«Божественный Тит», Г) -и в истории он навеки остался образцовым в нравствен-
ком отношении правителем.
211-213 Ерусвлим от них падет..- Разрушение Иерусалима совершилось после
начала христианской проповеди и воспринималось христианами как правое возмез-
дие сжестоковыйным» иудеям.
218-718 цужаки, испанцев и афров отродье.- Петрарка имеет в виду так назы-
ваемых солдатских императоров П в. н. э. и позднейпгих христианских правителей
Римской империи, которых и перечисляет без всякой хронологической последова-
тельнести в одном из писем «К домашним»: «Если уже воспретели паркя, чтобы
Ромулова рода были кесаря. вороти нам, Фортуна, хоть Феодосиев из Испании. хоть
Северов из Африки. хоть Филинпов из Аравии, хоть Алексавдров из Сирии» {20, 2).
Множественное число здесь уничижительное, т. е. понимать следует «хоть какого-
нибудь аравийского Филиппа» и т. д. Неясно. почему Петрарка от Тита переходит
прямо к Сентимию Северу, пропустив золотой для Империи век династии Антони-
нов (от Нервы и Траяна до Маркя Аврелия) ,- возможно. это подкрепдяет концепцию
нопрестанного упадка, в котором еще допустим один перерыв (Веспасиан и Тит),
но два перерыва уже компрометируют концепцию. Высказываемое порой мнение,
что испанским отродьем Петрарка именует родившегося в Испавин Траяна, абеурд-
но — Траян входил в число образцовых императоров изравне с Августом и Титом.
290 ‚.сириянин томный…- Александр Север (см. предыдущее примеч.). °
291-293 ролл свирепый… боатливый грек… далмат… Бореево племя…- Гала —
Карл Воликий («Старческие письма», 20. 1): далмат — Максимин Фракияния (там
же); Бореево племя — Оттон и его преемники (там же), Хронологическая последова-
тельность не соблюдается: Александр правил в 222-235 гг. Карл Великий в 800—
814 гг, Максимин в 235-238 гг.. Оттов в 962—973 гг. но это пля Петрарки норма и
никакие гипотезы, противоречащие собственному свидетельству поэта, не выравни-
вают этот перечень до соответствия исторической последовательности правлений.
Предположения можно строить только 0 бодтливом греке: вероятнее всего, это
Юлиан Отступник (361—363), почти ве знавший латыни, но бывший превосходным
греческим оратором.
307-12 ‚в усобице лютой взбымет чернь клинки, и когда бы знатный отвагой
доблестный муж..- Не совсем ясно, с каком «доблеством муже» идет речь. Петрар-
ка, чъи письма и малые позмы часто дублируют’ или (реже) поясняют многие пас-
сажи «Африки», в данном случае молчит, Комментаторы полагают, что имеется в
виду «усобица», затеянная самозванным «трибуном» Кола ди Риенци, причем. по мне-
вию большинства, «доблестный муж» и есть Кола ди Риенци, объявивший Рим рес-
публикой и пытавшийся вернуть ему не только прежнюю славу. но и прежнюю
власть, Только Коррадини считает, что Петрарка говорит о Стефане Колонна, с ко-
торым был дружен и который погиб в результате упомянутого «древнеримского» пе-
реворота. Мисвие Коррадини никак нельзя признать верным: «доблестный муж» не
погибает, а усмиряет мятеж, Первый мятеж Кола ди Риенци подавил (и тогда по-
гиб Стофан Колонна}, через две недели вспыхнул новый и «трибуну» пришлось бе-
жать, через три года он вернулся, но вскоре при активном участия семейства Колон-
на вспыхнул третий мятеж и «трибун» был убит — выходит «доблестным мужем»
может быть или он сам, или какой-то Колонна (но не Стефан), способствовавний
его ниспровержению, причем последнее вероятнее. так как первый мятеж был усми-
рен очень ненадолго,- однако среди родичей Стефана никто особенно не выделялся,
С другой стороны, хоть Петрарка и дружил с семьей Колонна, но некоторое время
активно перенисывался с Кола ди Риенци — их объедииял «древнеримский патрио-
тизм», которым так проникнута «Африка». Итак. любая версия может быть под-
креплена аргументами, но еще скорее опровергнута. Между тем первое, что должны
были бы утверждать интерпретаторы, это что ст. 307—312 являются позднейшей
вставкой. Как известно, первые четыре песни поэмы были готовы к 1341 г. полу-
чив лавровый венок, Петрарка принялся за пятую. Кола ди Риенци был в ту пору
всего лишь подающим надежды молодым нотарнусом: переворот он совершил в
41347 г., вернулся в Рим и был убит в 1350. Чтобы упомянуть в поэме о нем (или о
Стефане Колонна), Петрарка должен был вставить не менее шести стихов во внол-
не готовую ТУ песнь чуть ли не через 10 лет после ее создания, давным-давно разо-
чаровавшись в «трибуне» и раздружившись.с Коловна, А если ст. 307—312 написаны
268 Примечания
до 1341 г.. то они подразумевают какие-то более ранние события — городские распри
были для Рима нормой, о чем ясно сказано в ст. 304. События эти, судя по кратко-
сти упоминания о них, были достаточно широко известны. Возможным представлиет-
ся предположение, что Нетрарка имеет в виду полководца Стилихова, который в
начале У в. н. э. умелым посредничеством спасал остатки «сущих римлян» от ист-
ребления. Стилихон был покровителем Клавдия Клавдиана, хорошо известного в
средневековой Европе, и тем самым тоже был известен, так как Клавдиаи писал
ему панегирики,— правда, замирителем ни в одном из них Стилихон не представлен,
так что хотя он больше подходит на роль «доблестного мужа», чем Кола ди Риен-
ци, однако и эта версия остается гипотетической. Ясно лишь то, что речь идет об
эпохе, когда в Риме рядом с «сущими римлянами» (коренвыми жителями Рима)
обреталось множество опасных для них не-римлян,— и самоочевидно, что таковыми
были состоящие на императорской службе гермавцы, которые в случае резви без
сомнения одержали бы верх над мирными обывателями. Хронологическое простран-
ство поиска чрезвычайно обширно: уже до взятия Рима Аларихом императоры дер-
жали на службе «варваров» (сам Стилихон был вандалом), армии же средневеко-
вых императоров-германцев были сплошь «варварские». Сложность толкования за-
ключается в том, что Петрарка говорит о хорошо известной ему городской распре, не
завершившейся кровопролитием благодаря хороню известному герою, и не сомне-
вается в общеизвестности события — а для коммевтатора задача выбрать из многих
мятежей один оказывается практически неразрешимой.
32% ‚.тотя и во прахе…- Схолиаст: «Пусть в осколки разбитый».
330—311 цих в спину лучистым стрекалом Люцифер гонит, но тень от двоих еди-
ная зрима.— Ср. описанный Овиднем уход Орфея с Езрядикой из подземного цар-
ства («Метаморфозы», Х1, 1—66). Когда Орфей, уже потеряв Евридику, бредет по
Родопским горам, то «в спину ветер его холодным тычет стрекалом».
34 Все, что взрослб, умрет и всякая младость увянет…- Ср. у Саллюстия: «Все
рожденное умнрает и все возросшее стареет» («Югуртинсках война», 2). Схолиаст
но поводу слова «увянет» замечает: «Слово сие вовсе не подходит ни к чему моло-
дому, ибо „увядать“’ значит то же самое, что „разрушаться“, а потому скажи „и со-
старится всякая младость“».
349 .вы — словно тень, словно прах… Ср. в оде Горация к Манлию Торквату:
Но в небесах луна за луной обновляет ущербы —
мы же, нисшедшие в сень,
где благочестный Эней, где Тулл и Анк пресвятые
в прах обратимся и в тень.
(ТУ, 7, 13—16; рифмы в переводе
воспроизводят рифмы оригинала)
353-35% Взгляни отсюда, как мало держит земли в рубежах держава жалкая
наша…- Ср. у Цицерона: «Земля показалась мне до того малой, что пожалел я о
нашей державе, которая виделась словно была точкой на шарике» («Сов Сципио-
на», ХУТ, 16).
360—406 Много ль величия в сем? — Ср. у Цицерона: «Да и какую честь можешь
ты стяжать от молвы людской, какую вожделенную славу? Ты зришь, сколь редки
и тесны на земле обитаемые страны, но и сии обжитые людьми, словно бы пятна,
располосованы обширными простраяствами пустынь а посему насельники оных
стран (…) разделены настолько, что никаких сношений между собой иметь ве могут
{…) Притом ты видишь, что эта твоя земля окружена и объята словно бы поясами,
из коих два, наиболее отдаленные друг от друга и — каждый со своей стороны — под-
пирающие небесвые полюсы, скованы, как ты и сам прамечаешь, льдами, а средний
и самый широкий пояс иссушен солнечным жаром. Обитаемы два пояса, но ия оных
к южному, жители коего при хождении обращены к вам подошвамиа, вы ве имеете
никакого касательства, а что до другого, прилежащего северу пояса, где вы и оби-
таете, то гляди сам, сколь узкою полосою достигает он вас. Воистину, вся населяе-
мая вами земля (<…) есть лить островок, омываемый морем, которое вы у себя на
Песнь вторая 265
земле зовете то Атлантовым, то Великим, то Океаном, однако же ты и сам видишь
коль оно — при таковых-то своих именах! — мало. Так неужто из сих знакомых и
обитаемых краев твоя или вообще хоть чья-нибудь слава сумела перешагнуть через
этот вот Кавказ или перенлыть этот вот Ганг, которые ты созерцаешь? Неужто хоть
кто-то и чуждых краях на дальнем востоке или на дальнем занаде или на дальнем
севере услышит звук имени твоего? (<…) Ты и сам отлично видить, сколь тесны
пределы, в коих можно распространиться вашей славе. Да и люди, которые ныне о
вас говорят, долго ли им осталось говорить?» (Там же, ХЕХ, 20-ХХ, 22)
| 371-319 как гласили алеяне древле…- Ср.: «Илиада», т 423; ХХИЕ 206; «Одис-
сея», Г, 23; ТУ, 84. Гомеровское предание о непорочвых эфиопах, гостеприимцах бо-
гов, прочно укоренилось во всей античной литературе (т. е. и в латинской также),
хотя часто с отсылкой к авторитету Гомера.
33° Гапробана -. Цейлон (Шри Ланка).
0 Гибернийские брега — Ирландия. Обозначение четырех стран света конкрет-
ными (но, по возможности, дальними) ориентирами было устойчивой традицией в
античной, особенно латинской, поэзии,
мить взоры горб и созерцать сию обитель и вечное пристанище, то не внамай тол-
кам толпы и ие уповай получить от людей награду за подвиги твои; надобно, чтобы
сама доблесть собственною своею красою увлекала тебя к истинной славе, Что о
тебе скажут другие, то пусть для них же и будет заботою, {…) однако все их раз-
говоры будут замкнуты в тесноте наблюдаемых тобою стран, и никакая молва не
навек, но вместе с людьмя ложится в могилу и, забвенная потомками, истлевает»
(«Сон Сципиона», ХХШ, 25). Ст. 420 переведен по конъектуре Коррадани.
41-42 Зрю сквозь веков череду, как родится в пределах Этрусскит…- Петрар-
ка, мало бывавший во Флоренции и чувствовавний себя дома только в Воклюзе,
тем не менее всегда именует себя флорентийцем. Флоренция находится в Тоскане,
т. е. в Этрурии (этруски назывались также «тусками», в поэме второму названию
отдается почти абсолютное предпочтение). Эннием новым.- См. примеч. 1, 1.
443—146 привел еще без ладу и складу ненаряженных муз..- На протяжении
поэмы Энний неизменно квалифицируется как «грубый» поэт. Этот эпитет почти
всегда передается словом «газ» и предположительно мог первоначально иметь в
качестве дополнительного значения указание на родину поэта — калабрийский го-
род Рудии (ВиФае), жители которого обычно назывались «рудины» (Види),
«Энний из Рудий» по-латыни звучало как «Епти!из ги 5» — и это же значило «грубый
{неотесанный, необразованвый) Энний». Кроме того, слово гид!» значило «дубин-
ка, «тросточка» — при том что «56110» значило «посох», а Энний был в дружбе со
Сципионами, особенно с Публием Африканским (Старшим). Не исключено, что от-
носимый к Эннию некоторыми позднейшими римскими