въ силахъ высказать ясно. Вотъ что: Прочелъ превосходное мѣсто въ М[ысляхъ] М[удрыхъ] Л[юдей] Конфуція на 29 Ноября: Небо и земля велики, но….. и подумалъ о томъ, что говорить о томъ, что основа всего есть1152 тѣлесное, и что духовное есть произведеніе тѣлеснаго, все равно, что сказать, что основа моей тѣлесной жизни есть та пища, к[отор]ой я питаюсь. Хотя и совершенно справедливо, что безъ пищи я бы не могъ жить и что все мое тѣло есть только превращенная пища, вся моя тѣлесная жизнь не есть пища, а пища есть одно изъ условій моей тѣлесной жизни, к[отор]ая состоитъ изъ сложнаго моего организма со всѣми его отправленіями. Тоже самое и про1153 матерію и духовное существо. Хотя я не знаю моего духовнаго существа безъ тѣла, но я знаю, что тѣло есть только одно изъ условій моей духовной жизни, состоящей изъ непостижимаго разумомъ, но только сознаваемого мною начала. Не было бы организма, не было бы нетолько пищи, но и самаго понятія пищи. Точно также, не было бы сознаваемаго мною духовнаго начала, не было бы ни матеріи, ни этого понятія. Начало всего — мое духовное сознаніе жизни. Сознаніе это получаетъ отъ внѣшнихъ чувствъ впечатлѣнія и изъ нихъ составляетъ міръ матерьяльный.
1154Нача[ло] всего — это духовное я. И оно1155 внѣ времени. Оно есть, было и будетъ. (Нѣтъ, не то, и сравненіе неумѣстно).
1 Декабря 1906. Я. П.
Чувствую себя очень слабымъ, но душевное состояніе все тоже — очень спокойное <и радостное>. Не радостное, а довольное. Только теперь понялъ, какъ важна внутренняя работа въ одиночествѣ, съ Богомъ: останавливать себя въ дурныхъ мысляхъ не любовныхъ, недобрыхъ, въ раздраженіи нетолько на животныхъ, но на вещи. Зацѣпился: «ахъ, чортъ». Не надо. Въ мысляхъ тщеславныхъ, не говорю уже похотливыхъ, ловить себя и понимать, чувствовать всю свою гадость и бороться съ ней. Только когда одинъ съ собой, съ Богомъ, и можно работать надъ собой. А когда съ людьми, то уже поздно. Когда съ людьми, то поступишь хорошо, только когда заготовилъ это въ единеніи, въ tête-à-tête1156 съ Богомъ. Это и есть настоящая молитва. Немного времени практиковалъ это, а уже чувствую плоды радостные.
1157 Нѣтъ-нѣтъ и вспомню о Машѣ, но хорошими, умиленными слезами, не объ ея потерѣ для себя, а просто о торжественной, пережитой съ нею минутѣ отъ любви къ ней. Записать:
1) Какъ живо чувствую теперь, что основа, жизнь есть божественная частица, сознаваема[я] нами любовью. Насколько соскакиваютъ животныя страсти, отсыхаетъ и спадаетъ кора животности, настолько высвобождается оно, божеское начало — любовь, к[оторая] и есть и была и въ дѣтствѣ и въ юности сущность жизни, прикрытая, преобразованная тогда страстями.
2) Если понялъ не однимъ умомъ, a всѣмъ внутреннимъ опытомъ жизни, что1158 жизнь, смыслъ,1159 благо ея только въ высвобожденіи заваленной, засоренн[ой], затемненной духовной основы жизни; если понялъ и положилъ въ этомъ жизнь, то чѣмъ же инымъ можетъ представляться смерть, какъ только полнымъ высвобожденіемъ этого духовнаго начала отъ того, что скрыва[етъ] его1160 — отъ ограниченія плоти. И потому смерть должна бы быть не страшна, а желательна, какъ полное осуществленіе того, къ чему1161 шла вся жизнь.1162 Мы всегда инстинктивно ждемъ, ищемъ, желаемъ будущаго, торопимъ его пришествіе. Смерть, правда, приходитъ чаще съ страданіями и трудомъ перенесенія ихъ, но ничто хорошее не приходитъ, какъ роды (евангельское сравненіе), безъ страданій. Но1163 женщина, зная, что она рожаетъ, не боится страданій и смѣло, радостно идетъ на нихъ. Также должны и мы встрѣчать смерть. И это не слова, а я вѣрю въ это. —
3) Сейчасъ чувствую себя очень слабымъ, нетолько членами тѣла, но мозгомъ, умомъ. Не могу думать ясно и напряженно, и странное дѣло, въ этомъ слабомъ состояніи я сознаю свою жизнь и смыслъ ея и добра, свое дѣло въ жизни лучше, чѣмъ въ самыя свѣтлыя въ умственномъ отношеніи времена. Умъ, энергія ума, быстрота его совсѣмъ не нужны для пониманія и исполненія закона жизни. Скорѣе напротивъ: сила божія въ слабости совершается. —
23 Декабря. Я. П. 1906.
Нѣсколько дней нездоровъ, хорошо думается, радостная готовность къ смерти. Записать:
1) Одни говорятъ (матеріалисты), что дѣйствительно есть только тѣло, духъ же есть иллюзія, огонекъ, загорающійся на немъ. Другіе (идеалисты) говорятъ, что дѣйствительно есть только духъ, a тѣло есть временная иллюзія, порождаемая ограниченностью духа. Кто правъ? Признай первое, удовлетворяй требованіямъ тѣла, и на каждомъ шагу разочарованіе, раскаяніе и все большій и большій страхъ неминуемой смерти. Признай второе, и все больше и больше успокоенія, радости, свободы и нетолько безстрашіе смерти, но нѣтъ ея. Какое же можетъ быть сомнѣніе?
2) Я просыпаюсь въ постели и сознаю себя такимъ, какимъ я былъ въ 35 лѣтъ. Это не то что я вспоминаю, а я именно такой. Мнѣ надо вспомнить, чтò я теперь, чтобы сказать, что это — воспоминаніе. А это не воспоминаніе, а это то, что я теперь и такой, какой я теперь, и такой, какой я былъ 40, 30, 20, 10 лѣтъ тому назадъ. То, что я называю воспоминаніемъ, есть только сознаніе невозможности проявить себя тѣмъ, чѣмъ я есть: соединеніемъ всего того, что я пережилъ во времени.1164
28 Дек. 1906. Я. П.
Нездоровье прошло, но осталась сердечная слабость. Сильные перебои. И хорошо. Очень серьезно хорошо. Странно, только теперь, когда я наканунѣ смерти, я начинаю жить настоящею жизнью: для себя, для Бога, независимо отъ людей. И какая это сила. Я не вполнѣ еще овладѣлъ ею, но чувствую ее временами. Писалъ за это время: исправленный Кр[угъ] Чт[енія] и законъ Божій для дѣтей. Очень трудно, но, если Богъ позволитъ — могу сдѣлать. Много нужно записать, и хорошаго, но сейчасъ не могу — поздно, вечеръ.
Живу и часто вспоминаю послѣднія минуты Маши (не хочется называть ее Машей, такъ не идетъ это простое имя тому существу, к[оторое] ушло отъ меня). Она сидитъ, обложенная подушками, я держу ея худую милую руку, и чувствую, какъ уходитъ жизнь, какъ она уходитъ. Эти четверть часа одно изъ самыхъ важныхъ, значительныхъ временъ моей жизни.
29 Дек. 1906. Я. П.
Здоровье тѣла слабо, душевное хорошо. Вышло «Что же дѣлать». Непріятно, слабо, a несомнѣнно правда. Хотѣлъ не писать больше статей, а статья О Зн[аченіи] Рев[олюціи] и письмо офицера и нынче замѣтка о Что же дѣлать требуютъ. Главное, надо написать о томъ, что всѣ ихъ теоріи историко-экономическія, все это только оправданіе скверной жизни, все это только топтаніе въ тупикѣ, изъ к[отораго] нѣтъ выхода. — Записать:
1) Что значитъ любить Бога? Любить Бога значитъ любить то Все, чего я сознаю себя частью.
2) Ужасно, когда человѣкъ,1165 вообразившій свою жизнь въ тѣлѣ, видитъ, что тѣло это разрушается, да еще съ страданіями! Для человѣка,1166 понимающаго свою жизнь въ духѣ, разрушеніе тѣла есть только усиленіе духа;1167 страданія же1168 необходимыя условія этого разрушенія.
3) Записано: «Спартанство и изнѣженность…» Не помню, должно быть, что въ нашемъ общест[вѣ] потеряно сознаніе грѣха изнѣженности. Всѣ или большая часть изобрѣтеній, к[отор]ыми мы гордимся,1169 отъ жел[ѣзныхъ] дорогъ до телефон[овъ], направлены на усиленіе изнѣженности.
4) То, что въ нашемъ мірѣ считается единственной и самой важной наукой: естеств[енныя] науки, политико-экономія, исторія (какъ она изучается), юриспруденція, соціологія и пр., совершенно такія же не нужныя и большей частью ложныя знанія, какова въ старину была «наука», включавшая въ себя богословіе, алхимію, аристотелевск[ую] философію, астрологію.
5) Невозможно обнять съ матерьяльной точки зрѣнія всякое явленіе жизни. (Записано такъ): Тщетны попытки выразить словомъ… Не помню.
6) Записано такъ: Каждый занятъ собой, думаетъ, что онъ или по крайней мѣрѣ, его современники….. Не помню.
7) У древнихъ мысли не было о возможности жить безъ власти и безъ раздѣленія на народы; теперь мысль эта уже есть, и нельзя спрятать ее и передѣлать ее сообразно жизни, a неизбѣжно жизнь передѣлать по мысли. Такъ и будетъ.
8) Какъ кажется несомнѣннымъ то, что богатымъ жить лучше, чѣмъ бѣднымъ, а между тѣмъ какъ это несомнѣнно несправедливо. И несправедливо не только до извѣстной степени, но всегда и до конца: самая большая бѣдность лучше небольшой бѣдности, и самое большое богатство хуже средняго. Всѣмъ совершенно равно, и потому тому, кто понимаетъ это, не зачѣмъ измѣнять свое положеніе. Какъ вода вездѣ на одномъ уровнѣ, такъ и возможность счастія людей въ зависимости отъ богатства или бѣдности.
9) Записано для себя: перестать писать о общ[ественномъ] устройствѣ, а только о религіи. И какъ разъ уже теперь чувствую необходимость написать объ историческ[ихъ] теоріяхъ и свободѣ воли и потому — о нравственности.
10) Какъ тщетны всѣ убѣжденія о лучшемъ устройствѣ всякаго рода политиковъ, соціалист[овъ], революціонеровъ, такъ тщетны и мои. Дѣлай то, что можешь, для себя въ той области, гдѣ ты властенъ, a послѣдствія предоставь той силѣ, отъ к[оторой] они зависятъ.
11) Часто удивлялся на путаницу понятій такихъ умныхъ людей, какъ Вл[адимиръ] Соловьевъ,1170 (сказалъ бы: Булгаковъ, если бы признавалъ въ немъ умъ), и теперь ясно понялъ, отчего это. Все отъ того же (какъ и во всей теперешней наукѣ) признанія государства, какъ чего-то независимо отъ воли людей существующаго, предопредѣленнаго, мистическаго, неизмѣннаго.
12) Я огорчаюсь тѣмъ, что не увижу при жизни послѣдствій своей дѣятельности, a вмѣстѣ съ тѣмъ огорчаюсь тѣмъ, что не нахожу въ жизни случая такой дѣятельности, при к[отор]ой я бы былъ совершенно увѣренъ, что мною не руководитъ желаніе славы людской. У меня есть то самое, что мнѣ нужно, а я жалуюсь.
13) Въ современной литературѣ намъ съ одинаковой притягательностью предлагается все, что производится. Чѣмъ дальше назадъ, тѣмъ меньше предлагаемое: бòльшая часть отсѣяна временемъ; еще дальше — еще больше. Отъ того такъ важны древніе. Предлагаемая литература имѣетъ видъ конуса вершиной къ низу. Близко къ этой вершинѣ Браминская мудрость, китайская, буддизмъ, Стоицизмъ, Сократъ, христіанство; дальше, расширяясь, идутъ Плутархъ, Сенека, Цицеронъ, Маркъ Аврелій, средневѣковые мыслители, потомъ Паскаль, Спиноза, Кантъ,1171 энциклопедисты, потомъ писатели XIX вѣка и наконецъ современные.1172 Очевидно, и среди современныхъ есть такіе, к[оторые] останутся, но трудно попасть на нихъ, во 1-хъ, п[отому], ч[то]ихъ такъ много, что нельзя пересмотрѣть всѣхъ, а во 2-хъ, п[отому], ч[то] т[акъ] к[акъ] толпа всегда глупа и безвкусна, выставляется на видъ только самое плохое.
14) Записано для Дорикова Кр[уга] Чт[енія] 1) о томъ, что обряды должно замѣнить разумное пониманіе жизни, и 2) что веселье бываетъ хорошее и дурное. Часто думалъ объ обрядахъ. Опасно то, когда исполненіе обряда признается добрымъ поступкомъ, но жалко и лишиться обрядовъ. Нѣкоторымъ они нужны. Подумалъ о томъ, хорошо ли бы было ввести, н[а]п[римѣръ], обрядъ въ томъ, чтобы при встрѣчѣ съ каждымъ человѣкомъ войти въ общеніе