымку, барабанящего почерепице, — тот день, когда