в дневниковой записи от 25—26 февраля 1814 г.: «Говеть не значит: есть грибы, в известные часы класть земные поклоны и тому подобное…» (ПСС. Т. 12. С. 142).
[2]
(С. 251)
Автограф (ПД. Р. 1,оп. 9, №22) —беловой. При жизни Жуковского не печаталось. Впервые: Соловьев. Т. 2. С. 115.
Печатается по тексту первой публикации, со сверкой по автографу. Д ати р у ется: между 6 января и 22 февраля 1813 г.
Ст. 5—6. Берешься за Кателя, II За Гайдена, Генделя…— Катель Шарль-Симон (1773—1830) — французский композитор и музыкальный теоретик, автор учебни¬ка гармонии (Traite d’harmonie. Р., 1802); в конце 1822 г. Катель вместе с К. А. Ка-восом написал музыку к опере-балладе «Светлана, или Сто лет в один день» (либретто по мотивам баллады В. А. Жуковского «Светлана», представлена в Пб. 29 декабря 1822 г.). Гайдн Йозеф (1732—1809) — австрийский композитор, один из основоположников венской классической школы. Гендель Георг Фридрих (1685—1759) — немецкий композитор, тяготевший к синтезу хора и инструмен¬тальной музыки.
Ст. 8—16. И дев двенадцать спящих ~ Ты всех их пробудил…— Имеется в виду за-мысел А. А. Плещеева написать музыку к балладе Жуковского «Громобой».
Ст. 47. Белевский Гиппократ…— Гиппократ (ок. 460 — ок. 370 до н. э.) — грече-ский врач, основоположник научной медицины. Кого именно из врачей, близких к семейству Протасовых, Жуковский имел в виду, не установлено.
О. Лебедева
(Протасовым)
(«Друзья! Пройдет два дни…») (С. 253)
Автограф (ПД. Р. 1, оп. 9, № 16)—беловой. При жизни Жуковского не печаталось.
Впервые: РБ. 1915. № 1. С. 21. Публикация Н. В. Соловьева. Печатается по тексту первой публикации, со сверкой по автографу. Д ати руется: между 23 февраля и 13 апреля 1813 г.
612
Публикуя текст этого послания, Н. В. Соловьев отнес его к весне 1811 г. Такая датировка представляется сомнительной, потому что до начала мая 1811 г. Жуков¬ский был в Москве; кроме того, в послании, адресованном семейству Протасовых, присутствуют строки, обращенные к А. П. Киреевской, которая, судя по тексту по-слания, тоже находилась в Орле вместе с Протасовыми. Это обстоятельство ис¬ключает весну 1811 и 1812 гг.— в это время А. П. Киреевская жила в Долбине, имении ее мужа. Как явствует из мемуаров Т. Толычевой (Е. В. Новосильцевой), записанных со слов самой А. П. Киреевской или кого-то из ее близких родствен¬ников, последнюю треть 1812г., весь 1813 г. и первые месяцы 1814 г. А. П. Кире¬евская с детьми и сестрами А. П. и Е. П. Юшковыми прожила в Орловской губ., где у В. И. Киреевского было небольшое имение (РА. 1877. Кн. 2. № 7. С. 363—364). В Долбино она вернулась только в апреле 1814 г. (РС. 1883. Т. 37. № 1. С. 199—201), через год с лишним после смерти мужа (В. И. Киреевский умер в ноябре 1812 г., заразившись тифом в военном госпитале Орла). Реалии посла¬ния недвусмысленно свидетельствуют о том, что оно написано в период весенней распутицы, а единственная весна, которую А. П. Киреевская прожила вместе с Протасовыми, приходится на 1813 г. Крайние даты написания послания опреде¬ляются числами, на которые в 1813 г. пришлись начало Великого поста и празд¬ник Пасхи: ст. 30: «И стол, увы! грибовной…» (подробнее см. в комментарии к нему) косвенно свидетельствует о том, что послание написано во время Великого поста, т. е. между 23 февраля и 13 апреля 1813 г.
Ст. 18. Оставьте сей Орел…— Обстоятельства, при которых все родственники Жуковского оказались в Орле, а он сам остался в Муратове, можно реконструиро¬вать из сравнения реалий комментируемого послания с текстами двух стихотвор¬ных записок (К А. А. Плещееву) по поводу свадьбы графа В. В. Толстого. В. В. Тол¬стой, владелец крепостного театра в Царском Селе, женился на А. П. Протасовой, родственнице Протасовых и Плещеевых (подробнее см. комментарий к упомяну¬тым посланиям). Судя по текстам посланий, свадьба была пышная, с балами, кон¬цертами и домашними спектаклями, на которые съехались все родственники. Жу¬ковский, тоже получивший приглашение на свадьбу, не смог поехать из-за болезни.
Ст. 23—25. Колонию веселья ~ Меж дела и безделья!..— ср. в «Стихах, читанных в Муратове на новый 1814 год»: «Убежищ веселья, II Меж дела и безделья II Промчатся годы там».
Ст. 27. Единственный Григорий…— Григорий Дементьевич, управляющий по-местьем Муратово.
Ст. 30. И стол, увы! грибовной…— Стих косвенно свидетельствует о приурочен-ности послания к одной из семи недель Великого поста. Известно, что Е. А. Про¬тасова в своих религиозных взглядах отличалась суровостью и формализмом: в дневниковых записях и письмах Жуковского дважды упоминается ее привержен¬ность к грибным блюдам во время поста. В письме А. Ф. Воейкову от 20 февраля 1814 г., сообщая об очередном приступе мигрени у Е. А. Протасовой, Жуковский приписал его «первой неделе поста, которая comme de raison [как обычно] снаб¬жала ее желудок грибами, пустыми щами и тому подобным (…)» (РА. 1900. Т. 3. № 9. С. 24; см. также: ПСС. Т. 12. С. 142).
6ц
Ст. 34—35. Там Вендрих говорливей; II А Вицмана там нет…— Вендрих Федор Григорьевич (годы жизни неизвестны) — помещик Орловской губ., друг В. И. Ки-реевского, переводчик и знаток немецкой литературы. В дневниковой записи «Прошедшая жизнь» Жуковский отнес знакомство с Вендрихом к 1805 г. (Днев¬ники. С. 40). См. также письмо Жуковского к Вендриху от 19 декабря 1805 г. (СС 1. Т. 4. С. 558—561); Власов В. А., Назаренко И. И. «Минувших дней очарованье…»: В.А.Жуковский в Приокском крае. Тула, 1979. С. 84—86. Вицман — орловский врач, упоминается также в стихотворениях (А. А. Протасовой) «Что делаешь, Сан-дрок?» и «К Кавелину» («Кавелин, друг, поэт, директор…»).
Ст. 36. Авдотья! Вы Диана!..—Авдотья Петровна Киреевская. Жуковский назы¬вает ее Дианой (лат. аналог имени Артемиды, в греч. мифологии богини-охотни¬цы), поскольку далее в послании речь идет об охотничьей собаке, принадлежащей одному из ее домочадцев. Просьба о продаже охотничьей собаки, обращенная к А. П. Киреевской, а не к ее мужу, что было бы уместнее, косвенно подтверждает, что послание было написано после смерти В. И. Киреевского.
Ст. 37. Камкин — Эндимион!..— Камкин Федор Александрович (год рождения неизвестен, ум. в 1815), почтмейстер г. Белева Тульской губ., недалеко от которо¬го находилось поместье Долбино. Жуковский называет Камкина своим «искрен¬ним приятелем» в письме к А. И. Тургеневу от сер. августа 1815 г. (ПЖТ. С. 152). Соболезнуя о кончине Камкина, поэт писал родным из Дерпта 2 августа 1815 г.: «еще одним прекрасным, благородным человеком менее в нашем кругу» (РС. 1883. Т. 38. №4. С. 100. В этой публикации фамилия Камкина прочитана невер¬но: «Кашкин»). Эндимион — в греч. мифологии прекрасный юноша-охотник, воз¬любленный богини луны Селены (в рим. мифологии Диана), которого Зевс погру¬зил в вечный сон, чтобы сохранить ему бессмертие; ср. следующий ст.: «Он, просит не дурмана», намекающий на мифологический сюжет.
О. Лебедева
Узник к мотыльку, влетевшему в его темницу
(«Откуда ты, эфира житель?..») (С. 255)
Автограф (РНБ, оп. 1,№14,л. 106 об.—107) —беловой. Копия (РНБ, оп. 1,№ 15, л. 33) —рукою В. И. Губарева.
Впервые: ВЕ. 1813. Ч. 67. № 3—4. Февраль. С. 209 — с подзаголовком: «Под-ражание Мейстеру».
В прижизненных изданиях: С 1—5 (в С 1—4 отдел «Романсы и пес¬ни»). В С 1—2 — с подзаголовком: «С франц.» и датой: «1813»; в С 3 — с заглавием: «Узник к мотыльку (Из Местера)»; в С 5 — с заглавием: «Узник к мотыльку (Из Местера)» и датировкой 1810 г.
Датируется: начало 1813 г. на основании контекста автографа в рукописи и времени первой публикации.
Перевод романса французского писателя, ученого, художника гр. Ксавье де Местра «Le prissonier et le papillon» («Узник и бабочка»).
614
Граф Ксавье де Местр (1763—1852), младший брат известного французского философа и публициста Жозефа де Местра, французский эмигрант, с 1800 г. жил в России, участвовал в Отечественной войне 1812 г. на стороне русских. Женившись в 1813 г. на Софье Ивановне Загряжской, сестре будущей тещи А. С. Пушкина— Н. И. Гончаровой, и переехав в Петербург в 1816г., Ксавье де Местр был близок к петербургскому кругу писателей. По словам П. А. Вяземского, он «до самой кон¬чины своей сохранил блеск, живость и свежесть ума и всю прелесть тонкой и доб¬родушной общежительности» (РА. 1868. С. 499).
О знакомстве Жуковского с семейством Местров сохранилось немного сведе¬ний. Известно, что он нередко посещал их в Риме в 1833 г. (Дневники. С. 276, 282, 284), где они жили в 1825—1839 гг. После их возвращения в Россию Жуков¬ский был в их петербургском доме (Дневники. С. 510, 514). Поэзия Ксавье де Ме¬стра вдохновила Жуковского в 1824 г. на создание одного из лучших его стих. «Мотылек и цветы», своеобразно развивающего лирическую философию «Узника к мотыльку…» В библиотеке поэта сохранилось собрание сочинений Кс. де Мест¬ра (CEuvres completes du Comte Xavier de Maistre. Р., 1839—см.: Описание. № 1587).
Работая над переводом стихотворения Местра «Узник и бабочка», Жуковский сделал отступления от оригинала. Изменив заглавие, он четче обозначил важную для него «узническую» тему. Появление мотылька в образной системе перевода было связано с «формированием символического языка поэзии Жуковского» (Ва¬цуро. С. 137). В этом отношении характерны существенные изменения в 4-й стро¬фе. В 9-й строфе переводчик ввел понятие «Провидение» и переделал «слезы дет¬ства» в «моления сирот».
А. Янушкевич
Государыне Императрице Марии Федоровне
(«Мой слабый дар Царица ободряет…») (С. 257)
Автографы:
1) РНБ, оп. 1, № 25, л. 35—35 об.— план послания.
2) РНБ, оп. 1, № 14, л. 114 об.—115 — беловой.
3) ПД. Р. 1, оп. 9, № 27 —беловой.
Впервые: ВЕ. 1814. Ч. 73. №4. Февраль. С. 283—286—с заглавием: «К Е. И. В., Вдовствующей Государыне Императрице Марии Феодоровне» и подписью: «В. Жу-ковский».
В прижизненных изданиях: С 1—5 (в С 1—4 отдел «Послания»). В С 1—3, 5 датировано 1813 г.; в С 5 — с заглавием: «К Государыне Императрице Марии Феодоровне».
Датируется: апрель 1813 г.
Время написания послания и его творческая история неразрывно связаны с подготовкой ко 2 изд. «Певца во стане русских воинов». Из письма И. И. Дмитрие¬ва к Жуковскому от 20 февраля 1813 г. известно, что «вчера [т. е. 19 февраля] Госу¬дарыня, вдовствующая Императрица, можно сказать, с восторгом изволила хвалить
6ц
ее [речь идет о «Певце…»] и препоручила мне просить вас, чтобы вы прислали ко мне вашу пиесу, переписанною собственной вашей рукою. Она желает сама сде¬лать ей второе издание…» (Сочинения И. И. Дмитриева. СПб., 1893. Т. 2. С. 217).
Вдохновленный этой инициативой императрицы, Жуковский готовит новое изд. «Певца…» (об этом см. примеч. к «Певцу во стане русских воинов») и одно¬временно решает предпослать ему посвящение, обращенное к имп. Марии Федо¬ровне. Из ее письма к И. И. Дмитриеву от