1—4 — отдел «Смесь»); в С 5 отнесено к 1805 г.
Датируется: предположительно 1805 г.
Основанием для датировки является как указание самого поэта в С 5, так и время чтения произведений немецкого поэта Готлиба Конрада Пфеффеля (1736—1839). Как установлено при работе с архивом и библиотекой поэта (ПМиЖ. Томск, 1983. Вып. 10. С. 49—52), «Дружба» — вольный перевод, скорее даже ва¬риация на тему стихотворения Г.-К. Пфеффеля «Das Epheu» («Плющ»).
В оригинале это медитация чувствительного автора, начинающаяся приглаше¬нием читателя «посмотреть на ствол дуба», который «лежит на печальной равни¬не („in traurigen Gefilde»)». Плющ обвился вокруг него, «упал и умирает вместе с ним». Последняя строка—многословное излияние автора: «О дружба! тебя узна¬ет мое сердце в этой картине» («О Freundschaft! dich erkennt mein Herz in diesem Bilde»).
В переводе изменено не только название и размер (вместо 6-стопного ямба разностопный), но и вся образная система стихотворения. В «Дружбе» Жуковско¬го— иная лексика, иные образы, иной эмоциональный настрой. Стиль более воз¬вышен и торжествен. «Горная высота», «лежал во прахе», «перунами разбитый» — все это восходит не столько к сентиментальной, сколько к одической традиции. Справедливо и указание на связь идеи стихотворения с философией дружбы, ко¬торую исповедовал Жуковский в пансионе, и выступлений в Дружеском литера¬турном обществе (см.: Резанов. Вып. 2. С. 300—302).
Н. Реморова
15*
Моя тайна
(«Вам чудно, отчего во всю я жизнь мою…») (С. 67)
Автографы:
1) РНБ, оп. 2, № 2, л. 31 об.—черновой.
2) ПД. Р. I, оп. 42, № 73, л. 39—беловой, с некоторыми отличиями от печатно¬го текста («странно» вместо «чудно»; «Веселью ныне отдаю» вместо: «Покою ныне отдаю»).
3) РНБ, оп. 1, № 14, л. 62 —беловой.
Впервые: ВЕ. 1810. Ч. 50. №7. Апрель. С. 196—без подписи, с заглавием: «Моя тайна».
В прижизненные собрания сочинений не входило. Печатается по тексту ВЕ, со сверкой по автографу. Датируется: 1805 г. (см. ниже).
В различных изд. сочинений Жуковского стихотворение «Моя тайна» отнесено к 1809 (ПСС) или 1810 г. (Стихотворения. Т. 2. С. 503; СС 1). Основанием для да-тировки было время публикации в ВЕ. Однако положение автографа в рукопи¬си— рядом со стихотворением «Дружба» (автограф № 1) или со стих. «Дружба» и «Милосердие» (автограф №2) — позволяет датировать «Мою тайну» 1805 г. (под-робнее см.: ПМиЖ. Томск, 1983. Вып. 10). Другим аргументом в пользу такой да-тировки является перекличка стихотворения с одноименным произведением Г.-К. Пфеффеля «Mein Geheimnis» (см.: От Карамзина до Чехова. Томск, 1992. С. 61—67). Как уже отмечалось (см. примеч. к «Дружбе»), чтение этого немецкого поэта и перевод произведений из него относятся к 1805 г.
Установлено, что непосредственным источником «Моей тайны» является эпи-грамма французского поэта Франсуа Моржье (1688—1726) «Je donne а 1’oubli le passe…» (см.: Русская эпиграмма: XVIII — начало XX века. Л., 1988. С. 581). Жу-ковский мог знать о другом переводе этой эпиграммы, сделанном А. Котельниц-ким (Приятное и полезное препровождение времени. 1796. Ч. 10. С. 411). Но ду¬мается, соотношение миниатюры Жуковского с одноименным стихотворением Пфеффеля позволяет более глубоко определить ее связь с жизненной философией поэта.
Н. Реморова
Брутова смерть
(«Бомбастофил, творец трагических уродов…») (С. 67)
Автографы:
1) Pfeffel G.-C. Poetische Versuche. Bd. 6. S. 129 (Описание. № 1837) —черновой, без заглавия, на свободной части страницы.
2) РНБ, оп. 2, № 2, л. 18 об.— беловой, с заглавием: «Брутова смерть». В прижизненные собрания сочинений не входило.
Впервые: Бумаги Жуковского. С. 229 (по автографу № 2).
452
Печатается по тексту первой публикации, со сверкой по автографу. Датируется: 1805 г.
Традиционно издатели и комментаторы сочинений Жуковского относят эту миниатюру к 1808—1810 гг. (в С 9—к 1808; в ПСС —к 1810) без всякой аргумен-тации. Обнаружение чернового автографа на странице сочинений Пфеффеля (подробнее см.: ПМиЖ. Вып. 10. С. 53—54) позволило установить источник пере-вода— стихотворение Г.-К. Пфеффеля «Der Tod des Brutus» и уточнить время его выполнения.
Все переводы на страницах книг Пфеффеля из библиотеки поэта выполнены одним почерком, одинаковыми чернилами и относятся ко времени первого чте¬ния немецкого поэта, к 1805 г. (см.: БЖ. Ч. 3. С. 389), что подтверждается и ха¬рактером перевода, непосредственным толчком к работе над которым становится яркая запоминающаяся концовка миниатюры. Именно она сразу же получает по¬этическое оформление в переводе и остается без изменений до конца работы над остальным текстом, приобретающим под пером переводчика несколько большую, чем в оригинале, обобщенность, за счет чего смягчается ирония (подробнее см.: БЖ. Ч. 3. С. 388—391).
Ст. 1. Бомбастофил, творец трагических уродов…— Замена имени героя Пфеф¬феля «Gorgan» на Бомбастофил имела эстетический смысл. Для Жуковского это имя — символ высокопарности, напыщенности (от нем.: Bombast). Ср. в статье «Ра-дамист и Зенобия»: «Имею ли разборчивое ухо, легко оскорбляемое скрипом и визгом проклятых от Аполлона слов? враг ли я бомбаста? (…) И если ваша совесть не усумнится сказать, что вы совершенно чисты от всякого поползновения на га¬лиматью, бомбаст и прочие смертные грехи стихотворцев (…)» (ВЕ. 1810. Ч. 54. № 22. С. 103).
Н. Реморова
(«Перун мой изостри…») (С. 68)
Автографы:
1) Ramler K.-W. Fabellese. Leipzig, 1783. S. 223 — черновой карандашный на¬бросок напечатанной здесь же басни неизвестного автора «Der donnernde Jupiter» (Описание. № 1896), без заглавия.
2) РНБ, оп. 1, № 14. л. 62—беловой, с заглавием: «Милосердие».
Копия (РНБ, оп. 2, № 2, л. 31 об.) — рукою А. А. Протасовой. Идентична ав¬тографу № 2.
Впервые: ВЕ. 1810. Ч. 49. № 3. Февраль. С. 188 — с заглавием: «Баснь» и под¬писью: «Ж.»
В прижизненные собрания сочинений не входило.
Печатается по тексту ВЕ, со сверкой по автографу и восстановлением заглавия. Датируется: 1805 г.
453
Анализ характера перевода и места его расположения рядом с «Дружбой» и «Моей тайной» позволяют уверенно датировать стихотворение 1805 г. (см.: ПМиЖ. Вып. 10. С. 44—49). Басенная антология, составленная немецким поэтом Карлом-Вильгельмом Рамлером (1725—1798), стала источником для перевода «Милосердия».
В переводе изменено заглавие, объем, размер стиха и характер рифмы. Если в немецком оригинале два четверостишия с парной и опоясывающей рифмовкой, то в переводе—5 стихов шестистопного ямба и 1—одностопного, как бы отде¬ляющего «мораль» (итог) от основного повествования. Сокращение объема дости¬гается за счет отказа от некоторых частных деталей и пространных описаний дей¬ствия, что придало стихотворению большую динамичность и обобщенность, а внимание с гневного и карающего Юпитера (в оригинале) оказалось перенесено на Милосердие, умеряющее гнев надменного властителя.
Н. Реморова
(«Однажды пьяница смертельно занемог…») (С. 68)
Автограф (Pfeffel G.-K. Poetische Versuche. Bd. 3. S. 193 (Описание № 1837)— черновой набросок на свободной части страницы, непосредственно под немецким текстом стихотворения «Die Antipathie», без заглавия.
В прижизненные собрания сочинений не входило.
Впервые: ПМиЖ. Томск, 1983. Вып. 10. С. 52. Публикация Н. Б. Реморовой. Печатается по тексту первой публикации. Датируется: 1805 г.
Озаглавлено по названию текста оригинала. Датируется по времени чтения со-чинений Пфеффеля и перекличке с другими переводами из него (см. примеч. к стих. «Дружба», «Брутова смерть»).
Перевод Жуковского близок к оригиналу, в то же время в нем утратилась кон-кретность действия, принципиально важная для немецкого поэта. В оригинале жена «обливала слезами его лицо» («betrante sein Gesicht»), то есть слезы текли, ли¬лись на лицо, видимо попали умирающему в рот, который до сих пор «орошался» только вином. Отсюда и юмор последней строки. В переводе вторая строка пре¬вратилась в своеобразный штамп «оплакивания умершего»: «Жена к нему на грудь упала со слезами». Юмор подлинника оказался утраченным. По всей веро¬ятности, перевод не удовлетворил Жуковского, и оп так и не опубликовал его.
Н. Реморова
454
1806
Послание Элоизы к Абеляру
(«В сих мрачных келиях обители святой…») (С. 69)
Автографы:
1) РНБ, оп. 1, № 12, л. 20—21—черновой, с первоначальным заглавием: «От¬рывок» (зачеркнуто); затем — «Начало послания Элоизы к Абелару».
2) РНБ, оп. 1, № 14, л. 33—34 об.— беловой, с заглавием: «Послание Элоизы к Абелару (С английского)»; после ст. 86: «Могла ли не забыть людей, Творца, се¬бя!»— строка тире, под которой запись: «Продолжение может быть».
Копия (РНБ, оп. 1, №13, л. 16 об.—18 об.) — рукою А.А.Протасовой, с правкой Жуковского, с заглавием: «Послание Элоизы Абелару» и датой: «1806 в апреле».
В прижизненные собрания сочинений не входило. Впервые: С 10. С. 990.
Печатается по тексту С 10, со сверкой по автографу.
Датируется: апрель 1806 г. на основании указания Жуковского в копии.
Свободный перевод начала эпистолы известного английского поэта и перевод¬чика Александра Попа (Роре Alexander; 1688—1744) «Eloisa to Abelard» (1717).
Творчество А. Попа (Поупа) представлено в библиотеке Жуковского различ¬ными изданиями его сочинений, в том числе переводами Гомера (Описание. № 2649—2652), в составе английской поэтической антологии (№ 808), 9-томным лондонским собранием его сочинений 1766 г. (№2728), во 2-м томе которого в тексте «Послания Элоизы к Абеляру» поэт сделал отчеркивания и небольшие за¬писи, связанные с поиском французских эквивалентов для отдельных английских слов. Все это свидетельствует об устойчивом интересе Жуковского к творчеству английского поэта.
Начало интереса к эпистоле Попа может быть отнесено к 1802 г., когда, судя по письмам Андрея Тургенева, Жуковский был близок к созданию перевода. В письме от 31 декабря 1802 (13 января 1803 г.) из Вены Тургенев пишет: «…оставь уж мне испытать над ней мои силы» (Письма Андрея Тургенева. С. 418). Эту же просьбу он повторяет из Петербурга: «После первого письма твоего об «Элоизе» я было задумался и начал об этом размышлять и после второго (…) скажу тебе: брат, оставь мне „Элоизу»! Признаюсь тебе в моей слабости, я ни к чему иному не готов, о ней много думал, а теперь не так легко к чему-нибудь другому пригото¬виться» (Там же. С. 420).
В 1802 г. в «Иппокрене» (Ч. 5. С. 337—357) был опубликован перевод «Эписто¬лы от Элоизы к Абельярду» (подпись: Им-нъ) с французского стихотворного пере¬ложения Л.-С. Мерсье, что подогревало желание молодых поэтов испробовать свои силы, сделав перевод с оригинала.
Перевод был осуществлен Жуковским в апреле 1806 г., но его замысел нашел отражение в планах, относящихся к 1805 г. Так, в списке «Перевести» первой сто¬
455
ит «Элоиза к Абеларду» (РНБ, оп. 1, № 12, л. 52 об.); дважды «Heloisa to Abelard» отмечена в «Планах сочинений в стихах» (РНБ, оп. 1, № 78, л. 25). Обращение к переводу произведения о страстной и драматичной любви теперь отвечало ду¬шевному состоянию самого Жуковского. Став учителем сестер Протасовых, Жу¬ковский, испытывая чувство любви к Маше, соотносил свое положение с положе¬нием героя эпистолы. Оставшись в одиночестве в Белеве, Жуковский выразил свое настроение, обратившись к ее переводу (см.: Резанов. Вып. 2. С. 27).
Перевод Жуковского остался неоконченным. В его планах было продолжение работы над переводом. Автограф № 2 заканчивается словами: «Продолжение мо¬жет быть». Характерно, что все пометы поэта в английском тексте «Heloisa to Abelard» сделаны в непереведенной части эпистолы. Жуковский, по всей видимо¬сти,