— закрытые, т. е. оканчиваются на со-гласную, что препятствует напевности стихотворения.
Совершенно иную ритмическую организацию находим у Жуковского, который строит стихотворную фразу как сложноподчиненное предложение, которое в силу своей семантической и синтаксической связанности произносится более слитно, не подчеркивая, а сглаживая стихотворную паузу.
Инверсии у Жуковского отсутствуют, речь льется плавно и фраза естественно завершается нисходящей интонацией.
Все рифмы в стихотворении Жуковского открытые, что позволяет продлить звучание строки, пропеть ее, положить на музыку.
Особую роль в стихотворении Жуковского играет рефрен, в котором при от-сутствии инверсии логическое ударение падает на слово «любовь», которое, кор-респондируя с находящимся также в сильной позиции словом «любим» (ст. 1. 5, 9), становится ключевым в «Песне», ее лейтмотивом. Ведь любовь для автора не только «счастье», «гений», но и «благость» — «высшая степень любви и милосер¬дия, соединение всех добродетелей» (В. Даль).
Я. Реморова
(«О счастье дней моих! Куда, куда стремишься…») (С. 73)
Автограф (РНБ, оп. 1,№14,л. 13 об.—14) —беловой. Копи и:
1) РНБ, оп. 1, № 13, л. 21 об.— рукою А. А. Протасовой, с датой: «1806 года в мае» и заглавием рукою Жуковского: «Подражание»; весь текст зачеркнут.
2) РНБ, оп. 2, № 1, л. 26—рукою М. А. Протасовой, с пометой Жуковского пе¬ред началом текста: «Не надо»; весь текст зачеркнут.
460
При жизни Жуковского не печаталось.
Впервые: ВЕ. 1883. Кн. 2. С. 810. Публикация П. А. Висковатова по копии № 2 (в рукописи помета Висковатова: «1808. В печати нет»), в подборке из 4-х сти-хотворений. В этой подборке датировано: «около 1810».
Печатается по тексту этой публикации, со сверкой по автографу.
Датируется: май 1806 г. на основании даты в копии № 1.
«Отрывок» является первым опытом поэтического перевода стихотворения Ф. Шиллера «Die Ideale» и вообще первым обращением Жуковского к творчеству великого немецкого поэта. Правда, И. И. Дмитриев в письме к Жуковскому от 8 июля 1805 г. сообщал: «…примите с этим вместе и благодарность мою за прият¬ное ваше письмо, за перевод Шиллеровой оды, который я прочитал два раза сря¬ду с великим удовольствием…» (Сочинения И. И.Дмитриева. СПб., 1893. Т. 2. С. 193), но никаких следов этого перевода обнаружить не удалось.
Подробнее о месте «Отрывка» в творческой биографии поэта см. примеч. к стихотворению «Мечты».
О. Лебедева
Сафина ода
(«Блажен, кто близ тебя одним тобой пылает…») (С. 74)
Автографы:
1) РНБ, оп. 1, № 14, л. 11—беловой, с заглавием: «Ода Сафы к Фаону (Пе¬ревод)».
2) РНБ. оп. 1, № 12, л. 22 — черновой, без заглавия. Копи и:
1) РНБ, оп. 1, № 13, л. 22 об.— рукою А. А. Протасовой, с заглавием: «Ода Са¬фы к Фаопу» и датой: «1806 году в мае».
2) РНБ. оп. 1, № 15, л. 59—рукою В. И. Губарева, с заглавием: «Сафина ода». Впервые: ВЕ. 1807. Ч. 32. №5. Март. С. 44 — с заглавием: «Сафина ода» и
подписью: «Ж…Й».
В прижизненные собрания сочинений не входило. Печатается по тексту ВЕ, со сверкой по автографу. Д атируется:,май 1806 г.
Свободное переложение стихотворения древнегреческой поэтессы Сафо (7—6 вв. до н. э.). Являлось образцом изображения могучей любви, овладевающей всем су-ществом человека и несущей ему не только радости, но и жестокие страдания. Подражать ему начали еще в древности (Феокрит, Катулл, Лонгин). Н. Буало пе¬ревел его на французский язык. Позднее Ж. Делиль переделал этот перевод.
Самым ранним русским переводом «Сафииой оды» является перевод А. П. Су-марокова (1755). Вслед за ним появились переводы Г. Козицкого, И. Виноградо¬ва, Е. Люценко; дважды обращается к ее переводу Г. Р. Державин. В перевод трактата Лонгина «О высоком» включает свой стихотворный перевод И. Марты ¬
461
нов, а в примечаниях публикует перевод Ф. Эмина, выполненный с французского перевода Н. Буало. Также с французского перевода Буало делает свой перевод Д. Хвостов (подробнее см.: Свиясов Е. В. Античная лирическая поэзия в русских переводах и подражаниях XVIII—XIX веков: О библиографии // РЛ. 1988. № 2. С. 206—215). Вероятно, к самому началу XIX в. относится и перевод А. Ф. Мерз¬лякова с греческого подлинника (опубликован позднее), который писал осенью 1803 г. Жуковскому: «Пишу, перевожу (…). Тебя самого представляю я себе все¬гда почти в соединении или с Анакреоном или с Овидием, из которых кое-что пе¬ревожу…» (РА. 1871. № 2. Стб. 0145).
Увлечение поэзией Сафо вызвало к жизни не только переводы, но и попытки реставрировать в нечто целое уцелевшие фрагменты ее произведений, дополнить недостающие части собственными текстами «в духе Сапфо». Появились подража¬ния и просто подделки (см.: Резанов. Вып. 2. С. 356), к числу которых принадле¬жал и перевод оды Сафо, сделанный Буало.
Именно перевод Буало стал источником для перевода многих русских авто¬ров. Этим же источником пользовался и Жуковский, однако он, вероятно, был знаком и с переделкой Ж. Делиля, который попытался создать подобие сапфиче¬ской строфы. В результате в ритмическом рисунке первых трех строк перевода Жуковский следует за Буало, а в четвертой — за Делилем.
Следуя за текстом Буало (и оригинала), Жуковский первоначально переводит стихотворение как обращение к женщине: «Счастлив, кто близ тебя одной тобой пылает…» Однако по каким-то причинам (возможно, под влиянием стихотворе¬ния Н. М. Карамзина, развивающего тему позднеантичного предания о любви Са¬фо к Фаону и включенного в прозаический текст «Афинской жизни»—Аглая. 1795. С. 26) Жуковский вносит изменения в ст. 1, 10, 12 своего перевода («Блажен, кто близ тебя одним тобой пылает»; «Блаженством страстныя тоски утомлена»; «И жизни лишена…») и вписывает заглавие: «Ода Сафы к Фаону».
Между тем во французском тексте (и в оригинале) речь идет об обращении женщины к женщине, и, поняв это, Жуковский, внеся еще несколько не меняю¬щих смысла правок, публикует стихотворение под новым заглавием, убрав из него упоминание имени Фаона,— «Сафина ода». Правда, как справедливо замечает Ре-занов, 9-я строка в окончательном варианте оказывается не совсем адекватной си-туации, изображенной в стихотворении (Резанов. Вып. 2. С. 361).
Н. Реморова
(«Когда она была пастушкою простой…») (С. 74)
Автографы:
1) РНБ, оп. 1, № 14, л. 10 об.—черновой, с заглавием: «Идиллия (С немецкого)».
2) РНБ, оп. 2, № 1, л. 22 — беловой, с заглавием: «Идиллия».
3) РНБ, оп. 1, № 12, л. 22 — черновой, без заглавия.
462
4) РНБ, оп. 1, № 13. л. 5 — беловой. Здесь же приводится собственноручный перечень стихотворений, внесенных в данную тетрадь, где указано: «Идиллия. Перевод».
Копии:
1) РНБ, оп. 1, № 13, л. 22 —рукою А. А. Протасовой.
2) РНБ, оп. 1, № 15, л. 59—59 об.— рукою неустановленного лица.
3) РНБ, оп. 2, № 2, л. 15 об.— рукою А. А. Протасовой, с датой: «1806 в мае». Впервые: ВЕ. 1807. Ч. 32. № 5. С. 44—45—с заглавием: «Идиллия» и подпи¬сью: «В. Ж…ий».
В прижизненных изданиях: С 1—5. В С 1—3 (отдел «Смесь») — с под¬заголовком: «Подражание» и датой: «1806», в С 4—без подзаголовка. В С 5 дати¬ровано 1805 г.
Датируется: май 1806 г.
Почему вместо собственноручного указания на то, что «Идиллия» — «перевод», появился ошибочный подзаголовок «Подражание» — не ясно. Однако именно он стал отправной точкой при обращении к стихотворению в работах Вс. Чешихина-Ветринского «Жуковский как переводчик Шиллера» (Рига, 1895. С. 6) и В. И. Ре-занова (Резанов. Вып. 2. С. 352—354), анализировавшего черновую рукопись. Ими была создана перекочевавшая во все последующие комментарии легенда о том, что «Идиллия» — вольное и сокращенное переложение стихотворения Шиллера «An Minna», переложение, в котором «жизненные краски» оригинала и «размер стиха—все вышло ослабленным у Жуковского» (Резанов. С. 352).
Имя Шиллера возникло у первых комментаторов, по всей видимости, в силу его большей известности и наличия в его творчестве общей для поздних просве¬тителей темы противопоставления сельской идиллии развращенному городу.
Как установлено при работе с архивом и библиотекой поэта (см.: БЖ. Ч. 3. С. 395—399; ПМиЖ. Вып. 13. С. 75—81), «Идиллия»—достаточно верный пере¬вод стихотворения немецкого поэта И.-В.-Л. Глейма (1719—1803) «Amalia» (1780), отмеченного Жуковским в оглавлении и в тексте первого тома сочинений немец¬кого поэта (Gleim J. W. L. Sammtliche Schriften. Bd. 1—4. Leipzig, 1802—1803), хра¬нящегося в его библиотеке (Описание. № 1135).
Изменив имя героини и название стихотворения, переводчик сохранил основ¬ную систему образов, заданную оригиналом и синтаксически подчеркнутую анти-тетичность состояния героини, сохранил объем стихотворения, характер авторско¬го отношения к изображаемому (принципиально отличного от шиллеровского). Разностопный ямб Глейма (4, 5 и 6 стоп) заменен 6-стопным (заданным первой строкой оригинала) с постоянными пиррихиями в 5-й стопе (14) и дополнитель¬ными во второй и третьей стопах (8), что придает движению стиха особую плав¬ность, усиленную чередованием мужских и женских рифм. При этом строки с жен¬ской клаузулой являются логическим и синтаксическим продолжением предыду¬щей строки с мужской клаузулой, что предопределяет более слитное их прочтение, отличное от парно рифмующихся, преимущественно мужских клаузул оригинала.
Н. Реморова
463
Прощание старика
(«Прости, мятежное души моей волненье…») (С. 75)
Автографы:
1) РНБ, оп. 1, № 14, л. 11 — беловой, с заглавием: «Прощание старика».
2) РНБ, оп. 1, № 12, л. 22 об.— черновой, с заглавием: «Старик».
3) РНБ, оп. 2, № 1, л. 20 об.— беловой, с заглавием: «Прощание старика».
4) РНБ, оп. 1, № 12, л. 5 —беловой. В списке «Сочинения с 1802 по 1807» за 1806 г. под № 18 — «Прощание старика, перевод. В мае».
Копи и:
1) РНБ, оп. 1, № 13, л. 23 об.— рукою А. А. Протасовой, с заглавием: «Проща¬ние старика» и датой: «1806 в мае».
2) РНБ, оп. 1, № 15, л. 60—60 об.—рукою В. И. Губарева.
3) РНБ, оп. 2, № 2 — рукою А. А. Протасовой. Перечеркнуто.
Впервые: ВЕ. 1807. Ч. 32. № 7. Апрель. С. 194—195, с заглавием: «Прощание старика» и подписью: «В. Ж…Й», без подзаголовка. В прижизненные собрания сочинений не входило. Печатается потекстуВЕ. Датируется: май 1806 г.
Подзаголовок в автографе № 4: «перевод» отсутствует во всех публикациях, кроме ПСС (Т. 1. С. 27). Между тем, как установил В. Э. Вацуро, источником вольного перевода для стихотворения «Прощание старика» явилось стихотворе¬ние французского поэта аббата Гийома де Шолье (1639/—1720) «Retirez-vous de moi, plaisirs tumultueux» («Удалитесь от меня, беспокойные наслаждения») — см.: Вацуро. С. 75—76.
При этом Жуковский вводит отсутствующий у Шолье мотив разрушения меч¬ты, тогда как в оригинале речь идет о прощании с «пустыми, роскошными удо-вольствиями», а любовь, которую он «теряет со слезой», у Жуковского не просто «нежное и тонкое чувство» («sentiment tendre, delicieux»), но «восторг души», «сла-дость тихая», определение же чувства как «живого и сладострастного» («volup-tueux et vif») Жуковский совсем опускает.
Как справедливо замечает исследователь, стихотворение написано в период «кульминации элегических настроений» (Вацуро. С. 75) в поэзии Жуковского и в этом смысле перекликается с грустными размышлениями, звучащими в «Отрывке перевода элегии» из Парни, относящемся к апрелю того же года.
Нельзя не заметить, что большинство стихотворений, написанных